Заповедь Варяга - Евгений Сухов

* * *

О том, что ему не удастся остаться в стороне, банкир Владлен Тарасов, тот самый усатый «студент», что приезжал на дачу Лукьянова со своими коллегами, понял сразу, едва официально было объявлено о приватизации заводов.

Уже на следующий день его опасения оправдались сполна. Утром к нему прибыли курьеры от Шевалье, которые мягко настаивали на предоставлении кредитов, разумеется, беспроцентных. Не оговаривалась даже доля банка в этом прибыльном деле, что чрезвычайно не понравилось Тарасову. С недавнего времени он превращался в некую дойную корову и предчувствовал, что, когда молоко иссякнет, его, как ненужное животное, пустят на мясо.

Впервые Тарасов обратился за помощью к Шевалье три года назад, когда хотел стать единоличным хозяином банка. Шевалье он знал как человека, способного выбить из должника кредит. Пятьдесят тысяч долларов наличными быстро решили его маленькую проблему — прежнего директора банка, молодого парня с обворожительной улыбкой, нашли с перерезанным горлом недалеко от собственного дома. Очень скоро Тарасов сделался полноправным хозяином банка, едва ли не с сотней миллионов долларов уставного капитала. Но разве мог он тогда предположить, что попался на самую обыкновенную уловку, — его разговор с вором тщательно записывался.

Банк продолжал развиваться. Но вместе с тем Владлен понимал, что накопленные деньги не имеют к нему никакого отношения, его часть составляет ровно столько, чтобы содержать дом да покупать жене ко дню рождения недорогие золотые безделушки. И вот сейчас следовало готовиться к большим переменам, которые, надо думать, были не самыми радужными. Подобные преобразования Тарасов всегда ощущал кожей. Причин для беспокойства было две: первая заключалась в том, что Шевалье начал неожиданно нервничать, чего раньше за ним не наблюдалось, а во-вторых, он не пожелал ограничиться выданным кредитом и потребовал крупную наличку, поставив под удар ряд важнейших сделок.

Противиться желанию вора было так же бессмысленно, как противостоять заходу солнца. Не выделить ему кредита было равносильно тому, чтобы лично поставить подпись под своим смертным приговором. Хорошо хоть, с помощью старого хитрого лиса Семена Лившица удалось отказать могущественному вице-губернатору. Владлен знал, что Лукьянов просто так не откажется от своих планов и еще не раз потребует денег. Деньги, проклятые деньги — всем они нужны и все готовы ради них на все.

Банкир понимал, что играет с огнем, вернее, с двумя огнями:

Шевалье и Лукьяновым. Но сейчас угроза, исходящая от Шевалье, казалась ему страшнее. Он усилил свою охрану, приказал как можно тщательнее осматривать перед выездом свои многочисленные машины.

Дешевые машины Владлен Тарасов не уважал, как правило, они ненадежны. Он предпочитал не экономить на собственной безопасности. В его автопарке имелось три «Мерседеса» с бронированными кузовами, каждый стоимостью почти в двести тысяч долларов.

Сегодня Тарасов решил сократить свой рабочий день — впереди была встреча с Шевалье, и нужно было обязательно рассказать ему о состоявшемся разговоре с вице-губернатором. Пусть знают, на какую высоту замахнулись. Следом за «Мерседесом» двигался «Гранд-Чероки», в салоне которого сидело четверо телохранителей. На коленях у каждого по пистолету-пулемету «кипарис». Багажник джипа был доверху набит патронами, и в случае необходимости ребята могли выдержать продолжительный бой. Тарасов пытался успокоиться — ничего еще не проиграно, надо, как Колобку, уйти и от волка — Шевалье и от медведя — Лукьянова.

Взрыв застал «вечного студента» в «Мерседесе» в тот самый момент, когда он разложил на заднем сиденье поднакопившиеся бумаги. Взрывная волна, контузив банкира, выбила люк на крыше автомобиля. Именно это обстоятельство спасло Тарасову жизнь. В утренних новостях по всем каналам прозвучало сообщение о терактах, в результате которых погибли два виднейших банкира Санкт-Петербурга, а третий — тяжело ранен.

Банкира поместили в госпиталь при Военно-медицинской академии.

Весь этаж был перекрыт милицией, а у дверей палаты, в которую был помещен контуженый банкир, дежурил СОБР. Уже в полдень к Тарасову пожаловал молодой симпатичный человек в дорогом костюме. Держался он весьма вежливо, заметив стоящий у окна свободный стул, попросил разрешения присесть. Тем не менее было очевидно, что, несмотря на молодость, он очень влиятелен. А иначе каким образом ему удалось без шума преодолеть тройной кордон милиции? Оглядев раненого, он с сочувствием спросил:

— Как ваше самочувствие, Владлен Викторович?

«Вечный студент» пошевелился и тут же поморщился от боли, однако нашел в себе силы и ответил с показной улыбкой:

— Могло быть и хуже.

— Да, конечно. Наши эксперты сказали, что вам повезло. Считайте, что второй раз родились. Если бы не люк машины, через который ушла взрывная волна, то мы бы с вами сейчас не разговаривали.

«Вечный студент» улыбнулся:

— Как выйду, обязательно поставлю свечку за спасение.

Гость сохранил серьезность:

— Конечно, это стоит того. Собственно, я к вам по делу…

— Вы из милиции? — спросил Тарасов.

— Из прокуратуры. Меня зовут Серов Игнат Александрович, следователь прокуратуры по особо важным делам, — по-деловому представился он, раскрыв удостоверение. — Вам известно о том, что за несколько часов до вас точно таким же образом были взорваны еще два ваших коллеги, генеральный директор банка «Северная Пальмира» Семен Лившиц и управляющий банка «Русский Север» господин Артем Нефедов? Им повезло меньше, чем вам…

— Что с ними? — хрипло спросил банкир.

— Они оба мертвы. Вот так!

— Очень жаль, мы были в очень хороших отношениях, — вяло отреагировал Тарасов.

— Владлен Викторович, а не могли бы вы прояснить мне ситуацию, с чем связан интерес к вашим персонам со стороны преступных группировок? — приступил к делу следователь.

— Здесь трудно что-то либо предположить, — отвечал «вечный студент», поправив очки в тяжелой оправе. — Мы работаем с деньгами, а банковская сфера — это такая специфическая ниша, где могут пересекаться интересы самых разных людей. Нам приходилось отказывать многим. Возможно, мы чем-то не угодили и… э-э-э… криминалу.

— Чем, например? И кому именно? — заинтересовался Серов.

— Понятия не имею, — вскинул брови Тарасов. — Но, видимо, меня посчитали лишней фигурой на поле и попытались убрать.

— Разве только вас? Вам-то еще повезло, дорогой мой Владлен Викторович, вы остались живы. А остальные… Вам не кажется странным, что взрывы прогремели практически в одно и то же время? Ну, разве что с разницей в несколько часов. Насколько мне известно, вы не только были в хороших отношениях с Лившицем и Нефедовым, но и крепко дружили. Частенько проводили вместе свободное время, выезжали на всякие пикники…

— Что вы этим хотите сказать? — взгляд у Владлена Викторовича сделался сосредоточенным, будто он пытался справиться с трудноразрешимой задачей.