Школьная любовь. Лучшие романы для девочек - Ирина Щеглова

– Да нет, это мы уже сами добавляем, – снисходительно пояснил Лешка. – Просто она вечно всех подгоняет, а на самом деле только тормозит своей болтовней. Недавно раздавала контурные карты:

– Вот, братцы, посмотрите на эту работу. Не знаю, что ставить, три или два. Поставила три с пятью минусами.

Так всегда и говорит – минусами. Потом взяла другие карты:

– Чья это работа неподписанная? Во всех классах уже спросила, кроме вашего! Разве это карты? Это мазня!

Бросила на пол и давай топать сапогами – она всегда ходит в платье, похожем на домашний халат, и кожаных сапогах. Так вот, а потом подняла эти карты и на урну положила:

– Я, говорит, от вас таких результатов вообще не ожидала. Такое впечатление, что у вас не голова, а задний орган!

Тут Бондаренко громко заржал, но его никто не поддержал. Я Ваське говорю:

– Надо записать и послать в газету, в отдел маразмов.

А историчка тем временем продолжала:

– Я говорю, оно будет или оно не будет, или за оно будет два! А то что такое, половина класса сдает, половина нет…

Васька знай в своем блокноте строчил:

– Представляешь, говорит, какую нам премию пришлют из газеты за маразмы! Только надо изменить имя и город, а то Медведь нас убьет…

В итоге, когда историчка перешла к новой теме, прошло уже пол-урока.

– Сами знаете, братцы, крестовые походы проходили в двенадцатом веке…

– Откуда мы знаем? – громко удивился Миха.

– А ты, Бондарденко, помолчи! – рявкнула она.

Мы, конечно, заржали, а Мишка не растерялся и поправил:

– А вы неправильно сказали, у меня фамилия Бондаренко.

После этого историчка совсем рассвирепела и остаток урока орала сначала на Миху, а потом на весь класс. Так мы больше про крестовые походы в тот день ничего и не узнали. А на перемене девчонки вытащили из урны карты и говорят:

– Это же Аньки Белимовой! Она сейчас болеет!

– Ничего себе! – удивилась я. – Что-то она у вас действительно…

– Ну я же говорю, – с удовольствием подтвердил Леха. – А на следующем уроке Анька закатила скандал. Подошла к историчке, картами размахивает и говорит:

– Покупайте мне новые!

Медведь у нее альбом вырвала, расправила и спокойненько так говорит:

– И так сгодится. Все равно ты никогда больше тройки на картах не нарабатывала.

– Я мать позову! – закричала Анька.

– Зови, – невозмутимо ответила историчка. – Только побыстрее, а то времени нет!

Так они и ругались почти весь урок, и опять мы про крестовые походы ничего не узнали.

– Да-а, – протянула я. – У вас, я смотрю, еще веселее!

– Конечно, – с гордостью согласился Леха.

– Кстати, – вдруг сообразила я. – Какой еще Медведь-Тугодум? А Наталья куда делась?

– Не знаю, вроде из школы ушла.

– Ну надо же, какого ценного кадра лишились… Слу-у– у-шай, – осенило меня. – А вдруг это была месть как раз вашему Медведю, а вовсе не Яблокову?

– Ага, – скептически отозвался Лешка. – Вот только надписи и картинки там были совсем не про нашего Медведя!

– А ты откуда знаешь?

– Да уж знаю, – туманно высказался он.

– Ну и что там? – живо поинтересовалась я.

– Тебе еще рано, – высокомерно заметил он.

– Ах, так? – возмутилась я. – Ладно-ладно, попроси еще сочинение…

– А нам теперь долго не зададут, – легкомысленно отмахнулся Лешка. – А потом ты все равно забудешь.

12 Здравствуй, плоскость!

На следующий день уроки начались как ни в чем не бывало. Все желающие, конечно, сбегали посмотреть на кабинет истории, но ничего интересного там уже не было.

После уроков в класс забежала Татьяна Дормидонтовна. У меня екнуло сердце – неужели опять? – но она озабоченно заговорила:

– Ребята, вы не забыли, что сегодня КВН с десятым «А»? Кто будет участвовать?

Конечно же, про дурацкий КВН все забыли, хотя Дормидонтовна говорила о нем на последнем классном часе. Народ сразу поскучнел, засобирался и стал потихоньку просачиваться к выходу из класса, бормоча:

– Мне в музыкальную школу…

– Брата надо из детского сада забирать…

– Мы с мамой в магазин идем…

– Девочки, – в отчаянии обратилась к нам классная. – Ну хоть вы-то не подведите! Вы же в театральной студии занимаетесь и вообще… наша великолепная четверка!

Слышать такое, конечно, было приятно, но только КВНа нам сейчас не хватало! И так сплошные репетиции, уроки некогда делать… Краем глаза я с беспокойством заметила, что класс потихоньку пустеет и бросаться на амбразуру, кроме нас, уже некому.

– Девочки! – продолжала Дормидонтовна. – Я вас очень прошу… Сорвем внеклассное мероприятие… – она не договорила и махнула рукой.

Я неуверенно оглядела «великолепную четверку»:

– Ну что, давайте?

– Да ну… – скривилась было Светка, но меня неожиданно поддержала Ольга:

– Давайте.

– Вот спасибо! – обрадовалась классная. – Начало в три часа в актовом зале. Правда, вас мало, конечно… Попробуйте мальчиков позвать, – простодушно предложила она.

Ха, это каких же мальчиков?

– Вот Рома Орещенко… – сказала было она, но я на нее так посмотрела, что она осеклась и замолчала.

– В общем, как хотите, – устало сказала Дормидонтовна. – Только вам же самим сложнее будет. Надо еще название команде придумать, девиз, приветствие…

– Когда? – ужаснулись мы. – Уже час!

– Уверена, вы справитесь, – повеселела классная, берясь за ручку двери. – Надеюсь на вас, девочки!

Класс тем временем совсем опустел, мы остались одни. Вот влипли!

– Зачем ты согласилась? – затянула Светка.

– Ну не могла я отказать, – развела руками я. – Жалко ее стало. Неплохая вроде тетка, как к людям к нам относится…

– Ну и парься теперь…

– Да что мы, в какой-то дурацкий КВН не сыграем? – преувеличенно бодро сказала я. – Притом с «ашками»! Зря, что ли, в самом деле в театральной студии занимаемся!

– Но еще надо придумывать всякое, притом нас мало, что мы, вчетвером будем…

– Предлагаю сейчас пойти по домам, – решила я. – Пообедать, подумать и здесь в полтретьего собраться. Чего-нибудь да сбацаем!

– А кого мы еще в команду заманим? – задумалась Ольга.

– А кого по дороге встретим, – легкомысленно ответила я.