Мой подельник Твиттер - Анатолий Сигов

– Я уже никому не буду помогать. Я ухожу в отставку, и у нас последние полгода обычно используются для того, чтобы подобрать себе тихую пристань.

– Уже нашли? В Испании?

– В двухстах верстах на север от Москвы. С рыбалкой и охотой. Ближайший вещевой рынок и другие очаги цивилизации вроде клуба находятся за пятьдесят верст.

– А бизнес?

– Что бизнес? Он принадлежит креслу, а не восседающему в нем человеку. Через полгода ты будешь общаться с другим. Уже сейчас за мое кресло бьются три конкурента, вопрос только в том, у кого окажется больше денег. – Веронике стало нехорошо от этих циничных слов. – Ты бы сама на какое-то время исчезла из Москвы, – предупредил напоследок генерал.

– А что, мне грозит опасность?

– С нашей стороны нет. Тебя велели не трогать. Но у тебя много интересных знакомых. – И он кивнул головой в сторону казино. – Да и от других можно ожидать чего угодно. Я же свой долг вернул. Назад поедешь со своими! А то они волнуются. И не попадайся мне больше! У твоих заступников могут измениться планы на тебя.

Машина рванула с места, а Вероника осталась стоять, обдумывая последние слова генерала.

Дома, куда собственная охрана привезла ее из клуба, она продолжала вспоминать события вечера. Генерал, по-видимому, знал что-то такое, о чем она и не догадывалась. История с потрошителями закончилась, но тем не менее нужно быть осторожной. А это означало, что на следующий день она уедет туда, где ей уже приходилось скрываться, – в Прибалтику.

Но перед тем, как начать собирать вещи, Вероника зашла в свой электронный почтовый ящик и увидела письмо из Флориды:

«Вероника! Я надеюсь, что совместными усилиями нам удалось разрушить криминальную схему ввоза в страну органов для трансплантации. Я проработал свыше сорока лет, борясь за жизнь и здоровье наших граждан, и считаю, что мои действия были продолжением этой борьбы. Мне 66 лет, я вышел на пенсию и живу в своем доме на берегу Мексиканского залива. Моя жена умерла два года назад. У детей свои семьи, и они живут далеко от меня. Я привык всю жизнь напряженно работать и сейчас чувствую себя очень одиноко, особенно глядя на закат солнца в конце дня. Если у вас будет шанс побывать во Флориде, обязательно загляните ко мне. Я провезу вас на своем катере, и мы отлично порыбачим. Ваш Аллен».

Впервые он употребил «Ваш Аллен», что говорило о многом.

«Эх, идеалист Аллен! Работая и борясь за жизнь и здоровье граждан, вы выпустили из бутылки джинна, который станет пожирать одних людей, чтобы спасать других. И его уже не остановишь».

Вероника еще раз вспомнила слова генерала о трех претендентах на его кресло и поняла, что первое, чем займется победитель, – это отбиванием затраченных денег, и в ход пойдет все. И только вопрос времени, когда на американском рынке появятся новые курьеры с портативными холодильниками, набитыми чьими-то внутренностями. Но знать об этом хирургу на пенсии не полагалось. Он столько лет работал, что заслужил, чтобы никто не портил ему рыбалку.

«Аллен! Мне 23 года, я одинока и нахожусь далеко, в стране, которая во многом отличается от нашей. Если у вас будут фотографии с уловом, не забудьте прислать одну из них на мой почтовый ящик. Если же просто станет одиноко на закате, черкните пару строк, и я с удовольствием отвечу. Ваша Вероника».