Ночной садовник - Джордж Пелеканос

Молодая девушка из местных, с пухленькими ягодицами, перекатывающимися под отбеленными джинсами, прошла перед Холидеем, игриво взглянув на полицейского. Он выпрямился, и в уголках его светло-голубых глаз залегли смешливые морщинки.

— Я бы с такой покувыркался, — сказал Холидей.

— Она слишком молода, Док.

— Знаешь, как говорят: «Достаточно большой, чтобы сидеть за столом, значит, достаточно большой, чтобы есть».

Реймон ничего не ответил. Он уже слышал все мудрые изречения Холидея.

Холидей начал представлять, как выглядела бы эта девчонка в постели. Потом его мысли плавно перетекли к привычным размышлениям о карьере. Больше всего ему хотелось завоевать уважение такого человека, как детектив Кук. Холидей хотел быть хорошим полицейским. Он строил планы и мечтал о серьезном профессиональном росте, представляя, как его хвалят, награждают и конечно же повышают по службе. А уж победителю всегда достаются трофеи.

У Реймона не было столь честолюбивых планов. Он просто делал свою работу, не позволяя гражданским пройти за ленту. Он стоял, широко расставив ноги, и думал о женщине, которую увидел в Академии у бассейна. Она была в голубом купальнике, ее фигура и улыбка не давали ему покоя с того момента, как он коснулся ее руки. Он собирался вскоре ей позвонить.

Пока Холидей и Реймон, думая каждый о своем, охраняли место происшествия, вашингтонцы и жители пригородов тратили деньги в ресторанах и барах, поедая свежайшие стейки и распивая виски. Мужчины — в строгих темно-серых костюмах и ярких галстуках, женщины — в платьях с набивными плечиками, в туфлях-лодочках на высоких каблуках и с начесами, как у Кристал Каррингтон. В туалетных комнатах этих ресторанов и баров республиканцы и демократы, отбросив противоречия, объединялись, чтобы еще и еще раз втянуть кокаиновую дорожку. Из каждого радиоприемника доносилась песенка «Деньги ничто», и в город собиралась приехать группа «Симпл Майндс». Ходили слухи, что в ближайший уик-энд сам Принц[45]устроит вояж по магазинам Джорджтауна, и юные панки с нетерпением ожидали его появления в «Коммандер Саламандер». Художественные натуры отправлялись в кинотеатр «Серкл» на сдвоенный сеанс — «Путешествие в Индию» и «Зной и пыль». В Капитол-центре на глазах у тысяч баскетбольных фанатов Джефф Руланд, Джефф Малоун и Мэньют Бол громили «Поршни».[46]На стадионах и в барах было многолюдно, шумно и, казалось, беззаботно. На вечеринках рассказывали анекдоты про СПИД, говорили о новом, похожем на кокаин наркотике, который нужно было курить, как «травку», — он предназначался для черных и должен был вот-вот появиться в городе. Кроме отделов новостей, газет и местных профессионалов из органов правопорядка, жестокие убийства трех черных подростков в Саут-Исте никого не интересовали.

В то время, как поколение Рейгана вовсю наслаждалось жизнью, копы из «убойного» отдела и техники-криминалисты усердно трудились на пересечении 33-й и И-стрит, в Саут-Исте округа Колумбия. В этот холодный сырой вечер декабря 1985 года там же, на месте преступления, находились двое молодых полицейских и пожилой детектив из «убойного» отдела.

Неподалеку от желтой ограничительной ленты стоял человек в форме охранника, в кармане его брюк лежал кусочек косички, украшенной разноцветными бусинками. Пальцем он поглаживал талисман, который позже положит в пластиковый пакетик и спрячет в конверт одной из грампластинок своей обширной коллекции джазовой музыки, туда, где уже лежали пряди волос Отто Уильямса и Авы Симмонс. Название альбома, «Реальное зло», писалось одинаково слева направо и справа налево.[47]В тот раз, когда он впервые подвергся сексуальному насилию, в гостиной в квартире его дяди, играла пластинка с записью Майлза Дэвиса.

Вскоре начало моросить, второй раз за ночь. Капли становились все крупнее и уже были видны в свете автомобильных фар. «Бог плачет по девочке», — сказал кто-то из полицейских, работавших на месте преступления. Для остальных это был просто дождь.