Палач мафии - Владимир Колычев

– Уж как-нибудь сам…

– Лады…

Пыжик смерил его холодным взглядом и повернулся к нему спиной. Сел в машину и был таков.

…Кирилл уже подходил к своему вагону, когда появился Пыжик.

Он шел к нему широким шагом со стороны вокзала.

– Игорек! – окликнул он его. – Погоди, братуха!

Кирилл снова напрягся. Что, если Пыжик подойдет к нему вплотную и пырнет его ножом? Такой вариант не исключался…

Но нет, все обошлось. Пыжик остановился метрах в двух от него.

– Попрощаться с тобой захотел, – сказал он. – Такая вот ситуация, братан… Ты мент, я бандит. И ничего тут не попишешь… Ты должен знать, братуха, что я не держу на тебя зла. Ты хоть и мент, но ты настоящий пацан. Так и знай!..

Потянулась томительная пауза. И Пыжик, и Кирилл чувствовали себя неловко.

– Там, в Москве, тебя никто не ждет, – первым заговорил Андрей. – Это – ни кола, наверное, ни двора… В общем, это тебе!

Он вытащил из кармана пальто увесистый жгут из долларовых купюр и протянул ему.

– Извини, но я не могу этого взять, – отказался Кирилл. – Почему? – без удивления спросил Пыжик.

– Дурак потому что…

– Да нет, не дурак ты. Просто натура у тебя такая ментовская. Ты по жизни мент упертый. И только могила тебя исправит. Тьфу, тьфу… Ты это, если там в Москве какие непонятки, ты мне звони, лады? Может, помогу чем?

– Поживем – увидим, – улыбнулся Кирилл.

– Может, все-таки возьмешь бабки? – спросил Пыжик. – От всей души ведь…

– Ты же сам сказал, что я упертый!..

– Да я тоже упертый… Значит, не возьмешь?

– Нет.

– Как знаешь.

Пыжик подошел к проводнице и вложил ей в руку все деньги. Девушка была потрясена. И смотрела на него ошалевшими глазами.

Впрочем, ни Пыжик, ни Кирилл этого не замечали. Пришла пора прощаться. Они пожали друг другу руки. Только вот по-братски не обнялись.

Каждый из них добился своего. Один стал крутым мафиози, другой – исполнил свой долг. У Пыжика под пятой Пригорск со всеми потрохами. Богатые дома, дорогие рестораны, шикарные машины и роскошные девочки. У Кирилла дорожная сумка, несколько тысяч рублей в кармане и служебное предписание. Но главное, при нем его незапятнанная офицерская честь. Для него это дороже всех мирских благ. Такой уж он человек…