Мажор. Умереть, чтобы родиться - Игорь Соколов

Оглушенная, Вика в свете, который чуть попадал в комнату из открытой двери ванной комнаты, заметила, что мужчина упал, хватаясь за ногу. Но он тут же с одного колена попытался снова прыгнуть вперед с вытянутой рукой. И в руке у него снова был скальпель. Вика отшатнулась в угол и снова выстрелила. Мужчина перекатился по полу, вскочил и, сильно припадая на одну ногу, выскочил из комнаты.

Кашляя, Вика перебежала на середину комнаты, чтобы видеть все пространство до входной двери. И в то же время быть самой в безопасности, если преступник притаился за дверным косяком. Нет, мужчина ковылял довольно быстро к двери. Его шатало из стороны в сторону. Вика выстрелила в последний момент, но спина скрылась за дверью. Брызнули осколки кирпича в том месте, куда угодила пуля. Вика шагнула было к выходу, но тут же остановилась.

Игорь лежал в неестественной позе. За все время, что тут находилась Вика и даже стреляла, он не пошевелился. Неужели… Вика приложила руку к шее Игоря, нащупала артерию… Слабый пульс. Выпрямившись, Вика достала мобильный телефон.

Когда Игоря выносили на носилках санитары «Скорой помощи», Вика шла рядом с врачом, рассказывая о случившемся и своих подозрениях.

– Это может быть яд, – говорила она убежденно.

– Какой? – врач посмотрел на нее усталыми глазами.

– Я не знаю. Воздействует на сердечный ритм.

– Почему вы так решили?

– Я работаю в полиции, есть основания.

Они спустились уже на первый этаж и вышли на улицу. Носилки задвинули в машину, и тут раздался крик медсестры:

– Остановка!

Врач бросился к машине. Медсестра уже разворачивала дефибриллятор по его приказу. Вика стиснула руки и стояла молча, глядя на медиков, которые боролись за жизнь Соколовского.

– Разряд!

Вика видела только их спины и ноги Игоря. Ноги дернулись от разряда вместе со всем телом, а теперь санитар навалился, надавливая на грудь ладонями.

– Нет!

– Разряд! – Тело Игоря снова подбросило на носилках.

Жека, незаметно подошедший сбоку, кусал губы.

– Игорь, давай… – еле слышно прошептал он, и Вика сейчас была очень благодарна оперативнику за эти слова.

– Пошло! – крикнул кто-то в машине.

– Прибор не показывает!

– Еще разряд! И не стоять! – закричал врач.

Двери машины захлопнулись, и она, набирая скорость, унеслась со двора, мигая огнями и взвизгивая сиреной. Вика опустила голову. Аверьянов тоже молчал рядом, нервно мусоля сигарету в углу рта. Во двор въехала машина такси, и оттуда торопливо вышел Пряников в джинсах и рубашке навыпуск.

– Что с Соколовским? – быстро начал он спрашивать, глядя то на Родионову, то на Аверьянова. – «Скорая» увезла? Значит, еще жив?

– Пока жив, – пожала Вика плечами. – Сердце отказывает.

– Что было? Подробно, – приказал подполковник.

– Покушение на убийство, – сухим голосом рапорта доложила Родионова. – Нападавший ушел. Ранен в ногу. Я применила оружие.

– Ясно. Подробности – на месте, – сказал Пряников и махнул всем рукой следовать за собой.

На балконах и в окнах, несмотря на ночь, было довольно много любопытных, разбуженных выстрелами в квартире Соколовского. А потом еще и сирена «Скорой помощи». Смоленцев в подъезде собирал образцы крови раненого преступника. На лестнице было много капель.

– Что у вас, Иван Петрович? – спросил Пряников.

– Образцов крови сколько угодно. Но ранение вряд ли тяжелое. Кость и артерия скорее не задеты. За квартиру еще не брался.

– Хорошо. Сразу докладывайте мне, – проходя мимо Смоленцева в квартиру, приказал Пряников.

Вика показала, где лежал Соколовский. Аверьянов, уже включивший автомат на щитке, подошел к выключателю и зажег свет. Пряников посмотрел на примятую постель.

– Что было?

– Полчаса назад я приехала сюда, – стала докладывать Вика, поймав на себе быстрый взгляд Королева.

– Зачем? – спросил Пряников.

– Это личное.

– Уже нет. – Подполковник повернулся к Вике и строго посмотрел ей в лицо. – Нападение на сотрудника. Давай внятно и подробно. Зачем ты сюда приехала?

– Объясниться с Игорем.

– В каком смысле? – не отводя взгляда от лица Родионовой, допытывался Пряников.

– Он мне нравится.

– А… разве… – Пряников обернулся и удивленно посмотрел на Даню.

– А я уже нет, товарищ подполковник, – буркнул Королев.

– Ну знаете. Отдел имени Санта-Барбары, – покачал Пряников головой. – Что дальше?

– Дальше – ванна набрана. Возле Игоря мужчина со шприцем. Укол сделать не успел. Я думаю, Игорь был жив потому, что не получил полной дозы яда. Приехала бы позже – было бы еще одно самоубийство со вскрытыми венами.

– Мотив?

– Игорь сильно хотел узнать подробности смерти своей матери.

– Что еще? – приняв к сведению мотив, спросил Пряников.

– Мужчина. За сорок. Попробую составить фоторобот. Он не ожидал встречи со мной, а я с ним. Хорошо двигается, думаю, специальная подготовка. Ушел. Ранение в ногу.

– В общем, так. – Пряников огляделся в комнате. – Кинолог скоро будет. Патрули в курсе. Я в больницу.

Игорь пришел в себя от яркого света, бившего в глаза. Все его видения из прошлой жизни, детства с улыбающимися родителями, с тортом и свечами, которые он должен был задуть, вдруг превратились во врача с фонариком, светившим ему в зрачки. И Пряникова, стоявшего чуть поодаль с хмурым видом.

– Как он, доктор? – спросил подполковник.

– Что… со… – прошептал Игорь.

– Слышите? Очнулся, – выключая фонарик и убирая его в карман, сказал врач.

– Что с ним?

– Не знаем. Похоже на действие яда. Очистка крови, куча симптоматиков… не говоря об остановке сердца.

– К этому я… привык, – уже громче прошептал Игорь.

– Ему можно говорить? – осведомился Пряников.

– Желательно нет.

– У меня два вопроса. Что было… Игорь?

– Я не помню, – после небольшой паузы ответил Соколовский.

– Что случилось? Ночью, вечером? – пытался навести его на воспоминания Пряников. – Кто этот мужчина?

– Какой мужчина? – не понимая, спросил Игорь. – Я… был с девушкой.

– Какой? Кто она? Как найти?

– Старая… знакомая… потом уснул… Потом… здесь.

Пряников посмотрел на врача. Тот подумал и кивнул головой. Можно еще немного поговорить.

– Отцу можно сообщать? – спросил Пряников.