Странная Салли Даймонд - Лиз Ньюджент

скончался в 1985 году. Он жил в Новой Зеландии под вымышленным именем. У него имелся сын по имени Стивен Армстронг. Тут появился Марк и поправил ее. Я не сказала ни слова, но Марк все рассказал им про Питера и про то, как он жил в моем доме. Это заставило инспектора Ховард сорваться.

– Здесь? Когда?

– Где-то, мне кажется, с середины декабря и до прошлой недели, верно, Салли?

– Что? Как он вышел на связь?

Я предоставила Марку все объяснять. Ховард и ее помощник сделали идентичные записи. Она задала неизбежный вопрос, почему мы не предупредили полицию. Марк объяснил, что я настаивала на сохранении личности Питера в тайне.

– И где он сейчас?

– Уехал путешествовать по Ирландии. Салли с ним на связи, да, Салли?

Они все уставились на меня, и на глаза снова навернулись слезы и потекли по щекам. Марк подошел и положил руку мне на плечо.

– Что такое? Что он сделал?

Трясущимися пальцами я отыскала в телефоне сообщение, которое получила всего два дня назад.

Я передала телефон сначала Марку, а потом инспектору Ховард.

Марк ничего не сказал, но вздохнул, как мне показалось, с облегчением.

Инспектор Ховард попросила нас прийти в участок в понедельник с утра.

– Он не преступник, а жертва, такая же, как Дениз и я, – сквозь слезы произнесла я.

Они поднялись и направились к выходу.

– Он когда-нибудь упоминал Линду Уэстон или Ранджи Парата?

– Нет, при мне нет. Салли?

Я покачала головой.

Полицейские уже были в дверях, когда инспектор Ховард повернулась ко мне:

– Он когда-нибудь упоминал Аманду Херон?

– Да, это его дочь. Мы сделали тест ДНК перед тем, как с ним встретиться. Он сказал, что никогда с ней не встречался. Она родилась в результате встречи на одну ночь, – сказал Марк.

Глава 55

Питер, 2020

Сын пошел по стопам отца. Питер Гири и Стив Армстронг исчезли. Полагаю, эту подкастершу в полиции в итоге приняли всерьез.

Я приземлился в Чикаго как Дэйн Трусковски. Для меня все было гораздо проще, чем для отца, спасибо даркнету и наследству. Эти маски – просто божий дар. Я летал из города в город по всем Соединенным Штатам, но, думаю, теперь останусь здесь, в Натте, Нью-Мексико. Я отрастил бороду и купил себе дом. Он находится в самом конце проселочной дороги, о существовании которой мало кто знает. Там уже давно не жили, но, думаю, мне удастся его хорошо обустроить.

Когда я закончу с домом, я построю за ним сарай. Звукоизоляционные материалы доступны на «Амазоне», как и что угодно – даже кандалы. Теперь я осознал, что единственный способ обрести ту связь, которая мне необходима, – это взять женщину и удерживать ее, пока она не подчинится. Я готов ждать. Я не буду заставлять ее любить меня. Я ее пока даже не нашел. Она не будет ребенком. Я не как мой отец.

Глава 56

Салли

Страна на локдауне. Несмотря на запрет на передвижения более чем в радиусе двух километров, нас с Марком дважды вызывали в центральный полицейский участок в Дублине.

Коронавирус практически вытеснил все остальные новости из повестки дня, так что про обнаружение еще одного ребенка Конора Гири, или про смерть моего биологического отца в Новой Зеландии в 1985 году, или про его связь с гибелью мальчика по имени Ранджи Парата и с похищением Линды Уэстон говорили совсем мало. То, что Питер является отцом ребенка Линды Уэстон, Аманды Херон, еще не стало достоянием общественности, но он уже объявлен в международный розыск. Границы Новой Зеландии закрыли. Питер не позволил нам сделать ни одной своей фотографии, но мы провели многие часы в аэропорту Дублина, просматривая записи с камеры наблюдения с 25-го до 28 февраля. Мы нашли его в терминале 2, в зале вылетов, но не смогли определить, к какому выходу он шел. Он затерялся в толпе. Никого по имени Стив или Стивен Армстронг в тот день в аэропорту не было. Видимо, Питер сделал себе новый паспорт.

Одна подкастерша по имени Кейт Нгата связалась со мной по имейлу. Она вместе с моей племянницей Амандой делает подкаст и хочет, чтобы я поучаствовала. Я так поняла, моя бывшая подруга Сью уже пообщалась с ней по зуму и рассказала, как подозрительно вел себя Питер, когда был в деревне. Я не хочу знать Аманду Херон. Мои дядя и брат так меня разочаровали, что лучше обойдусь без родственников.

Тетя Кристин совсем не звонит с тех пор, как я «проявила агрессию» в ее доме. Стелла недовольна, что я ничего не рассказала ей про Питера.

– Почему ты не сказала мне, кто он? – возмущенно спросила она.

А что я могла ответить? У меня наконец появился человек, который принадлежал лишь мне одной. Я любила его, хотела защитить и оставить только для себя.

Я никак не могла предположить, на что он способен. От мысли, что человек мог унаследовать такого рода болезнь от своего отца – моего отца, – и что я могла с распростертыми объятиями принять его у себя в доме, мне хотелось кричать ночи напролет.

Линде Уэстон было двадцать семь лет, когда родилась Аманда. Я продолжала всех уверять, что нет никаких доказательств изнасилования, никаких доказательств, что ее с Питером отношения были не со взаимного согласия. Ее не убили, она умерла от аппендицита. Марк велел мне рассуждать здраво. Почему Питер исчез? Почему он просил нас помалкивать, пока был здесь? Почему путешествовал по подложному паспорту? Но я держалась уверенности, что в каком-то смысле Питер невиновен. Я держалась за остатки своего разума.

Анджела регулярно мне звонит и пишет, но я редко отвечаю на телефон, только когда нужен новый рецепт на валиум. Я принимаю его довольно много, просто чтобы не кричать. А еще много пью.

Мне пришлось рассказать полиции про деньги, которые я отдала Питеру. Марк из-за этого жутко взбесился. Он заявил, что следовало обсудить с ним, что делать с деньгами. Он думает, что имеет право на какую-то их часть, потому что пострадал больше всех. Мы из-за этого поссорились. Маргарет оставила деньги мне. Я не говорила с ним несколько недель. Анджела оставила голосовое сообщение и сказала, что он подхватил вирус и попал в больницу. Марк очень болен. Посетителей к нему не пускают. Но мне все равно. Я не хочу его видеть.

Тина ошибалась по поводу всего. А я была права, что никому не доверяла. Все