Тайна под крышей - Юлия Ю. Бычкова

они смотрят. Это было видео с пандой, которая валяется в снегу. Да уж.

– Влада, смотри, как прикольно, – сказал Димка. Замира хихикнула.

Друзья, называется! На меня посреди двора напал ненормальный человек, наговорил бреда и гадостей, а им хоть бы что! Они не вмешались и даже не посочувствовали. Просто не заметили!

Замира снова хихикнула.

В следующий раз, когда Галина Петровна меня побьёт, они будут так же стоять в двух шагах и смотреть видео для малышей.

Замира подняла на меня глаза.

– Влада, а чего Галина Петровна к тебе подходила?

Нет, я не стану жаловаться.

И вообще, зря мы сняли подозрения с Галины Петровны. Ох, зря!

Ничего, я сама во всём разберусь.

– Да так…

– Ой, смотри, вот и тётя Нина.

Тётя Нина и правда спешила к нам. Я хотела крикнуть: «Где ты была?» – но осеклась. Преступница рядом. Не стоит её бесить.

– Влада, скоро двенадцать! – затараторила тётя Нина. – Давай сфотографируемся у ёлки и отправим фото родителям.

– И позвони́м им ещё раз.

Мы так и сделали. Потом сходили на кухню к тёте Кате, налили ещё горячего сока и вернулись во двор. К нам подошли Замира и Дима с родными.

– Влада, так здорово, что ты встречаешь Новый год с нами! – улыбнулась Замира.

– А тебе нравится? – спросил Дима.

– Конечно!

Я решила не тащить в новый год обиду на друзей. Но разоблачить Галину Петровну надо обязательно!

Мы встретили Новый год во дворе и разошлись по домам. Я подарила тёте Нине скетчбук, а она мне – рюкзак. Потом набросились на еду: проголодались на воздухе.

– Тёть Нин, всё-таки оливье у меня вкусный получился, правда?

– Да, но…

– Что?

– Немного слишком сочный. В следующий раз клади поменьше майонеза.

– Ладно. И сыр в оливочном рассоле хорошо замариновался, да?

– Э-э-э… Ну да. Влада, у тебя на завтра какие планы?

– Мы с Замирой и Димой будем гулять.

– Где?

– Во дворе, наверное… Или пройдёмся по округе…

– Только не уходите далеко.

– Не будем.

– Тогда я завтра к школьным друзьям в гости схожу.

– Хорошо. Тёть Нин, давай я помою посуду!

– Давай! А я какао сварю.

Посуда опередила какао. Я подошла к окну и ахнула.

– Тёть Нин, там снег пошёл!

– Ух ты, какой пушистый!

– А давайте пить какао на подоконнике! Зря он такой широченный, что ли?

Тётя Нина налила какао в чашки, мы выключили свет и забрались на подоконник. Стали смотреть, как снег ложится на ветки нашей ёлочки, как мерцают золотистые шары. В тёмном стекле отразилось лицо тёти Нины. Там, в отражении, оно было совсем молодым.

Про какие ещё тёть-Нинины дела говорила Галина Петровна?

– Тёть Нин!

– Что?

– А кем ты хотела стать в детстве?

– Моя детская мечта сбылась, – улыбнулась тётя Нина. – Я хотела стать художником.

Разве тётя Нина настоящий художник? Да, она рисует иногда…

Тётя Нина будто прочитала мои мысли.

– Я пишу портреты и картины на заказ. Ну и для себя, конечно.

Я вспомнила историю про фокусы.

– Ты на улице рисуешь?

– Почему же? – рассмеялась тётя Нина. – Я пишу в основном на работе, там есть студия. Здесь, в квартире, мало света. И сложно избавиться от запаха растворителя.

– А как ты находишь людей, которым нужны портреты и картины?

– Заказчики сами находят мои страницы в соцсетях.

Я чуть какао не пролила.

– Тётя Нина! Ты есть в соцсетях?

– Ну конечно!

– То есть тебя можно вот так взять и найти?

Я спрыгнула с подоконника, поставила чашку с недопитым какао на стол и побежала за телефоном. Достала его из кармана куртки, вернулась, забралась на подоконник…

– О! Я тебя нашла! Две с половиной тысячи подписчиков, ничего себе! Так, интересно, что ты рисуешь…

Я стала просматривать страницу.

– Это портреты… Все красивые, но немного грустные. А шаржи ты не рисуешь?

Тётя Нина улыбнулась и покачала головой.

– А вот и картины… О, море! Корабли, маяки… Только…

– Что «только»?

– У тебя как будто всё время пасмурно. И корабли хмурые…

– Потому что это Северное море.

Глава 12

Утром я проснулась без пятнадцати восемь. Тётя Нина ещё спала, и я позавтракала в одиночестве. Мы с ребятами договорились встретиться в девять, у меня ещё оставалось время, чтобы купить замок.

Я надела ботинки, сняла с вешалки куртку и замерла. На лестничной площадке послышался шорох. Я прильнула к дверному глазку. Дверь напротив открылась, показалась Галина Петровна. В руках у неё была тумбочка.

На помойку собралась, что ли?

Не-а. Галина Петровна прикрыла дверь в квартиру и стала подниматься с тумбочкой на чердак.

Я так и знала, что зря мы сняли подозрения с Галины Петровны! Они с дядей Витей сообщники!

Эх, как не вовремя тётя Катя потребовала замок! Надо было поотнекиваться вчера, потянуть время… Если бы замок остался у меня, я бы сейчас метнулась на чердак и заперла Галину Петровну.

Вскоре она вернулась. Без тумбочки. Проскользнула в свою квартиру, закрыла дверь – как будто ничего и не было. Я даже на телефон не успела её снять! Хотя… Через глазок всё равно плохо видно.

Я хотела бежать за замком, но вспомнила, что утром первого января магазины не работают. Вышла из квартиры, дошла до площадки между вторым и первым этажами, запрыгнула на подоконник и написала друзьям.

Замира вышла через две минуты.

– Привет! – воскликнула подруга, поднялась по лестнице и села рядом со мной.

– Привет! Ничего, что я на полчаса раньше?

– Нормально, я уже давно проснулась. Надо только Димку подождать.

– Он ещё спит, что ли?

– Когда я шла к тебе, слышала, как звенит Димкин будильник. Но он его всегда отключает.

– Ничего, мы ему через пять минут напишем, – улыбнулась я.

– Лучше позвони́м.

– Ага. Вы вчера долго сидели?

– Взрослые – долго. А мы с Димкой в половине второго пошли спать.

– И я. А до этого болтала с тётей Ниной…

– О чём?

– О её жизни. Тётя Нина, оказывается, много рисует.

Замира подняла брови.

– А ты не знала?

– Нет. Она не рассказывала.

– А ты спрашивала?

– Ну я же не знала, что надо спрашивать! Кажется, пора Димке звонить. – Я набрала номер друга и услышала, что он уже и сам встал. Нечего трезвонить!

– Попробуй только опоздать! – крикнула в трубку Замира.

– Сам же предложил встретиться в девять, – напомнила я, но Димка уже отключился.

– Влада, а ты разве не подписана на тётю Нину в соцсетях?

– Нет. Точнее, уже да. С