Загадка подслушанных разговоров - Анна Устинова

Ребенок вздрогнул, нижняя губа его обиженно выпятилась, и он разразился горестным ревом.

— Женечка! — бабушка коршуном бросилась со скамейки на место происшествия. — Ты чего, хулиган, маленьких обижаешь? — накинулась она на Герасима.

— Пйохой! Пйохой! — ощутив поддержку, закричал Женечка. — Дядя пйохой!

— Это не я плохой! — возмутился Каменное Муму. — А у вас внук распущенный. Он в меня снегом кидался!

— Да, да, Женечка! — подхватила бабушка на руки внука. — Плохой дядя. Злой.

У Каменного Муму от негодования потемнело в глазах, и он возопил:

— Выбирайте, пожалуйста, выражения!

— Хам! — не отпуская ребенка, воскликнула бабушка.

— Вот, вот! — подскочила к ним вчерашняя бабушка. — Эти самые охламоны моего Сашеньку чуть не задавили!

— Ка-ак? — в ужасе переспросила бабушка Женечки.

— На этих своих… тарелках, — охотно пояснила Сашенькина бабушка.

— Ох, уж эта горка, — покачала головой бабушка Женечки. — Говорила ведь: не надо её заливать возле самой детской площадки.

— Совершенно правильно, — кивнула её собеседница.

Заметив, что внимание бабушек переключилось, Герасим почел за лучшее ретироваться с детской площадки.

— Ну, ты молодец, — начал отчитывать его Луна. — Давай тебе после этого поручения.

— Тебе легко говорить, — буркнул Муму. — В следующий раз другом детей будешь ты. Или пускай Илюшка с Кирюшкой, — повернулся он к почти близнецам, которые подчеркнуто скромно стояли в сторонке, ибо сочли за лучшее не мозолить глаза бабке вчерашнего Сашеньки.

Павел хотел что-то ответить Герасиму, но в это время раздался вопль:

— Саша! Саша! Назад!

Друзья разом обернулись. С площадки стремглав улепетывал ребенок в зеленой курточке. Он несся прямиком под колеса машины?

Герасим метнулся следом за малышом. Издав истошный вопль: «Нет!», он подхватил ребенка в зеленой курточке под мышку. Водитель тяжелого джипа резко затормозил. По скользкой дороге его занесло. Машина лишь чудом не врезалась в фонарный столб.

К Герасиму, который продолжал держать под мышкой извивающегося малыша, подлетела молодая женщина:

— Спасибо, спасибо! — захлебывалась она. — Сашенька! Сашенька!

— Жить надоело? — подбежал к ним запыхавшийся водитель джипа. — Неужели за ребенком присмотреть не можете? Еще немного, и я бы его задавил. Тут ведь поворот, и сугроб обзор загораживает. Такого мелкого, — посмотрел он на малыша в зеленой курточке, — и не заметишь.

— Конечно, если с такой скоростью мчаться, — упрекнула его молодая мать. — Вы разве не знаете, что тут детская площадка?

— О чем вы говорите! — оскорбленно воскликнул мужчина. — Я плелся со скоростью черепахи, а про площадку, между прочим, давно твержу, что её огородить надо. Поставьте об этом вопрос на правлении Изумрудова. Я-то чего, у меня дети уже взрослые. А вы вот с другими мамашами побеспокойтесь.

Водитель вернулся к машине и, сев в нее, укатил.

— Спасибо тебе большое, мальчик, — снова поблагодарила Герасима мама ребенка.

— Не за что, — с пафосом отозвался тот. — Это мой долг.

И он гордо прошествовал обратно к ребятам. Те ещё не совсем отошли от шока. Однако, едва Герасим приблизился, Павел спросил:

— Ты, надеюсь, узнал, как её зовут?

— Кого? — не понял Каменное Муму.

— Естественно, маму, — внес ясность Луна.

— Нет. Не узнал, — признался Герасим. — А на фига?

— Ну, ты, Герка, даешь, — пожал плечами Иван. — А вдруг это мама того самого Сашеньки?

— Тот самый Сашенька, к вашему сведению, пошел на прогулку с бабушкой, — отозвался Каменное Муму.

— Верней, собирался идти с бабушкой, — уточнил Луна. — Где гарантия, что они в последний момент не разругались окончательно с мамой Сашеньки?

— Вот именно, — вполне допускала подобное Варвара. — Бабка вдрызг разругалась с дочерью и упилила в город. А идти с Сашенькой пришлось его маме, которая то ли Люша, то ли Нюша.

— Да, Герка, — вмешались Илюшка с Кирюшкой. — Схалтурил ты. Придется тебе к ней опять подойти и познакомиться.

— Отстаньте, — набычился Каменное Муму. — Никуда я больше не пойду.

— Не пойдет, — подтвердила Варя. — Святые слова, не пойдет. Потому что они уходят.

Сашенькина мама помахала его рукой остающимся на площадке детям: «До свидания! До свидания! «Затем подхватила сына на руки и скорым шагом направилась к дороге.

— Картина ясная, — солидно проговорил Баск. — Сашенька от страха описался.

— Так на нем же наверняка памперсы, — сказал Илюшка. — Рекламу видали? Они влагу не пропускают.

— До поры до времени, конечно, — вмешался в спор Муму.

— Вас, может, волнует влагопропускаемость памперсов, — усмехнулась Варя. — А я лично больше беспокоюсь, как бы Сашеньку с мамой не упустить. Смотрите, они уже далеко.

— Вот именно, — прибавил шаг Луна. — Сейчас проследим за ними до самого дома. Установим адрес и проверим по справочнику.

— Нормальный ход, — одобрили почти близнецы.

— Кстати, Кирюшка, как там дела на кухне? — поинтересовался Иван.

— Кто-то пришел, покашлял, погремел посудой и снова ушел, — доложился Кирюшка.

— Это Леонид, — без тени сомнения произнес Герасим. — Бабка в Москву уперлась, жена пошла с сыном гулять, вот он теперь один на кухне и кашляет.

— Уже не кашляет, — уточнил Кирюшка. — Сейчас там совершенно тихо.

— Значит, скоро будет громко, — был уверен Герасим. — Они же возвращаются.

Мама с ребенком в зеленой курточке завела их на другой край поселка и скрылась за дверью сравнительно небольшого, но уютного коттеджа.

— Порядок, — подмигнул друзьям Луна. — Запоминаем адрес. Улица Христофора Колумба, дом пятнадцать.

— Я только одному удивляюсь, — зануднейшим голосом произнес Каменное Муму. — Какая связь у Изумрудова с Христофором Колумбом?

— Вот чудак, — изумленно взглянули на него почти близнецы. — Просто красивое название. Без всякой связи. Разве тебе не хотелось бы жить на улице Христофора Колумба?

— Не хотелось бы, — мотнул головой Герасим. — Потому что это ужасно глупо. По-моему, Христофор Колумб открыл Америку, а не Изумрудово.

— Заткнись ты со своим Колумбом, — шикнула Варя. — Кирилл, как дела на кухне?

— По-прежнему тишина, — растерянно отозвался тот.

— Куда же они девались? — вмиг забыл Муму о Колумбе.