Подарок наследного принца - Алексей Макеев

Долго ждать ему не пришлось. Не прошло и пары минут, как дверь открылась, и вошел невысокий, быстрый, как ртуть, паренек. Он оказался Олегом, боксером легкой весовой категории. Гуров усадил его напротив и предложил:

– Перечисли мне людей, которых ты сегодня видел в клубе.

– Всех? – удивился боксер.

– Абсолютно всех. Начиная с вахтера.

Олег подумал минуту, глядя в пол, а затем начал называть имена и фамилии. Когда он перечислил вроде бы всех, Гуров попросил вспомнить, не видел ли боксер кого-то незнакомого. Тут Олег думал минуты две, потом решительно покачал головой: нет, незнакомых он не видел. Гуров его отпустил, и тут же в кабинет вошел следующий свидетель – тренер Никита Баженов. Показания Баженова заинтересовали сыщика: он видел не только спортсменов, которых видел Олег, но и людей, которые приходили к директору, к тренерам. Некоторых Баженов знал и мог назвать, некоторых раньше видел, знал в лицо, но не мог назвать. А одного человека вообще увидел сегодня впервые. Этим посетителем клуба Гуров заинтересовался особо и попросил тренера подробно его описать. Однако описание разочаровало его: неизвестный посетитель оказался человеком низкорослым и тщедушным, совсем не похожим на плотного атлета, которого они искали.

Вслед за тренером Баженовым перед сыщиком снова предстал боксер, потом медработник клуба, потом еще два спортсмена… Список людей, которые были в клубе в тот момент, когда его посетила Надя Крупнова и когда там убили собаку, пополнялся. «Он должен быть в моем списке, – думал Лев, выслушивая очередную порцию фамилий – большинство из них были ему уже знакомы. – Не мог он все это сделать, не попавшись кому-то на глаза. Ведь это не человек-невидимка, в самом-то деле!»

Он сидел в кабинете уехавшего тренера больше часа, когда дверь отворилась и впустила не очередного свидетеля, а Стаса Крячко. Тот дождался, когда Гуров отпустит боксера, и сообщил:

– Узнал я про этот телефон. Числится он за неким гражданином, проживающим в Саратове. Позвонили владельцу. Оказывается, телефон был украден еще три месяца назад, о чем он тогда же сделал заявление в полицию.

– Но сим-карту, по идее, должны были заблокировать, – заметил Лев.

– Должны были, но почему-то не заблокировали. Такое случается. В общем, найти звонившего по номеру телефона не представляется возможным.

– Я почему-то нечто подобное и предполагал. Но ты оценил дерзость нашего убийцы? Оценил его изощренную фантазию? Он не только изобрел комбинацию с «рассказом Дмитрия на пруду», но и заранее решил, где и как убьет собаку, куда положит окровавленный нож, куда подбросит наркотики…

– Да, фантазия у него – хоть в Голливуд иди, – согласился Крячко. – Прямо как в кино. Честно сказать, я такого за всю свою жизнь не видел. Слушай, а может, он ненормальный? Из дурдома сбежал? Или не сбежал, а там и сидит. И только время от времени отлучается…

– А что, хорошая гипотеза, – одобрил Гуров. – Ты еще скажи, что это врач-психиатр. Ведь, как известно, среди них тоже встречаются люди с отклонениями. Однако, боюсь, твоя гипотеза нам не поможет. А потому садись-ка ты вон там, у подоконника, бери бумагу и вызывай очередного свидетеля. Будем составлять список всех, кто был сегодня в клубе. Кстати, а ты свой список уже начал составлять?

– Всех знакомых наших четверых убитых? Начал, но до окончания еще далеко. Надо еще денек поработать, а меня все время отвлекают то на одно, то на другое…

– Нечего жаловаться, – оборвал его Гуров. – Пойми – от твоей работы очень многое зависит. Когда у нас будут три списка – тот, что мы с тобой составляем, список знакомых тренера Коробкова и твой список людей, знакомых с убитыми, – тогда мы можем начать операцию просеивания. И в одном из звеньев нашей сети обязательно окажется убийца… Все, хватит разговоров, за работу!

И следующие два часа сыщики, не прерываясь ни на что другое, собирали показания посетителей клуба.

За дверями кабинета продолжали толпиться боксеры и тренеры, и сыщикам хватило бы работы еще на час, но в этот момент у Гурова вновь зазвонил телефон. На этот раз звонил руководитель криминалистической лаборатории Евгений Курочкин.

– Наша группа уже час находится на вокзале, – сообщил он. – И сейчас она готова предоставить предварительный отчет по поводу интересующего вас тоннеля и людей, которые по нему шли. И еще кое-какие данные имеются. Может, вы подъедете, посмотрите все сами?

– Да, я сейчас буду, – сказал Гуров и повернулся к Стасу: – Закончишь без меня. Я на вокзал. Кажется, эксперты там что-то нашли. Если бы ничего не было, Курочкин не звонил бы с таким загадочным видом. Вечером зайдешь, поделимся впечатлениями.

– Зайду, – пообещал Крячко.

На вокзале Гурова встретил руководитель рабочей группы экспертов капитан Виталий Снитко. Поприветствовав сыщика, он повел его в дверь за бывшей справочной. Теперь здесь было светло: эксперты наладили временное освещение, весь тоннель был залит светом.

– Мы внимательно обследовали дверь, ведущую в тоннель, пол и стены тоннеля, – доложил капитан. – На двери сразу нашли отпечатки пальцев. Как было установлено, они принадлежат погибшему журналисту Угрюмову. А еще он оставил следы на стенах тоннеля – касался их рукой, когда шел. Отпечатки на бетоне не сохраняются, но следы, несомненно, принадлежат журналисту – это видно по размеру ладони, расположению пальцев, по другим признакам. Журналист все время шел справа, его спутник – слева.

– Значит, следы его рук должны остаться на левой стене! – заключил Гуров.

– Должны, но не остались. Спутник журналиста следил за собой и не касался стены.

– Неужели ни одного следа? – огорчился Лев.

– Ладно, не буду вас больше томить, – усмехнулся Снитко. – Один отпечаток мы все же нашли. В этом месте пол очень неровный, бетон там застыл такими горами, обязательно споткнешься. Вот этот человек и споткнулся, невольно оперся о стену. Так что мы имеем представление о его левой руке. Вот она, – и эксперт продемонстрировал сыщику черно-белое фото.

Больше всего оно напоминало снимок погруженного в темноту подвала. Гуров увидел только какие-то размытые контуры, и больше ничего. Он со вздохом вернул снимок Снитко и сказал:

– Ладно уж, вы мне ясно показали, что без вашей помощи нам, оперативникам, не обойтись. Вот он, отпечаток, но я его не вижу. Расскажите, что удалось увидеть вам.

– Хорошо, расскажу, – кивнул капитан. – Руки у этого человека крупные, сильные. Видимо, в юности ему приходилось много заниматься физической работой. А еще можно сделать заключение, что он некоторое время занимался спортом, а если точнее, боксом.

– Стало быть, он боксер! – воскликнул Гуров.

– Был когда-то боксером, – поправил его эксперт. – Пожалуй…

Тут у Гурова снова зазвонил телефон. Это был Стас Крячко. Лев извинился перед экспертом, отошел чуть в сторону и включил прием.