Очень плохие вдовы - Сью Хинсенбергс

бы, но с довеском в виде приюта для животных? Ни фотографий в интернете, ни соцсетей… Так что, считай, прыжок в неизвестность. Но вот мы здесь! Вуаля! Твое здоровье, Мануэль. Давно ты овдовел?

Гектор услышал звон бокалов. Мужской голос с густым латиноамериканским акцентом произнес:

– Боги, никогда не пробовал такой вкусной «Маргариты». А ты?

Ответа не последовало.

Гектор услышал, как скрипнул стул, и слегка раздвинул жалюзи. Точно. Марлен расположилась под зонтом, уткнувшись носом в туристические брошюрки, а Нэнси и Шализа плескались в бассейне. За столиком сидел красивый пожилой мужчина в белой рубашке, перед ним стояли два бокала «Маргариты» – один наполовину полный, – а рядом лежала женская шляпа. Судя по всему, его спутница только что ушла.

Гектор почувствовал, как к нему подошла Бренда и обняла за талию. Он, чуть приподняв бровь, приобнял ее за плечи. И едва не подпрыгнул, когда что-то пушистое коснулось его ноги.

– Элмер! Они и тебя привезли! Рад видеть тебя, приятель… – Он взглянул на жену и с прищуром спросил: – Полностью оплаченное путешествие на четырех персон плюс собака. Ты что опять устроила?

– Просто свела нескольких людей с общим прошлым в одном месте. Посмотреть, осталась ли между ними химия, – ответила она мягко.

Гектор покачал головой.

– Звучит так, как будто ты составляешь расписание предметов по выбору в старших классах… Но ведь ты вмешиваешься в жизни людей!

Он присел и взъерошил шерсть Элмеру, который так и продолжал прижиматься к нему.

– А предупредить ты не могла?

Бренда пригладила мужу волосы и улыбнулась.

– Вы, ребята, все равно не согласились бы. А вот твоя мать, кстати, одобрила.

Гектор погладил Элмера напоследок, провел руками по лицу и поднялся. Пес поднял голову и, почуяв знакомый запах, потрусил через ресторан во внутренний двор. Снова задрал голову, принюхался и пошел вслед за запахом Пэм вдоль бассейна. Он уже почти подошел к хозяйке, когда до него донесся другой запах. Навострив уши, он снова принюхался и повернулся как раз в тот момент, когда Хэнк выходил из бара, вытирая руки белым полотенцем. Хвост Элмера заработал как пропеллер, он уже приготовился броситься к хозяину, но неожиданно замер.

Увидев Пэм, Хэнк резко остановился. Элмер сидел между ними, и хвост его ходил ходуном, усиленно расчищая от песка каменные плиты, и он то и дело переводил взгляд с Хэнка на Пэм и обратно. Пэм остановилась, когда между ней и мужем было не больше десяти шагов, а Элмер перестал махать хвостом.

Они долго не могли оторвать взгляда друг от друга, и Пэм сказала:

– Вы мне кого-то напоминаете.

Хэнк улыбнулся уголком рта.

– Забавно. Я подумал то же самое.

– Мужчина, о котором я подумала, бросил меня. Не так давно. – Пэм скрестила руки на груди.

– Держу пари, у него была весомая причина, чтобы бросить такую женщину… – Хэнк медленно кивнул.

– Правда так считаешь? – подняла бровь Пэм.

– Правда. – Хэнк тоже скрестил руки на груди. – Кстати, та женщина, о которой я подумал, творила со мной какие-то совсем безумные вещи. Весьма эксцентричные.

– Держу пари, она считала, что поступает правильно, – усмехнулась Пэм.

– Думаешь? – ответил Хэнк, поднимая бровь. Затем отвернулся и прищурился, глядя на заходящее солнце.

Пэм улыбнулась и едва заметно пожала плечами. Элмер никогда не видел свою хозяйку такой – радостной и грустной одновременно. Она точно чего-то хотела. И хозяин тоже хотел. Но получат ли они желаемое – вот в чем вопрос.

– Наверняка она теперь жалеет, что все это вообще произошло, – тихо сказала Пэм.

Хэнк снова посмотрел на Пэм, и его глаза заблестели, когда он ответил ей так тихо, что Элмер едва мог слышать его:

– Уверен, он тоже.

Хэнк закинул полотенце на плечо, улыбнулся и раскрыл объятия. Элмер встрепенулся и завилял хвостом так, что тот скорее стал похож на вертолетные лопасти. Пэм смотрела Хэнку прямо в глаза и только потом, пропустив удар сердца, побежала к своему мужу, обхватила его, прижавшись щекой к груди, – и словно последняя деталь пазла встала на свое место на пыльном столе. Пазла, который так долго не могли собрать. Они обнимались, и Элмер втиснулся между ними, щекоча хвостом их босые ноги.

В ресторане Бренда прижалась к мужу, просунув палец в петлю для ремня его брюк.

– Ты же понимаешь, что все могло пойти не по плану, – сказал Гектор, глядя на Пэм и Хэнка.

Бренда положила голову ему на плечо.

– Гек-торо, – прошептала она, – уж кто-кто, а ты знаешь, что каждый заслуживает второй шанс.

– Надо полагать, – ответил он, заправляя прядь волос ей за ухо. – О боже мой, любимая… Приготовься, будет бурная ночь.

– «Аэроплан!»?

– Нет. Бетт Дэвис в фильме «Все о Еве». – Гектор взял Бренду за руку. – Надо убираться отсюда, и побыстрее. Когда Андре и Шализа увидят друг друга, нам лучше быть подальше.

Эпилог

Еще шесть месяцев спустя

Теперь я танцую

Пэм всматривалась в лица гостей, занимающих свои места по обе стороны от прохода напротив беседки, украшенной цветами, с видом на Тихий океан. Нэнси все еще не было. Пэм недовольно поджала губы, но вспомнила, что это подчеркивает морщины, и быстро расслабила мышцы лица. Очередная маленькая битва в бесконечной войне со старением. Но если с морщинами Пэм теоретически еще и могла что-то сделать, то с Нэнси – увы. Если та не могла появиться в нужном месте в нужное время – тем хуже для нее.

И очень кстати вспомнилось предупреждение Марлен. Когда все только началось, она отвела Пэм в сторону и прошептала:

– В идеале я бы промолчала, но ты же знаешь Нэнси. Да, она все изучит и добьется лучших цен на все… Но она же всюду будет опаздывать. А организаторы свадеб обязаны приходить вовремя.

Пэм посмотрела на часы, и тут, как по заказу, оркестр сменил бодрую приветственную мелодию на лирическую, что больше соответствовало предстоящей церемонии. Вот уже и Гектор прошел к гостям. Элмер шел за ним, оставаясь в прохладной тени. Он разглядывал корзины с цветами, украшавшие проход, и Пэм была готова поспорить на свою долю в бизнесе, что, как только гости разойдутся, Элмер оросит все эти корзины – просто чтобы другие собаки знали, что они во владениях Элмера.

– Вроде все готово, – Гектор кивнул в сторону бассейна.

Пэм перевела взгляд: на другой стороне лужайки Бренда следила, как заносят трехъярусный свадебный торт. Сеньора Чавес-старшая, крепкая дама в фартуке, стояла в дверях столовой и размахивала полотенцем, словно матадор, привлекающий внимание быка. Она увидела