Водоворот чужих желаний - Елена Михалкова

Он усмехнулся чему-то, понятному только ему, и открыл дверь,следя, чтобы не выскочили собаки.

Часом раньше Зинаида Яковлевна делилась с соседкой по палатеподробностями утреннего визита Макара:

– А под конец я не выдержала и говорю ему: ну что,говорю, отпустило тебя? Перестал виноватых искать? Нету больше виноватых, нету!Жизнь все по своим местам расставила за тебя.

– А он что?

– А он – спасибо, говорит. И за яблоко, говорит, тоже.Схрумкал и пошел.

Эпилог

Шесть месяцев спустя

Май обрушился на город так внезапно, что никто толком и неуспел подготовиться к весне. „Пятнадцать градусов в тени“, – сообщалпрогноз, а на солнце было все двадцать. Шапочки постриженных кленов зазеленелиза одну ночь, а тополя блестели глянцевыми вымытыми листиками, иумопомрачительно пахли тополиные почки.

Маша глубоко вдохнула лесной воздух, запрокинув голову, изасмеялась от радости. Весна! Какое счастье! Весна…

– Машка, ты подстилку не забыла? – озабоченноспросил муж, подходя. – Земля еще холодная, мы попы отморозим.

– Не забыла. Ты видел цветы? Там, на полянке?

– Я видел мясо в багажнике. И Макара, который ушелкуда-то с пакетом, в котором помидоры и огурцы. А поскольку мне не хочетсяоставаться без гарнира, я предлагаю найти Илюшина и отобрать у него пакет.

Бабкин помахал Косте, бродившему среди деревьев, инаправился к машине.

На пикник этой весной они выехали первый раз, и все словноопьянели от запахов земли, леса, проснувшихся деревьев и трав. Сергей гонялсяза Макаром, который сбежал с помидорами и хохотал на весь лес, удирая отприятеля. Маша, присев на корточки, с восхищением рассматривала тонкийстебелек, увенчанный белой чашечкой цветка, по лепесткам которого бежалиголубоватые прожилки. Костя искал дупло, в котором, как он считал, должныобитать белки.

– Костя, русалка у тебя? – позвала Маша.

– У меня, мам. Не бойся, я не потеряю!

Фигурка всю зиму пролежала в ящике под документами, ивспомнили о ней только в начале мая, когда Макар познакомился со скульптором,собиравшим изображения нечистой силы. Скульптор жил в сорока километрах отМосквы в большом частном доме и не раз приглашал к себе всю компанию в гости.Очередную поездку было решено совместить с „лесными“ шашлыками, а заодно отдатьрусалку человеку, которому она будет интересна.

Макар с Сергеем вернулись, запыхавшиеся, и сообщили, чторека куда ближе, чем они определили по карте.

– Пойдем туда, – предложил Бабкин. – Тут идтинедалеко, минут десять.

Стоя на берегу извивающейся черной речушки, Костя ленивобросал в нее травинки, а Маша грелась на солнышке, пока Макар и Сергейразводили костер и готовили шампуры.

– Костя, не свались! – предупредила Маша сына,стоявшего на невысоком обрыве – с этой стороны берег был крутой, а с другой –пологий. – Жалко, на тот берег не перебраться.

– Здесь интереснее. Здесь омуты!

– Вот я и говорю – не свались. И вообще, отойди открая.

Вместо того чтобы отойти, Костя выпросил разрешенияспуститься к воде, и Маше пришлось помогать ему слезть по осыпающемуся склону.

– Ноги не промочи. – Она стояла в трех метрах надним, глядя, как мальчик проверяет палкой глубину. Вода в этом месте былачерная, мутная, и Костина палка уходила возле берега почти до конца.

– Глубоко! – восхищенно сказал Костя. – Эх,здесь такая рыба клюет, наверное!

Рассеянно наблюдая за сыном, Маша думала о своем, и мысли еескакали с одного на другое: „Нужно отправить тетушке Даше витамины для Тоньки иБублика. До конца праздников я должна написать пять сценариев, а у меня непридуман ни один сюжет… Ботинки Косте малы, придется покупать новые. Ужасно нелюблю мерить с ним ботинки… Капитошин звал отметить его день рождения в кафе,нужно придумать подходящий подарок. Бедная Катя так и мучается, боитсяпозволить себе быть счастливой, придумывает все новые препятствия… В чем-то яее понимаю. Для таких, как она, долг всегда значит больше, чем все остальное.Надо поговорить с девочкой – кажется, ей важно мое мнение. Хорошо, если они сАндреем…“

Не додумав очевидную мысль, она зажмурилась на солнце,ощущая тепло на своем лице, и ее охватило умиротворение. „Ей просто нужновремя. У них все наладится. Господи, как же хорошо весной!“

На пятнадцатом этаже высотного дома, стоявшего на югеМосквы, женщина закончила мыть окна, но оставила створку распахнутой иподставила лицо солнцу, жмурясь от удовольствия.

– Хорошо-то как, Верка! – выдохнула она. –Весна пришла, наконец-то!

Невысокая рыжая женщина лет тридцати восьми с веснушками,рассыпанными по улыбчивому круглому лицу, отложила в сторону тряпку и всталарядом с подругой.

– Меня сейчас сдует, – поежилась она. – Люб,закрой окно!

Подруга обернулась к ней. Она была красива зрелой женскойкрасотой – зеленоглазая, с высокими скулами, пухлыми красными губами, которымне требовалась помада, ровными широкими бровями.

– С тех пор как вы меня на картошке простудили, я любыхсквозняков боюсь, – виновато напомнила рыжая. – А у тебя все окнанараспашку.

Та, которую она называла Любой, прикрыла створку и села настул, задумчиво крутя на пальце темную прядь вьющихся волос.

– Знаешь, я только недавно вспоминала про тупоездку, – задумчиво сказала она. – Помнишь, когда мы с Володькойначали встречаться?

– Помню, конечно. Что, Любань, ностальгия? Вспоминаешьпервые поцелуи с будущим мужем?

Она рассмеялась, но подруга осталась серьезной.

– Я иногда вспоминаю того парня… Помнишь, которого мывстретили в магазине? Он потом утонул…

Рыжая перестала смеяться и сочувственно кивнула.

– Помню, конечно. Знаешь, столько лет прошло, а я егоочень хорошо помню. Наверное, потому, что он был странный.

– Да… верно, странный. Он тогда стал меня стыдить зато, что я дразнила рыбака… Нет, стыдить – неправильное слово. Не знаю, каксказать… Он был словно сумасшедший.

Она растерянно замолчала.

– Почему ты вспомнила его, Люб? – осторожноспросила ее подруга. – У вас с Володькой все в порядке?

– Да, у нас все хорошо. Почему вспомнила? Сама непойму. Знаешь, такая глупость: когда мне сказали, что он утонул, я сразуподумала, что он утонул там, где я купалась.

– И я о том же подумала, – призналась Вера. –Только ведь это было не так.

– Не так. Он утопился в лесном озере. Оно еще таккрасиво называлось – Марьин омут. А я купалась в заводи на реке. Голубица,кажется… Кто знал, что там тот рыбак будет стоять в кустах? Кстати, помнишь,как он на нас смотрел, когда потом встречал?