Загадка похищенной картины - Флёр Хичкок

Самсон остановился и обеспокоенно переступал с ноги на ногу. Не он один был испуган. «Но если мы будем держаться вместе, он сможет мне помочь. Наверное, он знает о побегах больше меня».

Я подняла голову. Неизвестно, сколько ещё осталось до карьера. Я знала, что если стена окажется справа, то мне удастся избежать обрыва.

Интересно, знают ли об этом наши преследователи?

Я обхватила поводья замёрзшими пальцами.

– Идём, Самсон, – пробормотала я. – Пора идти дальше.

Я сжала бока Самсона и направила его вверх по склону. Он двинулся впёред, и скоро мы нагнали Олли. Самсон уже не пытался никого укусить. Возможно, ему было слишком холодно.

– Нам надо использовать вагонетки, – крикнула я. – Они работают? Они могут ехать по снегу?

– Имеешь в виду по рельсам?

– Да.

– Может быть, – ответил Олли. – Я не помню, когда их вообще в последний раз использовали.

Мы продолжали подниматься. Спины лошадей засыпал снег.

– Самсон, хороший мальчик, – рассеянно сказала я, и на язык мне упало несколько хлопьев снега.

Я ничего не слышала, кроме шума ветра, который ледяным хлыстом бил меня по шее и рукам. Мои ноги давно замёрзли, но Самсон продолжал идти вперёд, и я то и дело поглядывала на стену, с ужасом думая об отвесном обрыве с левой стороны. Я не видела обрыв, потому что всё на расстоянии больше метра было совершенно белым, а потом я разглядела вершину горы и какую-то серую массу впереди – наверное, это был карьер.

Самсон тоже его увидел и попытался перейти на рысь, однако вскоре снова замедлил шаг.

Оказавшись в карьере, мы словно попали в другой мир. Сильный ветер стих, и, хотя снегопад не прекратился, тут было тихо и красиво.

Я въехала внутрь, соскочила на землю и попыталась привязать поводья к стойке ворот. Они бессильно повисли. Кажется, у меня совершенно онемели руки.

Самсон осторожно поднял поводья с земли. Он последовал за мной к вагонеткам, остановился чуть поодаль и стал наблюдать.

Олли спрыгнул на землю. Все вагонетки были засыпаны снегом и заполнены сланцем, словно готовились к своему последнему путешествию.

– Что мы здесь делаем? – В его голосе слышалась паника. – Они скоро нас найдут. Нам надо было ехать прямо и спуститься с горы.

– Знаю, – ответила я, толкнув первую вагонетку. – Но тогда бы они нас догнали, потому что у них квадроциклы или что-то в этом роде. Нам надо их задержать и заставить вылезти из машин. – Мне было тяжело говорить, кажется, челюсти тоже совершенно замёрзли. Язык казался огромным и не слушался. – Помоги мне, Олли!

Я схватилась заледеневшими руками за вагонетку и толкнула.

Вагонетка застонала, но осталась стоять на месте.

– Майя, что ты делаешь?!

– Если мы сдвинем её с места, то сможем пустить вниз со склона. Нам надо заставить их свернуть к обрыву.

Олли навалился плечом на вагонетку и толкнул. Она сдвинулась с места, но даже и не думала катиться вниз.

– Масло! – крикнул Олли и кинулся к бульдозеру за канистрой. Выдавил нечто похожее на комок оранжевого сорбета и размазал его по ржавым колёсам вагонетки.

Я потянула вагонетку на себя, а потом Олли снова толкнул её вперед.

– Ещё раз! – крикнул он, и я прижалась к вагонетке спиной.

Упёршись ногами в землю, я толкала изо всех сил. Вагонетка начала медленно катиться, и мы повернулись, слегка подтолкнув её руками. Когда мы отошли назад, вагонетка уже летела вниз по склону.

Мы смотрели, как она безмолвно несётся через метель. Не было слышно ни малейшего звука, ни грохота, ни треска.

– Ещё одну? – спросила я.

Мы смазали колёса другой вагонетки, толкнули, и она стремительно понеслась сквозь метель.

На этот раз раздался грохот и удар сланца по металлу. Кто-то закричал, и сквозь снег я разглядела скользнувший по склону горы свет фар. Самсон задрожал, но остался стоять на месте.

– Ещё! – крикнул Олли.

Третью вагонетку оказалось сдвинуть сложнее, но наконец она тоже покатилась вниз. На этот раз раздался громкий вопль, металлический скрежет, звон стекла, и кто-то закричал на незнакомом языке.

Олли подошёл к последней вагонетке.

– Мы спустим её, а потом – бежать.

– Думаю, эту лучше оставить, – ответила я. – На всякий случай. Как отсюда выбраться?

– Там есть ворота. – Олли указал в конец карьера.

– И куда мы попадём?

– На другой стороне есть деревня, но в такой снегопад её не найти.

– А они смогут проехать?

– Если они на квадроциклах, то да, – кивнул Олли.

Я посмотрела на ворота и поняла, что уже почти утро. Все окружающие предметы были бесцветными, но хорошо различимыми.

В том числе и мы.

Бах!

– Пригнись! – крикнула я.

– Что происходит?.. – Олли вышел из-за вагонетки.

В конце карьера в воздух взлетели клубы снега. Самсон громко заржал.

Раздался третий выстрел, на этот раз пуля отскочила от борта последней вагонетки.

– Что тут творится?! – вскрикнул Олли и бросился на землю.

Бах!

Чётвертая пуля отскочила от кабины бульдозера. Меган взвизгнула и помчалась в конец карьера.

– Мы должны выбраться отсюда и добежать до бульдозера, чтобы заблокировать вход! – крикнула я. – У тебя есть ключ?

– Да, – ответил Олли и пополз по снегу.

Бах!

Ещё одна пуля полетела в нашу сторону и отскочила от бульдозера.

Самсон начал было упираться, когда я потащила его за собой, но второму пони не терпелось выбраться из карьера, и они оба выбежали за ворота.

– Оставайтесь здесь, – велела я, накидывая поводья на стойку ворот.

Карьер осветили фары. У самого входа заревел внедорожник.

Бах!

Вжик!

Вспышки осветили кабину внедорожника, и я поняла, что Питеру Ромеро удалось добраться на вершину горы на лендровере. Теперь он стрелял, пытаясь нас защитить.

Но у нас уже появился другой план.

Пуля отскочила от кабины бульдозера и врезалась в снег прямо передо мной.

– Давай, Олли! – крикнула я.

Я протянула руку и нашла кусок заснеженного сланца.

Бах!

– Питер Ромеро слева от тебя! – крикнула я и с такой силой ударила по топливному баку, что сланец разлетелся на куски.