Встреча от лукавого - Алла Полянская

А еще рабочие построили мне эльфийскую беседку. Это я ее так называю, она вся воздушная и красивая – глаз не отвести.

– Мы его сфотографируем и папе покажем. – Тонька поднимает с пола рыжего котенка. – Лина, мы к папе когда?

– Вечером, Тоня.

Петька еще слаб, но это наш Петька, безусловно и определенно. Он тоже нашел выход из коридоров. Я вспоминаю глухое отчаяние, которое терзало меня долгие семь дней, пока он блуждал во тьме своего раненого тела. И когда он нашел выход и вернулся, я думала, что нет никого счастливее меня.

– А что с теми, не слыхала?

Бабуля даже имен их вслух не произносит. Мне пришлось рассказать ей всю историю, и она перенесла ее стоически.

– Дэн говорил, скоро суд.

Мне придется туда пойти, тут уж не отвертишься.

Звонит телефон. Матвей уехал обратно в свой Израиль, и мне без него немножечко тоскливо. Хотя он звонит часто, и в скайпе мы болтаем, но это не то. Мы не сказали друг другу того, что собирались, – по телефону не скажешь, а в скайпе тем более глупо.

– Малыш, мы с Дэном возвращаемся. Наша компания открыла большой филиал в Александровске – там аренда дешевле, ты знаешь. Мы возглавим два основных направления.

Это значит, больше он не уедет. А если и уедет, то не скоро.

Я выхожу на улицу – мне нравится смотреть на аккуратные дорожки, обсаженные кустами, и беседка за домом такая красивая! Весной посажу здесь вьющиеся розы.

Река совсем рядом, я слушаю осень и думаю о том, что дальше – и по всему видать, дальше будет очень неплохая жизнь.

– Привет.

Я знаю этот глуховатый голос. Я думала о его обладателе все эти дни, скучала и беспокоилась.

Он стоит около беседки и смотрит на меня. Ну, конечно, это Мирон, хотя на улице я бы прошла мимо, не узнав. Лицо другое, но глаза те же – бесстрастные и спокойные, словно уже все на свете видели. Может, так оно и есть.

Я все это время беспокоилась, не зная, что с ним.

Я подхожу к нему и молча обнимаю. Круг замкнулся.