Когда боги смеются - Александра Маринина

Последним из откликнувшихся на дерзкий выпад Волкодава былнекто Носок, с которым Настя начала переписку под именем Змейки.

"Согласен, Медведева не похожа на благородую девицу. Новедь и ты, Волкодав, не очень-то... В следующий раз выбирай выраженияподеликатнее. Носок".

"Да ладно тебе, Носок, на Волкодава бочку катить.Говорить о человеке надо такими словами, которых он заслуживает. СветланаМедведева деликатности не заслуживает. Змейка".

"А ты каких слов заслуживаешь, Змейка? Носок".

Тоже подозрительный ответ, подумала Настя. Одновременноосторожный и настороженный. Что бы такое ему ответить?

Ничего путного в голову не приходило. Настя вскипятила воду,себе палила кофе, для Андрея заварила чай. Кажется, корреспондент с лягушачьимником "Ква" отпал, он пытается запретить Волкодаву приходить наФорум, то есть общаться с ним не хочет и выяснить его настоящее имя нсстремится. Ладно, будем считать, что одним подозреваемым меньше. Темная ледитоже к личному контакту не рвется, но это еще не окончательный вывод, можетбыть, она (или он) проверяется, подстраховывается. Из наиболее вероятныхкандидатов в Фанаты остаются Скульптор и Носок, но совсем не факт, что Фанатвообще участвует в этой дискуссии.

Настя вытащила из папки ксерокопии писем, изъятых у ЖениРубцовой. Письма короткие, контент-анализ проводить бессмысленно, тем болеежанры совершенно разные - личное письмо на бумаге и быстрая реплика, набраннаявторопях на компьютере. Глупо пытаться найти стилевое сходство.

- Вот твоя булочка, вот твои чипсы, а это шоколадкалично от меня, Андрей положил перед ней заметно постаревший марципан, два яркихпакета с чипсами и симпатичного вида конфету "Баунти". - Какиеновости на фронте переписки с убийцами?

- Андрюша, придумай ответ Носку, мне что-то в головуничего не приходит, - попросила Настя.

Она повернула монитор так, чтобы ему был виден экран.

- Предлагаю что-нибудь вроде: я заслуживаю словодобрения за мою откровенность и честность, потому что я точно знаю, что Светка- шлюха, и не пытаюсь делать вид, что она святая. Годится?

- Вполне.

Она повернула экран к себе и быстро напечатала:

"Я заслуживаю слов одобрения за мою откровенность ичестность. Я точно знаю, что Светка - шлюха, так всем и говорю, и не пытаюсьделать вид, что она святая. А ты, Носок, лжец и лицемер, потому что отрицаешьочевидные и общеизвестные факты. С дружеским приветом. Змейка".

- Это чай для меня? - спросил Андрей, показывая начашку.

- Для тебя, пей.

- Спасибо. А нашему дружку Ква ты что-нибудь ответила?

- Не стала. По-моему, это непроходной вариант. Онпытается меня заткнуть.

- Я бы на твоем месте попробовал продолжить с ним.Знаешь, как в классическом детективе, убийцей оказывается тот, кого меньшевсего подозреваешь. Вернее, на кого вообще не подумаешь, что он убийца.

Настя взяла одной рукой чашку с кофе, другой подхватилабулочку и сигареты и встала из-за стола.

- Садись на мое место, пробуй.

Андрей углубился в обдумывание ответа, который мог бысподвигнуть Ква на дальнейшую дискуссию, а Настя вытащила из сейфа папку,устроилась с ней на подоконнике и стала приводить в порядок материалы по другимделам, висящим на отделе. В окно врывался легкий прохладный ветерок, и ее всевремя отвлекало непривычное ощущение шевелящихся на лбу волос - Настя никогдапрежде не носила челку. Несколько раз за ней заходил Коротков и уводил в свойкабинет: из-за подключения к Интернету ее городской телефонный номер был всевремя занят, и Настю искали через руководство.

- Чего ты за мной ходишь? - удивлялась она. - Позвонилбы по внутреннему телефону.

- Мне ходить полезно, - отшучивался Юра. - Боюсьзаболеть профессиональной болезнью всех начальников, осевших по кабинетам, -большим животом. Меня тогда девушки любить не будут.

Когда дверь в очередной раз открылась и показалась головаКороткова, Настя тут же отложила папку.

- Опять меня к телефону?

- На этот раз нет. Сейчас Лесников приходил.

- Ну? - хором спросили Настя и Чеботаев.

- Вот вам и ну. Она опять никого не узнала. Артель"напрасный труд". Значит, Фаната действительно не было в клубах ни ввоскресенье, ни в четверг. Хотел бы я знать, почему.

- Или Женя его все-таки не помнит, - добавила Настя. -Что гораздо хуже.

* * *

Павел Плетнев довольно быстро убедился в несостоятельностисобственных представлений о том, что собирать информацию о ком-то - делопростое и незатейливое. Уже два вечера подряд он после работы приезжал иСвиблово, крутился возле дома, где жил Кирилл Яровой, и никак не могподступиться к выполнению задуманного. Дождей не было, и во дворе действительнотусовались пацаны и девочки лет тринадцати-пятнадцати, но как к ним подойти ичто сказать, Павел не знал. Он отдавал себе отчет в том, что выглядит в ихглазах взрослым дядькой, от которого ничего хорошего ждать не приходится. Его дезориентировалата легкость, с которой он вступил в субботу вечером в разговор с женщиной изэтого дома и сумел выяснить имя шантажиста и даже этаж, на котором расположенаего квартира. И ему казалось, что и все дальнейшее произойдет так же легко.Однако, потолкавшись в окрестностях, он вдруг понял, что тогда, в субботу, нанего снизошло вдохновение, как говорится, боженька в темечко поцеловал, что ипозволило ему найти верные слова и правильный тон. Однако боженька, каквыяснилось, поцелуями не особо разбрасывается, есть и другие, кого надо одаритьсвоей милостью. Вдохновение Павла больше не посещало, никакого поводапознакомиться с дворовой молодежью он придумать не мог, а с каждой проведеннойтам минутой росла опасность быть замеченным, примелькаться и вызватьподозрения. А шантажист между тем звонил и спрашивал, когда будут деньги. Ольгасогласилась заплатить, как советовал ей Павел, и просила время на то, чтобысобрать нужную сумму.

Не преуспев в задуманном, Павел сказал Ольге:

- Лелька, я по-прежнему считаю, что ты должнапоговорить со своим Романом. У меня не получилось выяснить хоть что-нибудь проЯрового, но, может быть, у твоего друга получится. Может быть, он знает этоимя, тогда и выяснять ничего не придется.

Ольга испуганно посмотрела на него.

- Ты что, Паша? Я же тебе тысячу раз объясняла...

- Да знаю я, знаю, - он раздраженно разломил пополамкусок хлеба, густо намазал кетчупом и сунул в рот. - Но ты ведь можешь сказатьему, что шантажист требовал какую-нибудь совсем смешную сумму, например, тысячудолларов. И ты заплатила. Даже если Роман захочет отдать тебе эту тысячу, он неразорится. Потом купишь ему на эти деньги какой-нибудь подарок, и твоя совестьбудет чиста.