Тебя никто не найдет - Туве Альстердаль

Эйра едва не рассмеялась, настолько это было неожиданно и совсем не вязалось с образом хрупкой старушки.

И вместе с тем, наверное, вполне ожидаемо.

– Вы сейчас говорите об Агнесе, его второй жене? Вы рассказывали Санне о доме в Оффе? Вы сказали Санне, что он ваш?

Эйра разглядывала узкую спину, узловатые пальцы, судорожно вцепившиеся в старую фотографию.

– Тьфу на нее, – выплюнула старуха, – тьфу на эту проститутку! Вышвырнуть человека из его собственного дома!

Эйра плохо разбиралась в психологии, особенно когда дело принимало подобный оборот. На секундочку ей захотелось, чтобы Силье оказалась рядом, возможно, той бы удалось разглядеть замешательство, скрывающееся под этими фантазиями.

Обручальное кольцо, история о войне – женщина действительно во все это верит или же это сознательная ложь? Способ сохранить свою женскую гордость?

Бывшая жена.

Брак, который продлился всего несколько лет. Возможно, она уже тогда была психически нездорова. Или слишком сильно любила и отказывалась расстаться со своим идеалом «вечной любви»?

Раз она сохранила ключи от дома.

И снова возвращалась на ту поляну. Женщина, которую бросили, быть может, даже выгнали, склонная к сумасшествию. Эйра без труда могла представить, как она входила в дом, который считала своим. И находила там чужую женщину, на своей кухне или в спальне, с мужчиной, которого она считала своим мужем.

Звонили ли Баклунды в полицию? Приезжала ли за Лилли карета «Скорой помощи»? В те времена таких отправляли в лечебницы для душевнобольных, одно из тех кошмарных заведений, вроде больницы Годео, Сидшён или Бекомберга.

Конечно, выяснить это нетрудно, но стоит ли?

Эйра вскочила.

– Я приехала сюда, чтобы поговорить о Санне, – проговорила она, вставая у женщины за спиной. – Мы должны задержать ее. Это срочно.

Лилли Мелин не обернулась, лишь ее взгляд оторвался от свадебной фотографии и устремился в окно, но Эйра была уверена, что старуха все прекрасно услышала.

– Мне почему-то кажется, что вы знаете куда больше, чем говорите, Лилли.

– Да-да, говорите, говорите.

Эйра повторила, что она из полиции и что Лилли обязана сообщить то, что ей известно, что было не совсем правдой, никто не обязан давать показания против своих ближайших родственников, на этот счет в законодательном кодексе имеется даже специальная статья.

– Это ведь вы внушили своей внучке, что она должна унаследовать дом? Хранили от него ключи все эти годы? Где она, Лилли? Где скрывается Санна?

Старуха зажала руками уши. Эйре захотелось встряхнуть ее, заставить сказать то, что та знает. Она схватила старуху за хрупкое запястье. Такое ощущение, что оно сейчас отвалится. И все же, несмотря на хрупкость, Эйра ощутила недюжинную силу.

– Что здесь происходит?

В дверях стояла заведующая.

Эйра проснулась с ощущением, что она не у себя дома. Диван, на котором она лежала, был продавлен и бугрился, в обивку въелся запах пыли и старости. Эйра села. Солнце клонилось к закату, его косые лучи проникали в комнату сквозь кружевную занавеску на окне, рисуя на стене изысканные узоры из света и тени. Где-то работало радио, передавали прогноз погоды. В средней части Норрланда обещали падение давления и надвигающиеся с северо-запада снеговые тучи. Эйра вспомнила, что она уже это слышала.

Шесть миль до Мюккельгеншё. Руки начали трястись у нее по дороге сюда, когда она поехала прочь от приюта престарелых в Шалеваде. Потом она сидела в машине и слушала запись разговора. Было ли на ней слышно, как она кричала в ухо старухи, горя желанием схватить ее и хорошенько встряхнуть? Соберись, старая карга, ты же всего лишь притворяешься! Ты же знаешь! Я знаю, что ты знаешь!

Добравшись до деревушки, Эйра остановилась, чтобы спросить. В качестве адреса был только номер почтового ящика, добраться с помощью системы навигации не представлялось возможным.

– А это случаем не тот тип, что въехал в старый дом Грансведов? Из Стокгольма? – сказал один из мужчин, стоявших возле сельского магазинчика. – В таком случае возле старой заправки поверните направо, а потом налево возле желтого дорожного знака с рекламой черного хлеба.

– Это голландец туда въехал, – вмешался второй, – а буханку можно и в магазине купить.

– А потом все прямо да прямо, до самого перекрестка, мимо старого миссионерского дома, там и увидите.

– Да, дочка-то их скончалась прошлой весной. Мы так и знали, что дом рано или поздно выставят на продажу.

Эйра еще издалека увидела коллегу, взгромоздившегося на лестницу. Кажется, он забивал доской дыру на фасаде. «Черный дятел решил себе дупло продолбить», – объяснил Боссе Ринг, когда слез.

– Что, так соскучились по мне, что прислали за мной патруль? – пошутил он.

– ГГ пропал.

У Эйры подкосились ноги.

Головокружение быстро прошло, так, секундная слабость. Она встала и последовала за Боссе в дом. Рассказала все, что могла о ГГ. Боссе Ринг слушал, задавал вопросы, что-то припоминал, но ничем не показал, что он что-то знает. Возможно, он был шокирован – по его лицу невозможно было ничего прочесть. В заключение Эйра подвела итог тому, что произошло, и тому, что они узнали, свалив все в одну кучу: накладывающиеся друг на друга дела, Санна Мелин, кто она такая, как они пошли сначала по совершенно ложному следу. После этого Эйра закрыла глаза, как ей показалось, совсем ненадолго.

С тех пор прошло два часа.

Боссе Ринг в футболке с изображением рок-группы тяжелого металла стоял у плиты и жарил картошку с луком и колбасой.

Старые кухонные ходики на стене, убаюкивающее тиканье. Солнце стремительно исчезало за лесом. Скоро три часа.

– Я же только пару минут хотела вздремнуть, – возмутилась Эйра.

– От уставшего легавого больше вреда, чем пользы, – отмахнулся он, – не говоря уж о том, что так ты подрываешь свое здоровье.

– Но я же ставила будильник!

– Я выключил его, – ответил Боссе Ринг.

Эйра попробовала проверить входящие сообщения. В Мюккельгеншё действительно ничего не ловило.

Боссе достал тарелки и водрузил сковородку на стол.

– Мне нужно ехать, – сказала Эйра. – Я даже про приют престарелых ничего не доложила, сразу отправилась сюда.

– Ты же сказала, что визит туда ничего не дал.

– Все равно.

– Ты не сможешь в одиночку распутать это дело.

– Я не одна, – пробормотала Эйра с набитым ртом. Вкус жареного масла, соли и детства – просто божественно! – Мы установили ее личность, кто-нибудь обязательно ее вычислит. Дорожные камеры, банковская карта… Если у нее новый мобильный…

– Да я не об этом, – перебил ее Боссе Ринг.

Эйра встала, чтобы попить воды из-под крана. Старый коллега по-отечески наблюдал за ней, и от его взгляда было сложно