Сделка - Стив Кавана

чего-то или от кого-то, и вдруг ей несказанно повезло, когда она встретила вашего клиента. Это ничего не доказывает, Эдди, но и закрывать на это глаза тоже не стоит. Просто не знаю, насколько далеко все это тебя заведет.

– Если я прав, то это подстава, – сказал я.

Кеннеди подавил смешок.

– Ну, если его и впрямь подставили, то это всем подставам подстава. Твой клиент утверждает, что вышел из квартиры в двадцать ноль две, поцеловав на прощание Клару. Если верить ему, то перед уходом она была жива и здорова. И все же Гершбаум слышит выстрелы, выбегает на балкон, видит разлетающееся от шальной пули стекло и вызывает охрану – его звонок зафиксирован в двадцать ноль две. На записи камеры наблюдения не видно, чтобы кто-то появлялся возле квартиры вплоть до прибытия охранников – что произошло ровно через четыре минуты. Единственным человеком в этой квартире была наша убитая. Если и имелся какой-то другой убийца – ну, тогда он просто испарился. Это Чайлд застрелил ее, Эдди. Почему ты сам этого не видишь? Чем твоему клиенту крыть? Либо он врет, либо Клара Рис сама выстрелила себе в затылок двенадцать раз подряд. Я не думаю, что это у нее получилось бы, а больше никто этого сделать не мог, потому что там больше никого не было. Гершбаум не видел, чтобы кто-то убегал через его балкон, квартиру в это время тоже никто не покидал – дверь отлично видна на записи с камеры наблюдения. А если и этого недостаточно, то вот тебе орудие убийства у него в машине. Посмотри правде в глаза – это он ее и убил. Перестань видеть то, что тебе хотелось бы видеть, и приглядись к голым фактам!

Что-то в этих словах Кеннеди вдруг меня зацепило, занозой застряло в голове – хотя я и не взялся бы с ходу сказать, что именно. Словно у меня перед глазами вдруг с треском пролистнули колоду карт, и сдающий придержал одну из них на какую-то микросекунду дольше, чем остальные. Как будто специально хотел мне ее показать. Собственно, только эту на миг замершую карту я и увидел – остальные мелькали так быстро, что слились в размытое разноцветное пятно. Я еще раз прокрутил в голове сказанное Кеннеди, пытаясь эту карту отыскать.

И я ее нашел.

– Ты только что сказал, будто я вижу то, что хочу видеть, – медленно проговорил я. – А я хочу, чтобы он оказался невиновен.

– Ну, у меня не было намерения высказываться столь уж прямолинейно, но тебе надо было об этом услышать, – отозвался он.

– Но, тем не менее, вот оно. Вот он, ключ!

Все было просто. Основополагающий принцип любого мошеннического развода – люди верят в то, что видят собственными глазами.

Кеннеди выпрямил спину – так, что лежащая у него на коленях папка с документами съехала на пол. Я встал, покрутил хрустнувшей шеей, после чего обошел вокруг стола, чтобы немного размять ноги.

– Хочу попросить о еще одном одолжении. Нужно кое-куда скататься, – сказал я.

– Куда? – уточнил Кеннеди, поглядывая на часы.

Был уже почти час ночи.

– На Сентрал-парк-уэст. Мне нужно взглянуть на место преступления.

– С этим могут быть сложности.

– Здание открыто круглые сутки. Войти не проблема. Что-нибудь придумаем. Если все так, как я предполагаю, то тебе придется заняться разработкой альтернативного подозреваемого в убийстве Клары. Некоего Бернарда Лангхаймера.

– Никогда про такого не слышал.

– Он что-то скрывает. У Дэвида с Лангхаймером давняя история. Я сегодня с ним встречался, и он…

Но тут слова застряли у меня в горле. Я стоял возле окна, рассматривая через полуприкрытые жалюзи улицу внизу. В тридцати футах от моего офиса маячил синий «Форд». Водительское окно, должно быть, было открыто – над крышей машины курился сигаретный дымок.

– У нас гости, – сообщил я.

– Кто? – спросил Кеннеди.

– Отсюда не видно, – ответил я. В оконном стекле отражалась включенная настольная лампа, отсвет которой не давал разглядеть водителя.

Я услышал, как Кеннеди поднимается с кресла, чтобы присоединиться ко мне. Обернувшись, я увидел, что он тоже заметил яркое отражение лампы в стекле и сделал два шага к письменному столу, собираясь вырубить лампу, чтобы ничего не мешало обзору.

Где-то в глубине моего сознания вдруг что-то мелькнуло, стремительно разгораясь. Не предположение, даже не просто какая-то мысль – нечто куда более глубокое. Некое гнетущее чувство, которое моментально взорвалось паникой.

– Не двигайся! Стой! – выкрикнул я.

Кеннеди замер с поднятой ногой, уже опираясь рукой о стол.

– До того как Делл вчера предложил мне деньги, я как раз размышлял, на какие шиши буду оплачивать счет за электричество.

Он явно пребывал в недоумении.

– Не понял еще? Я совершенно уверен, что не оставлял лампу включенной! Кто-то побывал тут до нас.

Глава 66

Кеннеди медленно смахнул в сторону рассыпанные по столу листки, чтобы получше рассмотреть тянущийся к лампе провод. Приподнял его со стола. Осторожно положил обратно. Этого мне вполне хватило, чтобы понять: кто-то явно поколдовал с врезанным в него выключателем. От него теперь отходил красный проводок, который скрывался в просверленном в столе отверстии – причем просверленном совсем недавно.

Мы с Кеннеди обменялись взглядами, не решаясь даже дыхнуть. Обоих бросило в пот.

Когда провод лежал на столе, этот прикрытый выключателем тоненький отвод был совершенно незаметен. Отверстие в столешнице было от силы миллиметра два в диаметре. Только-только, чтобы проводок пролез. Оттолкнув мое кресло в сторону, Кеннеди опустился на колени и достал из кармана маленький фонарик. Извернувшись, подлез под стол, как автомеханик под машину.

– Эдди, загляни-ка сюда. Только, ради бога, очень медленно, и ни к чему не прикасайся.

Я осторожно прилег на спину рядом с ним и поднял взгляд под стол. К обратной стороне столешницы строительным скотчем были приделаны шесть двухлитровых пластиковых бутылок из-под колы. Располагались они в самой глубине, и если б я сел в свое кресло, то всяко не задел бы их коленями. Вылезающий из отверстия красный проводок, приклеенный все тем же скотчем, обегал донышки всех шести бутылок, обмотанных чем-то вроде фольги. Каждая была доверху наполнена какой-то мутноватой жидкостью.

– Ни в коем случае не трогай лампу! Сейчас мы медленно вылезаем, хватаем ваши документы и сваливаем отсюда.

Так мы и поступили. Закрыв дверь моего офиса, Кеннеди облегченно выдохнул и смахнул поблескивающий на лбу пот, втерев его в волосы.

– Это кислотная бомба. В бутылках – соляная кислота. В выключатель он добавил дополнительную перемычку. Если б мы выключили лампу, ток пошел бы по красному проводу и нагрел алюминиевую фольгу