Битва чудовищ - Нед Виззини

«Насколько маленькими мы станем? — спрашивала саму себя Корделия. — И почему в этот раз все иначе? Раньше мы попадали в книги, словно жидкость, всасываемая через трубочку».

Корделия была в ярости от того, что она не могла прочитать ни одного названия тех книг, как вдруг одна из них ее ударила — и все вокруг потемнело и умолкло.

Корделия очнулась на полу в гостиной. Неподалеку от нее приходили в себя Уилл, Элеонора и Брендан. Она моргнула и, услышав шум, приподнялась на локте. Гул, доносившийся издалека, напоминал вой, в который сливаются крики футбольных болельщиков на стадионе.

— Брендан? — окликнула брата девушка. — Ты в порядке?

— Эта Ветряная Чудила вырубила меня, как только я открыл дверь, — ответил мальчик, оглядываясь по сторонам. — О нет, нет… Неужели она снова это сделала?

— Ответ положительный, — отозвался Уилл.

— Она изгнала нас? — спросила Элеонора.

Брендан кивнул:

— Как в тот раз.

— Но в тот раз разрушился весь дом, — заметила Элеонора. — А в этот она не тронула мебель, и все остальное вроде бы на своих местах.

— Не могу поверить, что она устроила это на выходных, — пожаловался Брендан. — Я даже не пропущу школу.

— А мне уже не терпится узнать, в какой мир мы попали, — решил прервать его нытье Уилл.

— Мы снова заперты в книгах Кристоффа, — ответила ему Корделия. — Я видела их прямо перед тем, как потеряла сознание.

— Ты видела их названия?

— Не смогла разобрать.

— Возможно, мы попали туда же, что и в прошлый раз, — предположил Брендан, — и теперь у нас есть серьезное преимущество. Мы знаем, как справиться со Слэйном, знаем, как справиться с пиратами…

— Но если все будет как в прошлый раз, разве Уилл не должен прилететь на самолете и спасти нас? — вспомнила Элеонора. — Тогда у нас будут два Уилла!

— Два Уилла… — Уилл был явно заинтригован подобным развитием событий. — Хм-м, это бы было крайне неожиданно.

— Например?

— Два сильных и привлекательных лидера всегда лучше, чем один.

— Нам и одного эгоиста хватает, — осадила его Корделия. — К тому же мне кажется, что мы в каком-то новом мире. Разве вы не слышите этот шум?

— Ага, — кивнула Элеонора. Они все еще слышали крики толпы на улице. — Мы что, находимся на футбольном матче?

Ребята на мгновение замерли и прислушались. Шум толпы раздавался вокруг всего дома. Хотя все окна и двери были заперты. Уолкеры и Уилл чувствовали себя в ловушке, словно мыши в лаборатории.

Корделия подошла к ближайшему окну.

— У нас есть какое-нибудь оружие?

Уилл оглянулся, а затем сжал кулаки. Элеонора повторила то же движение.

— Кулаки? — посмеялся над ними Брендан. — Шутите? Такое ощущение, будто бы там тысяча человек, и что мы собираемся делать — бить их?

— У тебя есть идея получше? — спросил Уилл.

Брендан остановился, оглянулся и взял в руки маленькую японскую настольную лампу словно биту.

— Ага, конечно, — усмехнулся Уилл. — Лампы — лучшее оружие против разъяренной толпы.

— Заткнись, Уилл.

— Хорошо, давайте уже посмотрим, что снаружи, — распорядилась Корделия. Она собралась открыть окно, как вдруг заметила пристальный взгляд Уилла. — Ну что еще?

— Ты берешь на себя инициативу. Тебе к лицу.

— Это хорошо?

— Тебе к лицу. И да, это хорошо.

— Уилл, послушай, — повернулась к нему Корделия, отойдя от окна. — Я понимаю, что в последнее время я была сама не своя, так что ты мог забыть, какая я на самом деле. Меня совсем не прельщает находиться в западне этих магических миров всю свою жизнь. Мне нужно вернуться домой, вернуться в школу. Поэтому нам придется понять, что происходит снаружи, обезопасить себя и дом, как можно скорее заполучить «Книгу Судьбы и Желаний» и выбираться отсюда. Хватит с меня приключений.

— Будет сделано, мэм. — Уилл отдал честь.

— Я не настолько стара, чтобы ко мне так обращаться.

— Погоди, Делия, — встряла в разговор Элеонора. — Если мы найдем книгу, разве нам не придется сделать именно то, что Ведьма Ветра только и ждет от нас?

— Мне все равно, Нелл, лишь бы мы вернулись домой.

Брендан устал от всей этой болтовни. Он подбежал к окну и силой дернул за ручку, но вместо привычного вида на мост Золотые Ворота, он увидел нечто невероятное и обомлел.

В тот же момент кто-то схватил Корделию за ногу: Элеонора показывала пальцем на что-то у входа в гостиную.

— Л… Ле…

— Ребята? Я думаю, мы находимся в… — оторвался от изучения мира за окном Брендан.

Но ему не надо было даже заканчивать фразу. Корделия вдруг поняла, шум какой толпы это был.

Прямо перед ней у дверей гостиной стоял сопящий и фырчащий огромный лев.

— О мой… — пробормотала Корделия.

— Как он сюда попал?! — завопил ошеломленный Уилл.

— Прячьтесь! — закричала Элеонора.

Корделия схватила сестру в охапку и побежала к дивану. Но Брендана сейчас заботил даже не лев и не вопли его сестер, которым вторил Уилл. Мальчик мог думать только о том, что увидел в окне.

Он смотрел на римский Колизей.

Прямо из центра арены.

Колизей имел великолепный, величественный, грандиозный вид. В его каменных нишах сидели тысячи людей. Он был похож на бейсбольный стадион Сан-Франциско, только очень древний и более красивый. На самом деле, ни один стадион бы с ним не сравнился. Брендан подумал, что как раз на его месте должен был бы стоять подающий. Но все было по-настоящему. Тысячи лет ни у кого не было подобной возможности увидеть, что же происходило тогда, когда в Колизее кипела жизнь, а Брендан сейчас находится прямо посреди его арены.

Он всю жизнь мечтал увидеть Колизей. Ему казалось, что в мире не было построено ничего лучше. Когда разговор касается Рима, первым делом обычно вспоминают водопровод, избирательное право и смерть Юлия Цезаря, которому нанесли множество ножевых ранений… Римляне во всем опережали свое время. Но именно о Колизее люди вспоминают чаще всего, когда говорят о Риме. В то время это было что-то вроде Суперкубка и Олимпийской деревни.

Брендан разглядывал на трибунах мужчин в белоснежных тогах, некоторые одежды сияли такой белизной, что на них было больно смотреть, на других виднелись красные полосы. Несколько человек в пурпурных, расшитых золотом тогах сидели ближе всех к арене. На трибунах не было женщин, они ютились на самом верхнем ярусе, Брендан увидел, что некоторые из них носили нечто похожее на одеяние Статуи Свободы.