Архив Шевалье - Максим Теплый

Игнатов движением руки пресек попытку Каленина прервать его, причем сделал это настолько убедительно, что тот решил дослушать генерала до конца.

– Свяжитесь с вашим шефом, и пусть он позвонит на ОРТ. Через пятнадцать… нет, уже через тринадцать минут начнутся двенадцатичасовые новости. Они продлятся минут десять. В конце программы ведущий должен произнести фразу: «В Москве ожидается улучшение погоды. Температура повысится еще на один градус». Если это не будет сказано, то минут через пять после окончания новостей произойдет то несчастье, которое еще можно предотвратить.

– Послушайте, если вы говорите правду, то почему не даете возможность воспользоваться вашим же предложением? Времени уже практически нет! Ну кто в здравом уме согласится на это чудачество с телевидением?

– Беркас Сергеевич! Отбросьте колебания! У вас нет выбора. Вы же не хотите взять на себя вину за то, что не использовали единственную представившуюся возможность исключить риск гибели людей. Будьте же благоразумны! Срочно звоните шефу, и пусть он немедленно связывается с телевидением. Уверяю вас, что шутка с повышением уличной температуры на один градус не возбудит страну так, как серия взрывов в столице. Вы же ничего не теряете, даже если на секунду допустить, что я неудачно разыгрываю вас и ваше начальство.

– Сейчас здесь будут люди из ФСБ, – решительно произнес Каленин, – и подозреваю, что минут через пять после общения с ними вы сами отмените свое безумное решение.

Глаза Игнатова, и без того узковатые, превратились в две изогнутые щелки:

– Пытать и поить меня «сывороткой правды» бессмысленно. Дело в том, что я не знаю, где произойдет теракт, и не знаю, кто его осуществит! Кому-кому, а уж мне в деталях известно, как можно вытащить из человека любую информацию. Но только при одном условии: если он ею владеет. Я же осознанно ее от себя отрезал. С корнем! Все остальное, от начала до конца, придумал я: мне точно известно, сколько будет терактов и в какое время они будут происходить, если, конечно, по телевидению не будут произносить условные фразы. Думаю, вы догадываетесь, что эти фразы известны исполнителям. Именно в этом суть моего замысла! Чем дольше вы будете сомневаться, тем больше будет жертв. А что касается времени, – Игнатов посмотрел на часы, – то я сознательно его вам почти не оставил. Я вовсе не хочу, чтобы мои коллеги с Лубянки успели проявить свое мастерство по части допроса до того, как убедятся в его бессмысленности. А то, не ровен час, напоят какой-нибудь гадостью, превратят в растение, а взамен получат взрывы, которые будут происходить ежедневно. Согласитесь, это очень плохой сценарий. Осталось семь минут, Беркас Сергеевич! – Для убедительности Игнатов сунул под нос Каленина тыльную сторону ладони и отдернул рукав. Было без семи минут двенадцать. Каленин успел увидеть не только время, но и марку часов: это был «Breguet». – Звоните! Остановите взрыв! И когда вы, вместе с вашими командирами, сделаете это, я расскажу о своих условиях…

…С этого места начинается другой роман о похождениях Беркаса Каленина, который называется «Казнить Шарпея».

Москва – Калуга – Москва.

Декабрь 2008 года