Пока смерть не разлучит нас - Кэролайн Грэм

На безукоризненно чистой кухне кафе «Хаген Дас» их угостили изумительным холодным кофе. Хорошенькая китаянка Иден Ло как раз снимала вишневый фирменный комбинезон и фуражку с желтой лентой. На крапчатой пластиковой столешнице лежали три фотографии, распространенные полицией Каустона, в том числе снимки Алана Холлингсворта и Бренды Брокли.

— Вот этих людей я видела, — сказала девушка, указывая на них.

— Здесь, в кафе?

— Здесь, но не вместе. В кафе был вот он. А она вроде бы пряталась. Так мне показалось.

— Как же вы ее смогли увидеть, мисс Ло, если она пряталась?

— Я вышла убрать столик сразу после того, как налила кофе этому джентльмену. Она стояла за доской с объявлением у рыбного ресторана рядом с нами. Я обратила на нее внимание, потому что… — Девушка запнулась. В отличие от красотки Бэмби, она была доброй. — Потому что она не такая, как все.

— Верно.

— И потом, она все время поглядывала сюда, в эту сторону, будто следила за кем-то.

— А что насчет мужчины, которого вы обслуживали? Расскажите нам про него.

— Он тоже вел себя как-то странно. Сначала взял кофе и сел за столик в середине ряда. Круглый такой стол…

— Покажите нам, пожалуйста.

Выйдя из кухни, они остановились позади витрины-холодильника, и Иден Ло указала на круглый столик под колоссальным изображением полуодетой пары обжор, излучающей похоть. У сержанта Троя дрогнули колени (а по правде, и не колени вовсе), и он торопливо перекинул пиджак на другую руку, чтобы не привлекать посторонние взгляды.

— И потом, — продолжала китаянка, — он так и не выпил кофе.

— Хотите сказать, он кого-то ждал?

— Нет. Просто секунду постоял, прислонившись к высокому табурету, поставил чашку на столик и ушел.

— В каком направлении?

— Пошел вон к той лестнице. И когда девушка заметила, что он ушел, она кинулась следом. Я видела, как она стояла на ступеньках и оглядывала зал. Она очень расстроилась. Я слышала, как она вскрикнула: «Что мне делать? Что делать?»

— Больше вы ее не видели?

— Нет. Ни ее, ни его.

— А что стало с чашкой кофе? — спросил Барнаби, направляясь обратно на кухоньку.

Сержант Трой поднял брови, комически удивляясь пустому вопросу. Вздумай он спросить нечто подобное, нарвался бы на чертову лекцию о необходимости беречь чужое время.

— А знаете, это самое странное, — отозвалась мисс Ло. — Когда я вернулась к столику, там сидела старая женщина и допивала его кофе. Я еще подумала: «Ну и нахалка!»

— Как она выглядела? — Барнаби даже подался в ее сторону, весь напряженное внимание.

— Неопрятная. Грязная. Бездомная нищенка. Из тех, что ходят по улицам с бумажными пакетами.

— Раньше вы ее видели?

— Нет. Насчет таких, как она, здесь строго. Полиция аэропорта старается их выдворять.

— Я имел в виду другое. Видели ли вы ее в ресторане раньше, в тот же вечер?

— Не могу сказать. Она появилась вдруг, как бы ниоткуда. Честно говоря, я гадала, не болталась ли она вокруг «Гарфанкелса». Или, может, по соседству, возле паба. Приглядывалась к недопитым кружкам. Здесь же всё как на ладони, сами видите. Она вполне могла высмотреть нетронутый кофе и шмыгнула сюда.

— Вы с ней не говорили?

— Я собиралась, но едва она засекла, что я к ней направляюсь, подхватила свою безобразную сетку-авоську и быстро смылась.

— Послушайте, мисс Ло. Это может оказаться чрезвычайно важным. Вы не заметили, был ли при себе у мужчины, который брал кофе, какой-либо сверток или сумка?

— Когда расплачивался, точно не было. Он держал поднос обеими руками.

— Но мог же он оставить что-то на полу или на стуле у столика, за который собирался сесть?

— Мог, но я этого не заметила. Извините.

— Значит, сетку вы видели у женщины, когда она уходила?

— Да.

— Вы не заметили, что там было, в этой ее сетке? — поинтересовался Барнаби без особой надежды. Весь эпизод произошел, видимо, очень быстро.

— Постойте-ка… По-моему, газеты какие-то. Или газетные свертки.

— Свертки маленькие?

— Не скажу, простите. — И девушка беспомощно развела руками.

— И затем вы унесли чашку.

— Ну да.

— Вы уверены насчет дня недели?

— Абсолютно. Подруга из «Эйр Индонезия» уже сто лет пыталась мне выправить дешевый билет до Гонконга, и наконец-то удалось. Так что это, без сомнения, был понедельник.

— Можете назвать точное время, когда все случилось? — спросил старший инспектор.

— Точное — вряд ли. Я пришла в восемь вечера, после этого прошло не меньше часа. Или чуть больше.

Бренда позвонила родителям в девять. Барнаби попытался состыковать сей факт с только что полученной информацией в надежде выстроить из фрагментов определенный рисунок.

Это оказалось довольно трудно. Если Бренда следила за Холлингсвортом, она вряд ли рискнула бы прерваться на телефонный звонок. Значит, звонила она позднее, уже после того, как, вконец расстроенная, закончила осматривать зал со ступенек, ведущих наверх, к кафе. Выследила ли она Алана в людском водовороте? Вряд ли. Но тогда кто тот друг, о котором она сказала родителям?

— Кроме вас, мисс Ло, присутствовали в кафе другие работники?

— Да, но все они были заняты внутри. Столики обслуживала я одна.

— Ну хорошо. Я попрошу вас зайти в полицию Хитроу и подписать показания. Вас, кроме того, возможно, попросят составить фоторобот нищенки, которую вы видели.

— Но я и видела-то ее мельком, всего несколько секунд.

— Это неважно. Сделайте, что можете.

Девушка прихватила с собой белый кружевной жакет, и они вместе спустились по тем самым ступеням, по которым сошел Алан, а вслед за ним — растерянная Бренда.

Барнаби так и не узнал ничего про парнишку в мокрой от пота футболке. Парнишку, который терзал игровой автомат, просил у Бренды мелочь, смеялся над ее взволнованным видом и мог бы сообщить им гораздо больше. Не узнал, потому что тот уже давно летел в Египет.

Следующим утром число звонков от людей, якобы видевших Симону, заметно пошло на убыль. Ее похищение стало вчерашней новостью. А гибель Бренды, несмотря на все спекуляции таблоидов, драматические восклицания и намеки на возможную связь, не завладела воображением публики с такой же силой.

Лихорадка в дежурной комнате спала, что, однако, порадовало далеко не всех. Сержант Трой, например, прямо-таки расцветал от дозы адреналина.