Тайна дневника - Кэролайн Кин

- Да.

- Тогда ладно. - Сержант вызвал еще одного офицера, который отвёл девушек в комнату для свиданий. Тут же находился полицейский.

Ханни сразу кинулась обнимать Нэнси.

- Посмотри, на мне новая одежда! - гордо сказала она.

Мистер и миссис Свенсон, казалось, очень рады видеть посетителей. Хотя их улыбки выглядели натянуто, и было очевидно, что миссис Свенсон провела в слезах много времени. Её глаза были красными и опухшими. Она выглядела бледной и утомлённой, как будто почти не спала.

- Ваш друг Нед Никерсон был так добр, что согласился привезти нас с Ханни сюда. Он вернётся за нами через час.

Джо Свенсон выглядел усталым и обеспокоенным. Его лицо немного просветлело, когда Нэнси сказала ему, что Бейлор Вестон не только обещал сохранить его место на фабрике, но и собирался его повысить.

- Ты единственная можешь нам помочь, - со слезами обратилась миссис Свенсон к Нэнси. – У нас не хватит денег, чтобы нанять адвоката, и состоятельных друзей у нас нет.

- Если дело действительно дойдет до суда, я знаю, что мой отец согласится защищать мистера Свенсона бесплатно, - заверила её Нэнси. - Однако, я надеюсь, что мы докажем невиновность Вашего мужа раньше.

- Та книга, которая у вас есть, может помочь, - осторожно сказал мистер Свенсон.

Нэнси кивнула. Она знала, что он имел в виду дневник. Он всё ещё был в её сумочке. Она сказала себе: «Я должна немедленно узнать, что же в нём написано».

Девушки задержались ещё на несколько минут, а затем вышли, понимая, что их друзья хотели бы побыть наедине. Когда они оказались на улице, Нэнси сказала подругам:

- Если мистеру Петерсону стало лучше, я собираюсь спросить, сможет ли он перевести дневник. Давайте найдём телефон и всё выясним.

Они нашли телефонную будку рядом с въездом на стоянку недалеко от полицейского участка. Нэнси вошла в неё и набрала номер пекарни Петерсона. К своей радости она узнала, что её старый друг уже вернулся из больницы домой и будет рад её видеть.

Когда Джорджи услышала эти новости, она сказала:

- Ты уже можешь заняться перевозками между Ривер-Хайтс и Мейплтоном.

Бесс захихикала.

- С заездами в Стэнфорд и Сэнди-Крик.

- Не надейтесь, что сможете надолго засидеться дома, - предупредила их Нэнси. - Вы можете понадобиться мне сегодня вечером.

- Сегодня вечером! - воскликнула Бесс. – Я-то рассчитывала помыть голову и ...

- Как бы то ни было, - перебила её Джорджи, - дело Свенсона-Рэйболта важнее. Конечно, ты можешь рассчитывать на меня, Нэнси.

- И на меня тоже, естественно, - объявила Бесс. - Но, пожалуйста, пусть эта тайна разгадается как можно скорее, чтобы я смогла сделать несколько вещей.

- Каких это, например? - спросила Джорджи.

- Ну, например, я уже три раза откладываю чудесное свидание, - сказала Бесс. - Я должна была встретиться с Джеффом Алленом сегодня вечером, но мне снова придётся перенести эту встречу. Нэнси, а куда мы отправимся?

Нэнси ответила, что это будет зависеть от того, что она узнает из дневника.

Вернувшись в Ривер-Хайтс, Нэнси высадила Бесс и Джорджи у них дома, а сама направилась в булочную Петерсона. От продавца за прилавком она узнала, что владелец наверху в своей квартире, и женщина показала Нэнси, как подняться на второй этаж.

Пожилой хозяин сидел в кресле и извинился за то, что не может стоя поприветствовать Нэнси. Она улыбнулась, говоря:

- Мистер Петерсон, как замечательно снова видеть Вас, и я очень рада, что Вы уже чувствуете себя лучше.

- Спасибо, Нэнси. А ты уже совсем взрослая юная леди! - Он рассмеялся. - Я помню тебя маленькой девочкой, которая всегда протестовала против лент, которые миссис Груин вплетала в твои волосы. Больше всего ты любила мои шведские пироги с ягодами.

- Мм, - сказала Нэнси, улыбаясь воспоминаниям. - Я почти почувствовала вкус брусники. Это были мои любимые. Мистер Петерсон, я пришла попросить Вас об одном одолжении. Могли бы Вы перевести мне дневник со шведского?

- Это доставит мне огромное удовольствие. Мне нравятся дневники. Многие исторические тайны были раскрыты благодаря дневникам, обнаруженным спустя некоторое время после смерти тех, кто их вёл.

- Я никогда об этом не задумывалась, - сказала Нэнси.

- Чаще всего это происходит с личными дневниками известных людей, - объяснил булочник. – Вот, например, королева Виктория Английская. Её портреты и сложная политика, которой она придерживалась, выставляют её очень суровой пожилой леди. Но она оставила дневник, рассказывающий о её жизни молодой королевы и матери маленьких детей, что рисует её с совершенно другой стороны. Она очень любила танцевать и давать замечательные балы.

- Как интересно!

- Потом, конечно, есть и другие дневники, которые вели великие люди прошлого, например, Джордж Вашингтон оставил подробное описание своей жизни. Одна из глав рассказывает о его путешествии из Вашингтона в Филадельфию, которое длилось пять дней! Он также рассказал о мулах, которые подарил ему генерал Лафайет для его фермы. Одним из наиболее важных является дневник Христофора Колумба, который вёл записи на протяжении всего путешествия из Палоса в Испании к нашему континенту. Знаешь ли ты, Нэнси, что когда он увидел берега Кубы, он думал, что это Япония?

Нэнси засмеялась.

- Я думаю, мореплаватели в прошлом делали иногда такие удивительные ошибки.

- Более удивительно то, как они умудрялись возвращаться домой, - сказал мистер Петерсон. - Некоторые путешествия, должно быть, казались бесконечными. Мне понравились записки школьного учителя, который нанялся на работу наставником в семью, которая ехала из Шотландии в Вирджинию. Путешествие длилось три месяца, а все, что он получил за обучение детей - "кровать, питание, душ и пять фунтов" за всю работу!

- Как же всё изменилось! - заметила Нэнси.

Она внимательно слушала его рассказы, которые он почерпнул из старых журналов. Нэнси спрашивала себя, окажется ли современный дневник Джо Свенсона столь же полезен как и старинные рукописи. Ею овладело лёгкое волнение, когда она вынула дневник из сумочки и протянула мистеру Петерсону.

Пекарь пролистал его перед тем, как начать читать вслух.

- Автор этого журнала является изобретателем, как я вижу, - заметил он. - Это не ежедневные записи. По-видимому, он сохранял только самые важные события.

Мистер Петерсон начал переводить. Многое из написанного в дневнике было милым и интересным, но не имело никакого отношения к делу Рэйболта.