Дикая Лиза - Ирина Мельникова

Лиза твердила эту фразу про себя все время, пока миновала два десятка метров, которые отделяли ее от губернатора.

Она знала о нем от Олега. Они воевали вместе в Афганистане. Губернатор должен был помнить капитана Варламова, чья разведгруппа разгромила крупную базу моджахедов, за что будущий губернатор получил боевой орден, а Олег — двухнедельний отпуск на родину. Но она не хотела напоминать об этом. Сейчас не время для воспоминаний. Она просто подошла к нему четко, по военному печатая шаг, правда, руку к виску не приложила, потому что была без головного убора, но доложила точно так же, как делала это раньше:

— Старший прапорщик Варламова! Разрешите изложить свои соображения!

— Излагайте! — глаза губернатора потеплели, и он повторил: — Излагайте, прапорщик Варламова! Внимательно вас слушаю!..

Виталий тем временем наблюдал за Лизой и поражался тем удивительным переменам, которые произошли с ней буквально в считанные минуты. Из милой, красивой, любящей женщины она в мгновение ока превратилась в солдата, жесткого, уверенного в себе бойца. Она вела себя естественно, без капли смущения перед губернатором. И на его уточняющие вопросы отвечала быстро, четко, без малейшего колебания. Теперь даже он понял, почему ее прозвали Волчицей. Она способна побеждать в одиночку! Она уверена в своей правоте! Она уверена, что непременно победит! И Виталий вдруг успокоился.

Он повернулся и посмотрел на темные окна дома. Что там происходит? Неужели, их усилия напрасны, и детей уже нет в живых? Хотя вряд ли! Ведь боевики должны сознавать, что их шансы равны нулю… Но, как змея, которой наступили на хвост, они способны смертельно ужалить. Возможно, они блефуют по поводу ТЭЦ, но где гарантия, что на самом деле никакого заряда нет? Его могли заложить в уголь, еще до того, как состав прибыл на ТЭЦ. В любой точке маршрута, на любой станции…

Почему-то никому в голову не приходило, что это возможно? Но терроризм изворотлив, как корабельная крыса, способная самым непостижимым образом проникать сквозь стальную обшивку, и также неистребим, потому что всегда существует почва, на которой он цветет и размножается: межнациональные и политические распри, борьба за сырьевой пирог, за энергоносители, за нефть и газ… И все идеи, все лозунги, учения и верования, религиозные заповеди и соображения совести — ничто в сравнении с очередными миллионами баррелей нефти и миллиардными доходами нефтяных магнатов. Террористы всего лишь — мелкая сошка, отвратительные твари, которые кормятся отходами со стола своих покровителей. И как извечно неистребимы первые, так извечно недосягаемы вторые…

— Виталий Александрович, — прервал его мысли Сенчуков, — мы приняли решение! Понимаешь, время не терпит! Стоит попробовать! Смотри! Через трубу мужику не проникнуть, поэтому с этой стороны они подвоха не ожидают. Мы экипируем Лизу, как следует! Пока губернатор будет заливать им баки, мы постараемся отвлечь их внимание от теплицы. Погоняем бронетранспортеры по дороге, поднимем над домом вертолет.

— Они начнут нервничать, и, того гляди, откроют стрельбу, — мрачно посмотрел на него Морозов.

— Не думаю, — не согласился с ним Сенчуков. — Скорее, они велят прекратить демонстрацию нашей военной мощи, и мы ее прекратим. Ведь нам надо не больше десяти минут, чтобы Лиза проникла в теплицу. Тут мы ей поможем, но дальше, к сожалению, ей придется действовать самой.

— Что она возьмет из оружия?

— Два пистолета с запасными обоймами и два ножа спецназа. Лиза считает, что этого достаточно.

— Тебе не стыдно, что масса здоровенных мужиков будет отсиживаться здесь, в то время, как женщина будет драться с четырьмя мерзавцами? Будь моя воля, я бы собственноручно их придушил! — Виталий выругался, только на душе от этого не стало легче.

— Ее преимущество еще и в том, что она хорошо знает дом, ей не надо никаких объяснений, никаких планов. — Точно не расслышав его слова, продолжал Сенчуков. — Потом, я уже сказал, кто из этих мужиков сумеет протиснуться через дымоход? Застрянет на первых сантиметрах…

Виталий смерил его негодующим взглядом.

— Прости, не надо мне твоих объяснений. Они больше похожи на оправдания. — И он, не оглядываясь, пошел к дому, и опустился на развороченное взрывом крыльцо домика охранников. Силы вдруг покинули его. Он не представлял, что с ним будет, если он вдруг увидит Лизу на крыше… И сейчас более всего желал, чтобы все поскорее закончилось… Ведь не может же этот кошмар продолжаться вечно?

Лиза добралась до стены быстро и без особого труда. Правда, была одна сложность, на которой она сама настояла, но она не повлияла на скорость передвижения, скорее, наоборот. Ей пришлось остаться в одном нижнем белье и в носках, к тому же ее с ног до головы натерли подсолнечным маслом, чтобы легче было проскользнуть через дымоход. Она представляла, на кого будет похожа, когда его минует, и как трудно будет после избавиться от сажи…

Впрочем, не это ее заботило… Честно сказать, она побаивалась, что тоже может застрять в дымоходе, но в любом случае она должна попробовать. Нужно преодолеть каких-то пять-шесть метров, и как можно быстрее. Для того чтобы сажа не попала в легкие, она натянула на лицо марлевую повязку, которая нашлась у врачей «Скорой помощи». Три машины дежурили неподалеку от дома. Врачи же помогли ей намазаться маслом…

Возбуждение было столь велико, что Лиза почти не чувствовала холода. Она без труда достигла кирпичного выступа на втором этаже и закрепилась на нем. Здесь к крепкому, надо сказать, морозцу, примешались порывы ледяного ветра. Пальцы на руках и ногах закоченели. Но ей предстояло забросить «кошку» с тремя стальными крюками и привязанной к ней капроновой веревкой на крышу. С первого броска, не получилось, только с третьего. Лиза подергала за веревку и стала подниматься по ней вверх. Она пользовалась специальными приспособлениями, которые не позволяли ей соскользнуть вниз. Преодолеть пришлось около четырех метров, не больше. Кирпичи на ощупь тоже были ледяными, к тому же ветер усилился, и Лиза сильно замерзла.

Но она не думала сейчас о собственном здоровье. Она не думала о том, что происходит внизу за пределами усадьбы. Лиза определила себе цель — каминную трубу, до которой должна была добраться, во что бы то ни стало! Главное, чтобы не загрохотала черепица под ногами, не поскользнуться, и не упасть…

Но все обошлось! Лиза бросила быстрый взгляд окрест. Ни один человек внизу не смотрел в ее сторону, опасались, что боевики догадаются о попытке проникнуть в дом через крышу. Она быстро перекрестилась, подпрыгнула, ухватилась за край трубы, подтянулась и скользнула в нее. К счастью оказалось, что ее недавно чистили, и сажи на ее стенках скопилось совсем немного, но дымоход был уже, чем она предполагала. Не обращая внимания на саднящую боль в теле, она с трудом, но продвигалась вниз, и когда, казалось, оставила добрую часть кожи на его стенках, ноги ее повисли в пустоте. Лиза достигла того, что у камина называется хайлом — широкой горловины над таганом, и слегка развела локти, чтобы удержаться в дымоходе. Снаружи не доносилось ни звука. И тогда она рискнула прыгнуть…