Черные минуты - Мартин Соларес

К тому времени они вернулись в кабинет, и в заключение разговора Дуранзо хлопнул Табоаду по спине и сказал:

— Надо отпраздновать ваше новое назначение. Лолита, принесите нам виски, ром, лед — все что есть. Ночь впереди длинная.

Они пьянствовали до утра. Без конца поднимали тосты за будущее Траволты, желали ему всяческих успехов и удачи. И повторяли: ты только не забудь, что мы для тебя сделали, ведь мы будем возвращаться, ты повезешь нас на пляж с девочками, ты ведь знаешь, где тут классные девочки? А один, совсем пьяный, твердил, что люди — это ходячие скелеты, обросшие мясом. Потом Негро, чернокожий помощник Дуранзо, поговорив по рации, сообщил своему шефу, что два местных копа привезли задержанного сеньора Клементе Моралеса. Один остался в машине, а второй вывел его и переговаривается на первом этаже с Баррьосом, Гутьерресом и Фернандесом, которые его встретили.

— Замечательно, — сказал сеньор Дуранзо, — вы двое — ты и ты — доставьте сеньора Моралеса домой к его брату. Пусть там отдохнет. Объясните ему ситуацию и извинитесь перед ним. Проследите, чтобы о нем позаботились. А этого идиота посадите в одиночку. Хоакин, у вас есть надежные камеры с хорошей звукоизоляцией? Табоада кивнул.

— Хорошо, такая нам скоро понадобится.

— А его напарник, что сидит в машине?

— Действуйте согласно моему приказу.

Они начали избиение на первом этаже и продолжили в подвале. Ромеро был почти труп, когда вспотевший Дуранзо передал кастет Траволте.

— А ну-ка, Хоакин, приступай! — И пока Табоада показывал свою прыть, тот его подзадоривал: — Еще, еще! Вмажь ему, пусть сдохнет, предатель.

Он впервые действовал с такой жестокостью.

Теперь, двадцать пять лет спустя, он вспоминал это, а заодно и слова пьяного федерала: люди — это ходячие скелеты, обросшие мясом.

Утро не предвещало ничего хорошего: он знал, что губернатор по-прежнему в ярости, прокурор огорчен, конгрессмены раздражены. Ситуация с журналистом создавала шефу полиции кучу проблем. Табоада заглянул в свой ежедневник, где был список дел на сегодня, и решил начать с самого сложного.

Он позвонил агенту Чавезу. Чавез не отвечал. Странно, ведь он известен тем, что никогда не выключает мобильный. Тогда он позвонил домой агенту Кабрере — с тем же результатом. Проклятый Макетон, где его носит? Хорошо, что удалось дозвониться хотя бы секретарше.

— Сандрита! — сказал Табоада. — Где Весельчак?

— Не знаю, сеньор, — сонным голосом отвечала Сандрита — время было без малого семь. — Последний раз я его видела вчера, когда он разговаривал с вами.

— Поезжай к нему домой и скажи, что он мне нужен. Встречаемся в офисе через час.

Пятнадцать минут спустя, приняв душ и одевшись, он спустился на парковку. Почтальон успел сунуть ему за дворники свежий номер «Меркурио», в котором родня погибшего журналиста опубликовала открытое обращение к полиции. Интересно, сколько денег они отвалили за это газетчикам?

В 7.30 Табоада приехал на службу. Первым делом он проверил почту журналиста, которую доставляли в полицию. Там была только квитанция на выплату налога на недвижимость по следующему адресу: Миле, 31, Лас-Кончас. Место возле пляжа. Что, интересно, затевал этот парень?

Потом в коридоре послышалось шарканье. Пришел старик Чикоте, как обычно первый.

— Доброе утро. — Чикоте просунул голову в дверь. — Вам принести что-нибудь?

Он велел Чикоте купить все утренние газеты, включая и приграничные техасские. Предчувствие не обмануло его: в каждой из них было опубликовано обращение семейства Бланко с требованием немедленно найти и наказать преступника. Да, будто ему делать больше нечего.

Ровно в восемь прибыла Сандрита.

— Где Чавез?

— Его нигде нет, шеф! Я была у него дома.

— Кабрера пришел?

— Пока нет, сеньор.

— Как только они появятся, сразу посылай их ко мне.

Пару минут спустя позвонил Кампилло, личный помощник губернатора.

— Скорее включайте Семидесятый канал! Я перезвоню.

Табоада включил телевизор. На Семидесятом канале выступал журналист из Сан-Антонио, Техас, освещая события в Паракуане. Речь в основном шла о расследовании убийства Бернардо Бланко. Журналист — молодой блондин с усами — иронически вопрошал, чем может завершиться расследование, если известно, что местная полиция тесно связана с Паракуанским наркокартелем. «Черт бы их побрал, — думал Табоада, — этих журналистов. И Бернардо Бланко в том числе. От них одни проблемы».

— Сеньор, шеф Круз Тревино на линии.

— Скажи ему, что я перезвоню.

С тех пор как Тревино назначили главой полиции штата, отношения у них не ладились. Его задевало высокое назначение бывшего подчиненного, которое он воспринял как попытку ограничить его власть.

Табоада встал и начал прохаживаться по кабинету. В шкафу за стеклом хранилось охотничье оружие и трофеи: три оленьих головы и одна медвежья. Медведя он убил в заповеднике. «Надо отнести медвежью голову в ремонт, — думал Табоада. — Вон набивка торчит».

В 8.15 пришел агент Камарена.

— Ты не видел Чавеза?

— Нет, сеньор. Со вчерашнего дня не видел.

Камарена был весьма усердный молодой коп, но слишком мягкий и простодушный, чтобы проводить допросы. Ему предстояло многому научиться.

— Найди мне Чавеза.

Когда Камарена ушел, появилась секретарь:

— Сеньор, вам снова звонили из Сьюидад-Виктории.

— Почему ты не перевела мне звонок?

— Потому что вы сказали, что сами перезвоните. Но если хотите, я сейчас могу вас соединить.

Шеф покачал головой, в который раз жалея о том, что Лолита, его старая секретарша, которая знала всех преступников по именам и кличкам, уже давно у него не работает. По части смекалки она могла бы дать сто очков вперед любому детективу. Но в конце восьмидесятых Лолита вышла на пенсию.

— Хорошо, соедини.

Минуту спустя Сандрина доложила:

— Там говорят, что сеньор Кампилло сейчас занят и не может ответить.

Ну вот, Тревино теперь уверен, что он не хочет с ним разговаривать. Обиделся, сукин сын.

Ровно в девять Сандрина снова постучала в дверь:

— Позвонила жена сеньора Кабреры. Она говорит, что вчера вечером ее муж попал в аварию. Сейчас он лежит в больнице без сознания.

— Макетон Кабрера?

— Да, сеньор.

Чертов Кабрера, как его угораздило?

Кроме того, Сандрина принесла ему телеграмму. Едва увидев в ее руках конверт, он обо всем догадался. Только один человек на свете — из таможенного агентства номер пять — посылал ему телеграммы. Весьма нетерпеливый человек. Он открыл конверт и прочитал текст. Что за черт? Это какое-то недоразумение — и Табоада скормил бумагу шредеру. Удобная штука — шредер.