Фанера Милосская - Дарья Донцова

– Тебя упомянули в анонимке, я должнабыла с тобой познакомиться. Это раз. Потом, ты была необходима для беседы сПавлом. Я же не думала, что он наймет тебя как детектива и такое закрутится. Аты дурочка! Ведь велено было не ходить в «Икар». Здорово Равиль обводит людейвокруг пальца – сначала приказал тебя по кабинетам протащить, мозги запудрить,потом девчонку с букетом подсунул. Тебе и в голову не пришло, что милыйстаричок с неисправной машиной тоже человек Равиля. Скажи спасибо, что Стас,мой человек в клинике, которому я велела пасти тебя, глупенькую, увидел, какРавиль готовит у себя в кабинете шприц, а потом передает его пенсионеру, ипонял, что задумано.

– А что было в шприце?

– Снотворное. Равиль собирался отвезтитебя в укромное место. А перед тем, как избавиться навсегда от настырнойклиентки, хотел вытрясти из нее правду: кто она и кем послана.Понимаешь? – вздохнула Нина.

– Постой! – вдруг подскочилая. – Нестыковочка!

– Какая? – быстро спросила Косарь.

– Я только сейчас сообразила! Девушек –«добрых ангелов», – по твоим словам, не убивали?

– Да, это так, – закивала Нина.

– Их отправляли подальше от Москвы, запугаврецидивом болезни Сомари – Вильсон?

Нина склонила голову набок.

– Ну? Дальше.

– А Беатрису Мальчик отравили! Этостранно, если учесть, что Светлана наверняка планировала ее появление в судекак свидетеля, чтобы рассказать о связи с Павлом. С какой стати ей подсунулиотравленные рыбные консервы?

Косарь усмехнулась.

– Молодец! А я уж думала, что ты необратишь на это внимания. Поэтому имею предложение: не хочешь работать вместесо мной?

– В смысле? – изумилась я.

– Мой приятель организовал частноедетективное агентство, – пояснила Нина, – я ухожу к нему, увольняюсьсо старой работы и предлагаю тебе присоединиться к нам. Твой Юрий Лисица полныйидиот. Я навела о нем справки – на уме у мужика одни бабы! Делом не занимается,контору тащит на себе Лампа Романова. У нас тебе будет намного лучше. Так как?Заметано? Поверь, мы легко заткнем Пинкертона за пояс!

Я растерялась.

– Сразу не отвечу.

– Ладно, – согласиласьКосарь, – подумай пять минут.

– Так почему убили Мальчик? –вернулась я к интересующей меня теме.

Нина стукнула кулаком по тумбочке, стоявшей укровати.

– Краминовой ее смерть не нужна. Равилютоже. А кому выгодна?

– Не знаю!

Косарь положила ногу на ногу.

– Узнав о своей болезни, Беатриса тут жезавещала квартиру Кристине. Стриптизерка преданно ухаживала за умирающей, и тутвдруг выясняется: Мальчик-то выздоровела, жилплощадь уплыла из-под носа!

Я вздрогнула и прошептала:

– Когда я разговаривала с Кристей, тавдруг расплакалась, убежала в ванную, стала из-за двери повторять: «Не знала,что будет так тяжело». Ее мучила совесть!

– Ага, – кивнула Нина, –именно. Это только кажется, что лишить подругу жизни легко. Кристина до такойстепени извелась, что после твоего ухода прибежала ко мне и призналась вотравлении Беатрисы. Совершив преступление, Кристина предполагала, что телопевички вскроют, обнаружат болезнь Сомари – Вильсон и решат: Мальчик скончаласьот заразы. Только к делу Беатрисы отнеслись халатно, сочли ее кончинунекриминальной. Да и Кристина при подготовке убийства проявила неожиданную сообразительность:порылась в мусорных бачках, нашла там банку рыбных консервов с давно истекшимсроком годности, купила в магазине точь-в-точь такую же, но свежую, вскрыла обеемкости, подмешала к хорошим шпротам пару тухлых, размяла вилкой, добавила репчатыйлук, немного растительного масла и пару крутых яиц – получился салат, самыйобычный, какой часто делают на скорую руку. Кристина слышала о ботулизме инадеялась, что правильно приготовила отраву. Она сделала подружке ужин, а таего съела.

– Не во всяких консервах образуетсяяд, – пробормотала я.

Нина пожала плечами.

– Верно. Но Кристине, если можно таквыразиться, повезло. Оцени ее замысел – на столе остатки салата, в помойномведре пустая банка из-под шпрот. Запах репчатого лука и аромат нерафинированногомасла забили вкус несвежей рыбы. А ботулин может образоваться и в консервах снормальным сроком годности. Уже потом, когда мне принесли анонимное письмо, яначала копать. А Кристину тем временем мучили кошмары – убитая подруга являласьей во сне, спрашивала: «За что?»

– Такая красивая девушка, –вздохнула я, – знаешь, когда я увидела Кристину в первый раз, онапоказалась мне похожей на Венеру Милосскую, очень женственная фигура и лицо,словно у античной статуи!

– Скажешь тоже! – фыркнулаНина. – Фанера Милосская, вот она кто! Богиня невероятной жадности. Личномне Кристина совершенно не понравилась внешне, а уж о внутреннем содержании иговорить не хочу.

– А Светлана Краминова жестокаяубийца! – продолжила я. – Если бы не она, Беатриса осталась бы жива, Кристинане превратилась бы в преступницу. Корень всех бед в жене Павла Львовича!

– А может, в самом бизнесмене? –возразила Нина. – Согласись: уважай он жену, той бы не пришло в головусоздавать бизнес «добрых ангелов». Нет, моя милая, каждый сам виноват! Не увсех жен хорошие, заботливые мужья, но основная масса женщин и не помышляет опреступлении. У многих подруги оказываются в реанимации, стоят одной ногой накраю могилы, потом выздоравливают, но их не отправляют на тот свет насильно,желая заполучить наследство.

– У Павла Львовича получилась жуткаясемейка, – вздрогнула я, – Олег, Тина, Нюта, домработница Римма,Светлана. Нет ни одного доброго человека!

– Подобное притягивает подобное, –фыркнула Нина, – черное не смешивается с белым. Если вас окружают подонки,следовательно, вы сами мало чем от них отличаетесь. Измени себя, и изменитсятвой ближайший круг. Каждый муж достоин своей жены, любая супруга соответствуетсвоей второй половине, мы имеем ту семью и тех друзей, которых заслуживаем. Такчто ты решила про работу? Согласна?