Лёгкое Топливо - Anita Oni
Лондон, октябрь 2016 года. В Соединённом Королевстве активно обсуждают Brexit и новые перспективы, а успешного морского юриста оставляет жена. Как если бы этого было недостаточно, его делают подозреваемым по делу об отмывании денег — и невыездным. Но Алан Блэк не намерен сидеть сложа руки в ожидании, когда подозрение перерастёт в уверенность. Он готов действовать. И у него есть план. Включающий в себя щепотку матчевой магии Tinder, капельку обаяния и две унции ледяного расчёта. Вот только в Тиндере всякий ищущий окажется однажды искомым — и над ходом событий нависнет угроза перемен.
Примечания автора: Это — Лёгкое Топливо. Потому что всё, сказанное в этой версии, — правда (почти). А, значит, легче лжи.
Открывается рассказом «Последний трюк Элли»
? Confidential information, it's in a diary This is my investigation, it's not a public inquiry… (c)
P.S. ? Музыка, звучащая в тексте, рекомендована к прослушиванию. Автор сам не любитель всех представленных жанров, но эти песни реально дают лучше прочувствовать настроение сцен.
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Лёгкое Топливо - Anita Oni"
Он мысленно проговаривал пункты заключения, плюясь над каждым из них и нехотя признавая филигранную точность формулировок. Просмотрел ещё раз письмо — и только сейчас обнаружил сноску. Да не просто, а со ссылкой на видео из Ютуба. Написанной от руки. Вот это дотошность.
Ссылка тоже заставила Блэка порядком поплеваться, прежде чем он ввёл её в браузер. А уж когда она привела его к какому-то блюзовому музыкальному клипу, Алан вовсе позволил себе крепкое словцо.
Koop — Island Blues. Серьёзно?
По крайней мере, это объяснило цитату в начале письма.
«И в этом вся Нала», — признал Блэк, досмотрев клип до конца. Как всегда дерзкая, провоцирующая, но если копнуть, обнаружится глубокая философия, крик души, даже надлом…
Алан не признавал видеоклипов, особенно тех, где содержание не совпадает с текстом. Он усматривал в них умышленное покушение на расщепление сознания — трюк, который на протяжении тысячелетий находился в юрисдикции Церкви. И который ввиду ослабления влияния религии на массы в двадцатом веке частично отошёл на откуп светскому искусству.
Но в данном случае налицо было не просто двойное послание, а целая фрактальная ветка смыслов, многие из которых упирались в то, что так и не случилось.
И хорошо, видимо, что не случилось, если она так отреагировала даже на одну только возможность.
Кроме того, когда девчонка на пятнадцать лет моложе шлёт тебе песню при расставании, где звучат строки: «The truth is, we were much too young…» [1] понимаешь, что тебя только что элегантно унизили. Либо польстили, но это уж вряд ли.
Зато Алану Блэку однозначно удалось прописаться в её внутреннем мире — возможно, даже оформить постоянную регистрацию и гражданство.
Нала его нескоро забудет. Никогда.
Но вот что странно: он не ощущал приличествовавшего ситуации удовлетворения. Скорее, предвестник волнения: эмоций толком никаких, глухо — а ёрзал как на иголках. Достал сигарету, затем отложил. Подошёл к окну, вернулся за стол. Наконец принял решение, закурил. Обе подряд.
За первым решением пришло и второе. Он сбросил данные девушки Томми, чтобы тот отследил её текущее местонахождение. С одной стороны, до одури не хотелось делиться с этим хорьком столь личной информацией, с другой — ему нужны были сведения. Ривз всё равно ни черта не догадается, что для него это куда важнее, чем он сам готов был признать.
* * *
На поиск ушло не больше десятка минут, большую часть которых Томми досматривал дораму и давился лапшой навынос из китайской забегаловки.
Гоа, остров Дивар. Бунгало в небольшом переулке неподалёку от церкви, куда ведёт терракотовая дорожка из латеритного камня.
Гостит у родни.
— На них досье тоже собрать?
— Нет. Только адрес. И ещё: ты здесь долго планируешь околачиваться?
Томми невнятно замычал.
— Тогда я скажу. Вот тебе адрес взамен. — Блэк продиктовал какую-то улицу в южном пригороде и вручил ключ. — Снял на три месяца на своё имя. Надеюсь, за это время тебе хватит мозгов как-нибудь определиться с собой. А дальше ты сам по себе.
Ривз замычал что-то больше похожее на благодарность, вытянутую клещами, и был напутствован паковать вещи.
Алан тоже занялся багажом. Своим.
Ведь так или иначе едва он получит паспорт, как возьмёт первый же билет до…
А до какого, собственно, пункта назначения? Вариантов теперь было два: либо восток, либо запад. Два пути, две женщины, которые сами для себя всё решили, исключив его из этого решения и из своего будущего. Обе знали: одна по опыту, другая интуитивно, что если они дерзнут обсудить это с ним, то достаточно скоро проникнутся его точкой зрения и будут вынуждены остаться. Обе, видимо, полагали, что им сойдёт это с рук.
С каждой он был по-своему другим — в чём-то лучшей, в чём-то неожиданной и даже пугающей его версией себя.
По-хорошему, следовало бы доказать обеим, что они неправы.
Но кому первой?..
Алан скрылся в просторной гардеробной, где, миновав два увесистых платяных шкафа с нарядами Элеоноры и чем-то ещё из категории «нечего надеть», застыл у дальних полок. На секунду сверился с внутренним органайзером, потянулся ко второй сверху, извлёк оттуда гавайскую рубашку с голубым принтом сбежавшего из Vice City, ещё хранящую на воротнике нитяной узелок тайской прачечной.
«За рубежом будешь выглядеть как дурак», — предупредил его внутренний голос. Алан приказал тому заткнуться. Подумай о нём такое кто-нибудь хоть раз — сам останется в дураках.
[1]The truth is, we were much too young… — Правда в том, что мы были слишком молоды (англ.)
Сцена 58. Día de Muertos
Понедельник, 31 октября 2016 года
«Ну спасибо тебе, Джеймс Бонд, удружил!» — отфыркивался Алан Блэк, ступая по центральным улицам вечернего Мехико и медленно, но верно ошалевая от карнавального столпотворения под эгидой Día de Muertos — одновременно религиозного, философского и развесёлого праздника, стирающего грань между живыми и мёртвыми. Как если бы первые пригласили вторых на отвязную вечеринку — а те взяли и явились, и каждый в итоге отлично провёл время.
В воздухе витал аромат копаля и бархатцев, заглушаемый обильными винными парами и амбре из закусочных. Жара спадала, уступая место сумеречной свежести и даже осеннему холодку: 31 октября выдалось славное, в меру прогретое днём, потусторонне леденящее вечером.
В четверг, 27 числа Алану Блэку вернули паспорт и сняли все обвинения. Даже пожали руку и поблагодарили за активную гражданскую позицию и содействие в расследовании подозрительной офшорной активности. Он про себя ухмыльнулся: люди просто не умеют посредничать! Лавры-то предназначались валькирии.
Он сообщил ей эту новость и выпил за её здоровье бокал редкого коллекционного вина с кухни Меррис. Не удержался. Поппи теперь обитала в несколько иных краях, где стены теснее, а решётки прочнее — а Блэк до сих пор держал при себе дубликат… Рисковал, разумеется, но без риска и жизнь ведь не та.
Тем же вечером, не откладывая, он связался с детективом, запросил обновление.
Элеонора Блэк приземлилась в Мексике накануне, остановилась в центре. Одна, но уже в первый вечер завела среди местных знакомства. Собиралась посетить концерт Paté de Fuá.
Алан смутно припоминал, что о чём-то таком жена говорила последние полгода. Не часто, но и не пару раз. Он ещё посмеялся над названием группы, а про песни сказал, что ну так себе мелодийки для людей с лёгкой улыбкой и кошельком, тяжёлым сердцем и списком грехов.
