Фанера Милосская - Дарья Донцова

– Олег пришел в ярость, не справился ссобой и в порыве гнева сбросил со стола отца бумаги, они помялись. Хуже всегодосталось отчету нашего отдела – его Олежек просто разодрал. Потом опомнился ипозвал меня, нужно было заново отпечатать документы, привести кабинет Краминовав порядок. И тут…

Полина замялась.

– Случилось нечтоэкстраординарное, – решила я ей помочь.

– Пойми, – прижала кулачки к грудиПолина, – мы страстно любим друг друга! Желание может прийти к Олегу влюбой момент!

Я деликатно опустила взор.

Женщины – странные существа, готовы обманыватьсебя бесконечно. Олег не скрывал от Полины свои мимолетные связи, и вот вампожалуйста – сейчас она с жаром заявляет о страстной любви. Думаете, она врет?Вовсе нет, искренне верит в свои слова. Хотя порой и мужчинам свойственнообольщаться. «Ах, обмануть меня не трудно! Я сам обманываться рад!» Кому извеликих поэтов принадлежит высказывание? Забыла фамилию автора. Может, Пушкин?

– В общем, он меня обнял… Олегу нравитсяэкстрим… – лепетала Полина.

– Поняла, – кивнула я. – Ничегоудивительного ты мне не сообщила. Многие мужчины успокаивают нервы сексом,тащат партнерш в кровать после моральной встряски. Значит, вы устроились вкабинете Краминова-старшего и…

– Там не было кровати, – вдругхихикнула Полина.

– Неважно. Что случилось потом?

– В самый интересный момент дверьраспахнулась, и я услышала голос, громкий, пронзительный. Он мне прямо в мозгвонзился! «А-а-а! Мамочка права! Она подружку прислала! А та предупредила: «Идичерез чердак тихонько!» Олег отпрянул, а я смотрю: стоит девушка. Сначалаподумала, что его сестра. Платье розовое в оборочках, челка до бровей, волосы вхвостиках, вся фенечками обвешана. А уж духами облилась! И запахсладкий-сладкий. Гляжу я на нее и медленно соображаю – сестре Олега примерностолько лет, сколько и ему, а тут, блин, семиклассница, и вдруг я поняла: этоже Тина! Олег тоже прифигел. Так мы друг на друга втроем и пялились, как взоопарке. Потом Тина в коридор понеслась. Бежит и приговаривает: «Папочкерасскажу! Ты меня не любишь! Не хочу у вас жить! Папуля, забери Тиночку домой!Папуля-а-а!» Ну мы с Олегом за ней бросились, чтобы Тину остановить! Еще, недай бог, и правда расскажет Павлу Львовичу о том, как застала нас в офисепоздно вечером. У него сразу вопрос возникнет: как мы в помещение, минуя охрануна первом этаже, проникли и что искали в его кабинете?

– А Тина, хоть и была не большого ума,быстро скумекала, что муж ей изменяет с другой. Вот радость-то для ПавлаЛьвовича! – безжалостно сказала я. – Интересно, с какой скоростьюпапочка Тины вытащил бы свою долю из бизнеса Краминова, узнай он об адюльтере иморальной травме дочери? Вот почему вы убили Тину.

– Нет, нет, – в ужасе отпрянулаПолина, – что ты такое говоришь! Убили… Мы ее пальцем не трогали!

– Да ну? Куда же подевалась жена Олега?Ты весьма удачно исполняешь ее роль, отлично скопировала манеру одеваться иповедение. Но где оригинал? Она жива? Спрятана в укромном месте?

Полина затараторила со скоростью пулемета,проглатывая окончания слов, но я все равно уловила суть.

Тина, как всегда, сделала себе прическу издвух длинных хвостов. Вверху волосы были собраны махрушками, а концы девушкаукрасила заколками, похожими на большие невидимки. И, ясное дело, щедрообсыпанными стразами. Когда бежавшая Тина споткнулась и начала падать, один изхвостиков попал ей под лицо, заколка воткнулась несчастной прямо в глаз.Хлынула кровь…

Полина затряслась в ознобе.

– Ступенька, проклятая ступенька! Ой,мамочка, сколько было крови! Треклятая ступенька! Тина умерла сразу. Ступенька!

– Перестань причитать! – дернула яПолину за руку. – Я уже поняла, что произошло. Дальше!

– Мы испугались, Олег впал в истерику.Вцепился в меня и шепчет: «Делай что хочешь. Если замнешь ситуацию – женюсь натебе!»

– Настоящий мужчина, – кивнулая, – храбрый вояка.

– Олег не трус, – Полина с жаромбросилась защищать любовника, – это все от стресса. Кстати, он быстрееменя пришел в себя и начал действовать. Притащил крепкий мешок, мы сталиубирать. Извели весь запас бумажных полотенец из кладовки. Тело запихнули вмешок. Тина маленькая, мы ее скрутили, словно веревку…

Полина вздрогнула и принялась вытиратьвспотевшие ладони о ситцевый халат.

– В общем, засунули тело, – тихопродолжила она, – и тут Олег говорит: «Она браслет потеряла, жемчуг сбриллиантами! Всегда его носит, отец ей подарил, типа талисман. Ищи!» Мы офисосмотрели – ничего. А время-то идет, надо до утра успеть! Олег мне сказал: «Япойду машину раздобуду, а ты тело на чердак подними. Прикачу тачку, мы Тинутуда погрузим». Я его даже не спросила, куда он собрался труп увозить. Он ушели пропал. А я одна. С мешком. Чуть с ума там не сошла! Ну и позвонила Сандре.

– Вот уж идиотизм! – не удержалась яот комментария.

– Да! – закричала Полина. –Меня Олег потом едва не убил. Но я боялась! Очень! Он слишком долго крал тачку!

– Краминов угнал чужую машину?

– Точно. Позвонил мне на мобилу, буркнул:«Я внизу, неси мешок».

– Здорово! Как же тебе его одной поднять?

– Вот, ты все правильно понимаешь! Я емуи ответила: «Сейчас мы с Сандрой спустимся». Ой, чего тогда Олег мне наговорил!Потом рявкнул: «Я спрячусь, Сандре обо мне ни слова». Кстати, спасибо ей –Сандра заметила, что кровь Тины окрасила швы между плитками. Я пол раз восемьвымыла, а потемневшую затирку не заметила. Но я Сандре ничего про труп несказала. Утром пришлось…

– Эй, погоди, давай сначала разберемся свечером! Вы погрузили мешок и что?

– Сандра уехала домой, я отчет нашегоотдела распечатала, кабинет Петра Львовича в порядок привела. До утрапроколупалась, а в полдевятого Олег пришел. Ему пришлось самому себе нос и губуразбить, ну вроде он на ступеньке упал, отсюда и кровь.

Я вздохнула. Более нелепой истории в жизнисвоей еще не слышала. Но, самое интересное, это правда. Олег с Полинойсовершили кучу глупостей, их непременно должны были застичь на местепреступления. По логике «жанра», когда тело Тины лежало в коридоре, должен былпоявиться какой-нибудь сотрудник, забывший в столе свои ключи от дома. Но этогоне произошло. И в ту минуту, когда девушки запихивали в краденые «Жигули» пакетс трупом, во дворе не прогуливались собачники, не шел припозднившийся прохожий,не гуляли влюбленные подростки. Некая таинственная сила оберегала парочку.