Максимка-невидимка - Александр Воронцов

Настя вздохнула.

– Да, братец, ну и кашу же мы с тобой заварили. Видишь, в современном мире нет места волшебству. А если оно появится, то сразу же его пытаются оформить по всем правилам. То есть, надо присвоить ему название, код, выписать документы на право пользования этим волшебством. А потом его сделают доступным только для государственных чиновников и всяких там VIP-персон.

Максим посмотрел на сестру и спросил:

– А кто такие VIP-персоны?

Та грустно ответила:

– Вот сейчас мы с тобой эти самые VIP-персоны. То есть, очень важные люди. Ну, или бывают ещё очень богатые люди. В общем, те люди, которые отличаются крутостью своей от обыкновенных людей. Типа, всякие там артисты, певцы, спортсмены знаменитые, но и богачи, конечно… Попали мы с тобой, Максимка… и всё – из-за этой шапки, будь она неладна!

– Вообще-то эта шапка вам жизнь спасла!

Это внезапно в комнате появился домовёнок Тимофей.

– Вы, во-первых, сами потащили мою кепку с собой в самолёт, так что не ладной она быть не может. А, во-вторых, если бы не кепка-невидимка, то террористы могли бы и взорвать самолёт, могли бы кого-то убить, может и вас, и ваших родителей. Но теперь вы не только живы-здоровы, вы еще и знамениты, к вам теперь особое внимание и вообще, вы – герои!

Настя не растерялась.

– Максимка у нас и так всегда герой! Даже если бы и кепки не было – он ведь не испугался пожара. От него ведь никакая шапка-невидимка бы не спасла. А он папе помог детей спасти! И вообще – я говорила о том, что наши игры привели совсем не к тем результатам.

Тимофей удивился.

– А ты каких результатов хотела-то от шапки-невидимки?

Домовёнка перебил Максим.

– Да мы ничего не хотели, мы просто играли. Всё равно ничего больше нельзя делать с такой кепкой. Ну, разве что с ворами разобрались, но ведь и так вы, домовые, дом охраняете…

– Мы дом охраняем, а не ваши вещи, – возразил Тимофей. – Но в любом случае, воры бывают редко. А всё остальное время вы ведь только играли, а больше не нашли, где применить кепку-невидимку. Вон, Максимка даже в садике толком не мог ею воспользоваться. А ты, Настя, в школу один раз всего принесла её и чуть со всем своим классом не поругалась. И, вообще, надо самой учиться, а не на шапку-невидимку надеяться…

Настя нахмурилась.

– Ты, я смотрю, горазд давать советы. Ты вот лучше посоветуй нам с Максимкой, что теперь делать? Как взрослым сказать, что я никакой не маг и не чародей, не экстрасенс и никакие предметы не двигала?

– А зачем ты наврала? – с улыбкой спросил домовёнок.

– А что – надо было показать кепку-невидимку взрослым? – удивилась Настя.

– Так если бы ты её показала, она бы не сработала. Я же брату твоему говорил, что шапка-невидимка лишается своих волшебных способностей, если в неё кто-то не верит, – ответил домовёнок.

Настя фыркнула.

– Тогда бы вообще ерунда получилась. Мне бы не поверили, но подумали, что я сошла с ума. И в психушку бы отправили. Ещё лучше!

Тут в разговор снова вмешался Максимка.

– А ты сам сказал, что если бы Настя не взяла кепку-невидимку с собой в самолёт, то его бы взорвали. Так что мы не кепку твою ругаем, наоборот, спасибо тебе за неё. Мы не знаем, как теперь нам быть? Ты же видишь, как за нас теперь взялись и полиция, и всякие там дяди и тёти из правительства. А мы не хотели этого. Я думал, что шапка-невидимка даст нам больше свободы, а, получается, она отобрала у нас даже ту свободу, которая была.

Домовёнок задумался.

– Да, вы правы, друзья. Надо что-то делать. Пользоваться, точнее, показывать взрослым шапку-невидимку нельзя. И не поверят они. А дальше дурачить не получится – они умные и поймут, что здесь какой-то трюк. И всё равно узнают правду. А правду они знать не должны… Постойте, кажется, я придумал!

Дети уставились на своего друга с надеждой. А Тимофей горделиво заявил, подняв указательный палец вверх.

– Помните, я останавливал время? Так вот, мы, домовые, умеем поворачивать время назад. Но это надо попросить моего папу, я ведь маленький и умею пока только останавливать время. Просто надо будет вернуться вам в тот день, когда Максимка увидел мою кепку-невидимку. И всё!

Максимка не понял и переспросил.

– Ну, так я снова её возьму. И ничего не изменится.

– Нет, ты её не возьмёшь. Потому что вы с Настей будете помнить всё, что с вами произошло за этот месяц.

– А наши родители тоже будут помнить? – спросила Настя.

– Нет, – ответил Тимка, – они не будут помнить. И взрослые тоже не будут помнить. Только вы.

– Получается, просто не брать кепку и все? – спросил Максимка.

– Да, просто не брать.

– А ты можешь её не ронять?

– Нет, это я изменить не могу, только до того момента папа сможет отмотать время, когда ты, Максимка, совершаешь выбор. Мои действия не поддаются изменениям во времени, потому что я сам – часть этого времени. Ну, я часть волшебства. И если я уронил кепку, то изменить это уже не смогу. А вот вы можете сделать что-то или не сделать.

Настя задумалась. Потом спросила.

– Получается, будет и пожар, и террористы в самолёте?

Тимофей кивнул.

– Да, всё снова повторится. Но о пожаре мы с папой побеспокоимся, а вы, кстати, заранее можете сказать соседям, чтобы не оставляли своих малышей без присмотра. А на самолёте том можете не лететь…

Настя покачала головой.

– Нет, так нельзя. Мы не полетим – другие дети полетят… А террористы всё равно захватят самолёт… Надо потом людей спасать.

Домовёнок улыбнулся.

– Не надо никого спасать. Вы же всё будете помнить. Просто позвоните анонимно и предупредите полицию. Когда проверят ту бортпроводницу, то обнаружат и бомбу, и оружие. И никакие террористы не захватят самолёт. Вообще больше такого не будет. Ладно, я пойду к папе, посоветуюсь с ним, и он решит, когда он сможет время назад вернуть.

Максимка удивился.

– Что значит когда? Я думал, прямо сегодня. Ну, ты папу своего приведёшь…

– Никого я не буду приводить, вот ещё! – хмыкнул Тимофей. – У моего папы дел по горло. Он, как освободится, так и время вернёт назад. Нам ведь тоже подготовится надо – запросить нашу Главную инспекцию, та выдаст разрешение, потом мы должны подготовить наше время к переходу, собрать все улики… Это не так всё просто – бац – и всё вернули. А потом память у людей остаётся, будто бы они уже это видели и здесь были. Нельзя так!

Настя засмеялась.

– А нам ещё говорят, что это называется бюрократией! Это когда формальных отговорок много.