Непристойный танец - Александр Бушков

– Вот уж нет, голубчик мой… – усмехнулись хитрыетатарские глаза. – Мы все-таки тайная полиция, а потому ничего не вправезабывать. Голову могу прозакладывать, что к вашему чертову майору еще явитсякогда-нибудь некий приличный господин, отыщет его среди британских туманов иобязательно напомнит о некоем документе, собственноручно написанном майором встаринном граде Кайзербурге. Но это уже другая история. И не нашего ума дело.Наша задача сейчас иная – забыть, что клятый майор вообще существовал на свете…Знаете, у Конфуция мне попалась как-то примечательная фраза: «Даже страж уворот может иметь свое мнение… но кого интересует мнение стража у ворот?» Этоведь о нас, милый мой Алексей Воинович, мы с вами и есть не более чем стражи уворот, цепные псы самодержавия… а ведь неплохую формулировочку придумалигоспода революционеры, лично я не вижу в ней ничего обидного, а тем пачеунизительного. Ну что будет с богатым хозяйством без толкового цепного пса?Вмиг растаскают… – вздохнул он. – Я могу на вас полагаться? Теперь,когда вы знаете мои мотивы?

Бестужев молчал. Сейчас, в знакомом кабинете, где за окномзадувал осенний петербургский ветерок, сном казалось вообще все происшедшее: истаринные здания Лёвенбурга, и самая красивая, самая опасная в его жизниженщина, которую ему предстояло вспоминать всю оставшуюся жизнь, и тягостныепоиски разгадок, и змеиный взгляд короля террора. Что-то бесповоротно сломалосьв его душе. Быть может, это и называется – взрослеть?

– Вы можете быть во мне совершенно уверены, господинполковник, – сказал он решительно и тихо. – Слово офицера.

И все, что теперь было не более чем тягостным сном, с этимисловами отодвинулось в невозвратную даль.

Красноярск, 2001