Звездная пыль на каблуках - Дарья Калинина

Но, увы, то ли за рулем сидел виртуоз, то ли машина была лучше, но «Хонда» неумолимо удалялась от подруг.

— Поворачивай! — азартно кричала Юля. — Справа грузовик! Осторожно!

— Помолчи, а? — попросила ее Мариша, у которой даже испарина выступила от напряжения и от воплей подруги.

Но тут на одном из светофоров «Хонда» лихо пролетела на красный свет, а Маришиному «Форду» перегородила дорогу выползшая из переулка грузовая фура. Пока подруги пытались ее объехать, пока им это удалось, «Хонда» вообще скрылась далеко впереди. Некоторое время подруги еще продолжали погоню, но в конце концов поняли, что это бессмысленно. Машина сообщника похитителей скрылась из вида.

— Ничего, я ее номера запомнила! — утешила подругу Юля.

— А что толку? Уверена, что они фальшивые! — вздохнула Мариша. — Или машина угнана. Иначе этот тип не вел бы себя так нахально и не сунулся бы к этим львам так сразу, а дождался, чтобы мы хотя бы отъехали подальше.

Очень расстроенные подруги перезвонили Юрию Алексеевичу. Но этот недотепа, оказывается, застрял в пробке и еще только через несколько минут должен был оказаться на Свердловской набережной.

— Где он умудрился поздно вечером да еще в будний день найти в городе пробку? — недоуменно произнесла Юля, сообщив Юрию Алексеевичу, что ехать ко львам уже нет никакой нужды, так как дискету забрали и теперь можно возвращаться домой и ждать звонка похитителей.

Ждать было решено дома у Юрия Алексеевича по одной простой причине: похитители соглашались звонить только на его домашний телефон и ни на какой другой. Весь остаток вечера и ночь подруги и Юрий Алексеевич по очереди дежурили у телефона. Но похитители так и не перезвонили.

— Они нас обманули! — в отчаянии ломала руки Юлька.

— Погоди, может быть, тетка Рая забыла пароль и им теперь нужно его взламывать!

— Или она уже мертва! — не желала утешаться Юля.

Утром измученные подруги решили, что нет смысла всем сидеть и гипнотизировать молчащий телефон. Поэтому на дежурстве остался один Юрий Алексеевич, а девушки отправились к одному Юлькиному хорошему знакомому из ГАИ, чтобы он помог им выяснить по номерам адрес и имя владельца белой «Хонды».

— Плевое дело, не стоило и тратиться, — хмыкнул тот, тем не менее Принимая от подруг презент — бутылку армянского коньяка.

И уже через десять минут подруги знали, что белой «Хонды» с такими государственными номерными знаками никогда зарегистрировано не было. Итак, единственная ниточка, которая тянулась к похитителям, оборвалась.

— Юлька, ну ты хоть попытайся вспомнить, как выглядел тот тип, который схватил нашу дискету!

— Ты меня уже сотый раз терзаешь! — расстроилась Юля. — Говорю же тебе, не помню! Обычная внешность. Ничего примечательного в этом человеке не было. К тому же я его только издалека и видела. Мы ведь к этому времени успели довольно далеко отъехать, так что лица я не могла рассмотреть. А так? Не хромает, не горбатый. Среднего роста, среднего телосложения. Цвет волос, кажется, русый. Одет он был в светлые брюки и белую рубашку или футболку. Тебе это описание сильно помогло?

— Позвони тетке на работу, — произнесла вместо ответа Мариша. — Может быть, там что-нибудь о ней слышно.

Но в институте о тетке Рае никто и не вспоминал.

— Просто ужас, что творится! — всхлипнула Наталья Петровна. — Мы все в шоке. Сначала погром в нашей лаборатории и кабинете Раисы, потом исчезновение самой Раисы, а теперь еще и Катька угодила в больницу. Хоть она и препротивная баба, но все равно жалко. Что же это такое делается на белом свете?

— Клопикова попала в больницу? — переспросила Юля, чувствуя неприятное покалывание в области затылка. — Как это случилось?

Представьте себе, на пороге собственного дома подкараулили! — вздохнула Наталья Петровна. — А как все получилось-то. Мать у Катьки с давлением в стационаре лежит. Капельницы получает. Так Катька хотела перед работой к ней заехать, гостинцев отвезти. И только вышла из дома, как на нее какие-то типы набросились. В квартиру ее обратно запихнули и…

— Зачем запихнули?

— Ограбить хотели, должно быть. Хотя что там у Катьки брать? Она всю жизнь в нашем институте проработала. Все накопления, что у них с матерью были, они на ремонт и на кое-какую новую мебель для новой квартиры истратили. Так это когда еще было. А с тех пор никаких денег у Катьки не водилось. Считай, что за просто так пострадала. Перепутали, должно быть. У Катьки в соседней квартире торговцы живут. Наверное, на них покушались.

— И что с ней? Она жива?

— Жива, — подтвердила Наталья Петровна. — В больнице только оказалась после налета. Но на работу уже сама звонила. И говорит, что долго ее держать не будут. Да она и сама не хочет. У нее же кошки. Просила, не может ли кто-нибудь ее забрать, потому что все еще плохо себя чувствует и боится, что до дома не доберется.

— Мы можем забрать ее из больницы! — вызвалась Юля, которая быстро смекнула, что было бы очень неплохо побеседовать с Клопиковой насчет этого странного ограбления.

Явно обрадовавшись, Наталья Петровна продиктовала Юльке адрес больницы, куда отвезли Клопикову. Ту удалось найти без труда. Она с радостью приветствовала подруг. И, выйдя вместе с ними на улицу, тут же принялась жаловаться.

— Считайте, что жива осталась только чудом! — говорила она. — У меня сигнализация на дверях поставлена. Когда эти доперли, что сигнализация работает уже почти десять минут, а внутренняя входная дверь не закрыта, то их словно ветром смело. Испугались, что диспетчер в милиции у себя на пульте этот непорядок заметит и наряд по моему адресу вышлет.

— И в самом деле выслали?

— Да, — кивнула Клопикова. — Я раньше маму все ругала, зачем она на эту сигнализацию тратится, все равно у нас брать нечего. А теперь хвалю! Если бы не она, мне бы так легко не отделаться.

— А что этим грабителям от вас нужно было?

— Да кто же их знает. Втолкнули в квартиру и начали все обыскивать! Меня в угол пихнули, чтобы я не мешала. Я за плащи уцепилась, а на меня вешалка и свалилась. Да так неудачно, по голове попало, и я сознание потеряла. Когда в себя пришла, уже милиция в квартиру входила. А грабителей и след простыл.

— И сколько человек было?

— В квартире был один, — пожала плечами Клопикова. — Да мне больше и не надо.

— А второй?

— Хм, — задумалась Клопикова. — Даже и не знаю, был ли второй. Это мне так со страху показалось, а может быть, тот тип один действовал. И ведь знаете, что обидно больше всего, я так растерялась, что даже голос от страха потеряла. Могла бы закричать, соседей на помощь позвать. А я только рот разеваю, а оттуда ни звука!

— И хорошо, что не закричали, — сказала Мариша. — Он бы вас еще и убить мог. А так, считайте, легко отделались.