Рыцарь идет по следу! - Родион Белецкий

Вокруг засмеялись. К Роме подошел Юрик.

– Привет, – сказал он, – Катапотова в раздевалке на ночь закрыли.

– Да я уже понял.

– Когда мы его вчера искали, он в раздевалке сидел.

– А почему не вышел, когда тетя Лена раздевалку вечером запирала? – спросил Рома.

– Говорит, специально. Хотел, говорит, ночь в школе один провести, – ответил Юрик, а потом неожиданно добавил: – Только я думаю, он все врет.

– Не понял.

– Не специально он в раздевалке дал себя запереть. Он по карманам шарил, тетя Лена пришла, он и побоялся выйти, спрятался, вот его и заперли.

– То есть ты думаешь…

– Тут и думать нечего, – сказал Юрик. – Он – ворюга. – Рома с сомнением посмотрел на Юрика. Тот продолжил: – Катапотов старенький. По слухам, воровать вещи начали еще до нашего появления. Значит, это точно кто-то из стареньких. Катапотову на значки деньги нужны…

Юрик кивнул на Катапотова. Тот, на волне общего внимания, поднял руки вверх и демонстрировал разноцветные значки, которые наподобие панцыря украшали его грудь и отчасти спину, обнаруживаясь даже под мышками.

– Он – вор, – убежденно сказал Юрик. – Но думать на него не будут.

– Почему? – спросил Рома.

– Ну, он такой типа клоун, а потом у него отец «ДБС» изобрел. Его подозревать в последнюю очередь станут. Помнишь, как он сказал, что я в раздевалку входил, туда, где часы пропали?

– Помню.

– Сам часы украл, а на меня свалить пробовал.

Рома посмотрел на беззаботного Катапотова другими глазами. За последние дни Рома стал ужас какой подозрительный. И цветные, торчащие в разные стороны волосы Катапотова уже воспринимал как маскировку, которая отвлекала простодушных от катапотовской драконьей сущности.

До Нового года оставалось всего ничего, а вор так и не был найден. Рома устал. То ли от умственного напряжения и собственной подозрительности, то ли от каждодневных репетиций. Он совсем даже и не обрадовался елке, которую по заданию отца принес Толя Маленький.

Упала на пол веревка, и елка начала медленно расправлять лапы, стянутые к вершине. Хвойный запах заполнил комнату. Мама с папой стали спорить, куда поставить елку, справа или слева от телевизора. Но спор их казался несерьезным, театральным. Они сами от души веселились, доказывая свою правоту.

К сожалению, приближение новогодних праздников оставляло Рому равнодушным. Такое с ним было впервые.

В последнее воскресенье года Рома приехал в гости к Юрику, в квартиру, где тот жил вместе с дедушкой. Дверь им открыла новая жена дедушки. Седые волосы ее были заплетены в африканские косички.

– Можешь звать меня Прекрасная Выдра, – сказала она Роме.

– Ладно, – сказал Рома, не зная, что и думать.

Квартира дедушки была больше похожа на склад таинственных вещей. Прекрасная Выдра провела мальчиков по темному коридору на кухню. Под высоким потолком коридора висели, тихо качаясь, тонкие гнутые железные листы.

– Не бойся, они не упадут, – сказала Роме Прекрасная Выдра, не оборачиваясь. На ходу она несильно хлопнула по листу рукой. Тугой, объемный звук заходил волнами по коридору, многократно отражаясь от стен, огромными мурашками пробегая по спине.

– Ты знаешь, что это лечебный звук? – спросила Прекрасная Выдра.

– Нет, – ответил Рома.

– Знай теперь.

На кухне дедушка Юрика прикручивал фотоаппарат к штативу.

– Сними носки, – сказал дедушка.

– Зачем? – удивился Рома.

– Снимай, не бойся, – сказал Юрик.

Рома послушно снял носки. Все внимательно посмотрели на его розовые ноги. Дедушка Юрика направил на них объектив фотоаппарата. Сверкнула вспышка.

– Можно носки надеть?

– Можно.

– Дедушка фотографирует ноги, потому что по ним можно многое сказать о человеке, – пояснил Юрик.

Дедушка согласно кивнул. Прекрасная Выдра предложила Роме чистой воды с серебряной ложечкой в стакане.

После Роме показали коллекцию фотографий – ни одного лица, только ноги. Некоторые были в носках.

– Видишь, – сказал дедушка Юрика, – у каждой пары свой характер.

Рома кивнул и через силу улыбнулся.

Потом Рома отгадывал цвета на ощупь. Закрывал глаза, трогал кусок материи, которую протягивала ему Прекрасная Выдра.

– Синий, – сказал он и открыл глаза.

Прекрасная Выдра держала кусок красного бархата.

– А Юрик всегда отгадывает, – произнесла Выдра.

– Молодец, – похвалил Рома. Он не знал, как себя вести в этом странном доме. И про себя удивлялся тому, как Юрик умудряется сохранять хотя бы внешне вид нормального человека. Ведь он каждый день вынужден возвращаться в эту квартиру.

Тем временем Прекрасная Выдра вытащила ложки и вилки и начала прикладывать их к Роминой груди. Ложки и вилки с грустным звоном падали на пол.

– У тебя слабое поле, – резюмировал дедушка Юрика. – У людей с сильным полем они прилипают к телу.

– Можно позвонить? – спросил Рома.

– Телефон в коридоре, – сказал дедушка.

Простых вещей в этом доме не держали. Телефонный аппарат оказался деревянным, с шершавой чурочкой вместо трубки. Рома позвонил Еве. Расчет был на то, что, увидев на определителе незнакомый номер, она все-таки возьмет трубку. Рома не ошибся. Ева взяла трубку после второго гудка.

– Привет.

– Нашел? – спросила Ева.

– Нет.

– А зачем звонишь?

– Узнать, как дела.

– У меня дела плохо. Все думают, что я – воровка.

– Я так не думаю, – сказал Рома.

– Я знаю. Но это все равно… В школу я не вернусь.

– У меня осталось несколько дней, – Рома старался держаться молодцом. – Я его найду! Или ее.

Ева подумала и сказала:

– Ладно, пока.

– Пока.

На кухню Рома пришел грустный.

– Ты в порядке? – спросила Прекрасная Выдра, наливая ему чай.

– Конечно, – ответил Рома.

Дедушка словно угадал его мысли:

– Вор может быть из другого класса. Потешается над вами, хочет рассорить.

– А зачем ему нас ссорить? – спросил Рома.

– Не знаю, – ответил дедушка. – Кто-то кого-то обидел. Кто-то захотел отомстить. Все просто.

– Отомстить? – об этом Рома еще не думал.

Дедушка Юрика тем временем пустился в рассуждения:

– Месть – это легко. А вот заставить себя отказаться от мести – сложная задача.