Большая книга ужасов – 87 - Елена Арсеньева

Не сговариваясь, сестры поняли, что надо делать: Лиза шагнула вперед, словно хотела помочь, и загородила Таню. А та проворно подхватила страничку, лежащую у самых ее ног, и сунула в ту полотняную сумку, в которой девочки приносили еду для Адриана и Бруйяра и которая до сих пор лежала в корзинке на багажнике Лизиного велосипеда. Сумку Таня повесила через плечо, а потом, демонстративно зажав нос и охая, выбежала из гаража. Лиза же осталась помогать собирать разлетевшиеся страницы, но, если честно, не из человеколюбия или желания помочь, а в надежде стащить еще одну.

Увы, ей не повезло. Мужчины оказались удивительно проворными: всё мигом собрали и выскочили из гаража. Лизе пришлось последовать за ними.

Судорожно вдыхая свежий воздух, Верьер передал смятые страницы Съеклю, мельком взглянул на одну из них и прочел вслух:

– «Один человек уверял меня, что сжечь на огне рыбью кожу, птичьи перья или звериную шкуру – верный способ извести всю породу». Мон дьё! – засмеялся он. – Что это у вас? Руководство для браконьеров древнейших времен, судя по виду бумаги? Откуда у вас этот манускрипт?

Лиза приостановилась, насторожившись.

– Я его купил, – охотно ответил Съекль, убирая разрозненные листки и тетрадь в портфель. – Заплатил немалые деньги. Это настоящее сокровище для историка.

Лиза оглянулась на него и вбежала в дом.

Таня топталась на пороге, поджидая ее, и сестра прошептала:

– Он сказал, что купил рукопись. Вот врет, а?!

– Девочки! – послышался сердитый голос мадам Верьер. – Вы что, решили сегодня нас с отцом окончательно вывести из себя? Немедленно мойте руки и накрывайте на стол! Таня, повесь сумку на место! – Она указала на крючок за дверью, куда Верьеры обычно вешали все хозяйственные сумки и сумочки, и Таня, которая уже направилась к двери, чтобы получше спрятать похищенный листок, вынуждена была повесить сумку со своим драгоценным трофеем.

Девочки разочарованно вздохнули и побежали по лестнице наверх, в ванную, которая находилась этажом выше. Стоя перед краном, услышали, как по лестнице поднялись в мезонин отец и мсье Съекль: значит, гостя решено устроить на ночь там.

– Интересно, он портфель взял с собой или внизу оставил? – прошептала Лиза. – Может быть, когда он спустится, мы заглянем в мезонин? Как будто что-то забыли…

Таня решительно кивнула, но буквально через минуту раздался стук в дверь, и отец поторопил их освободить ванную. Выйдя, они увидели, что Съекль держит портфель в руках, с ним и в ванную зашел: понятно – решил ни на минуту не расставаться с драгоценным манускриптом.

Сестрам ничего не оставалось, как спуститься на кухню и начать накрывать на стол.

– Ничего, мы его спросим, где он взял рукопись, пусть ответит! – сурово шепнула Лиза, и Таня сурово кивнула.

Наконец мадам Верьер произнесла традиционное «А табль!»[27], все уселись за стол и взялись сначала за дыню[28], а потом за помидоры с моцареллой, оливковым маслом, перцем и морской солью.

Портфель лежал на диване, и Съекль то и дело поглядывал в ту сторону.

Подали кровяные колбаски, поджаренные с яблоками. Только сейчас девочки почувствовали, как проголодались за день! Впрочем, похоже, проголодались все, потому что разговоры начались, только когда дошли до десерта – сыра и фруктов.

– Доминик, вы из-за этой рукописи так беспокоитесь, что глаз со своего портфеля не сводите? – спросил наконец Верьер, и девочки уставились на отца с обожанием: несмотря на свои воинственные намерения, сами задать такой вопрос они бы ни за что не решились: такой моветон![29] Родители бы им этого не простили! – Боитесь, она сбежит?

Съекль усмехнулся:

– Просто не верю своему счастью. Не представляете, сколько лет я за этим манускриптом гонялся! Это ведь знаете что?!

Таня сунулась было вперед и даже открыла рот, но Лиза успела наступить ей на ногу, чтобы не проболталась. Таня любила похвалиться, из-за чего мама со смехом называла ее Гастоном. Ну помните, в «Красавице и чудовище» есть охотник Гастон, который вечно хвастается? Вот и с Таней такое иногда бывало. На счастье, она вовремя прикусила язык, вспомнив, что они с сестрой никак, ну никак не могли знать, что собой представляет заветная тетрадь!

– Это записки того самого Дэвэна Марсо, о котором вы читали в моей книге! – с торжеством заявил Съекль. – Оказывается, они хранились у его потомков во Френе. Я узнал об этом совершенно случайно и просто места себе не находил. Хозяева живут в Париже и появиться в деревне должны только в понедельник. На счастье, туда вчера приехал их сын Адриан…

Девочки быстро переглянулись и навострили уши еще сильней, если это вообще было возможно.

– Я заехал к Марсо, отдал им деньги и попросил разрешения забрать рукопись. Они попытались дозвониться сыну, чтобы предупредить о моем приезде, однако его номер был недоступен. По словам родителей, Адриан часто забывает зарядить телефон. Чтобы мне не пришлось слоняться около дома, если парень куда-то ушел, Марсо дали мне запасной ключ и записку для Адриана, чтобы тот не принял меня за вора. И я поехал. Каково же было мое изумление, когда во Френе я обнаружил открытый дом – и никаких следов мальчика. На полу валялся его рюкзак, на столе подсыхал вчерашний багет с ветчиной… Я подождал, потом поднялся на чердак, забрал заветную тетрадь из старого сундука, где, по описанию мсье Марсо, она находилась, оставил Адриану записку родителей, добавив несколько слов от себя: мол, тетрадь я забрал, но за нее уплачено, свяжись с родителями, сел в машину – и… и вдруг откуда ни возьмись налетела стая ворон! Ну, результаты этого налета вы сами видели. Однако меня беспокоит, что мальчик оставил дом открытым и так и не появился, пока я там был!

– А мы знаем… – гордо заявила Таня, и Лиза, вспомнив про Гастона, снова со всей силы наступила ей на ногу.

Таня так и подпрыгнула, подавившись следующим словом.

– Что вы знаете? – удивился мсье Верьер.

– Мы знаем… мы знаем… – промямлила Таня, пытаясь сообразить, как выкрутиться, но на помощь пришла Лиза:

– Мы знаем, что Калиго Корней превращала людей в лошадей. В вашей книжке прочитали, мсье Съекль! А вы не знаете, как можно коня превратить обратно в человека?

– Ну, есть много способов! – охотно заговорил Съекль. – Например, перекувырнуться через воткнутый в землю нож. Существуют также особые заговоры…

– А если человек как бы соединился с конем? Ну, он одновременно и человек, и конь, понимаете? – нетерпеливо перебила Лиза, и родители поглядели на нее с укоризненным недоумением.

– То есть стал кентавром? – серьезно спросил Съекль.