Большие девочки не плачут - Мария Жукова-Гладкова

– Катя, познакомь Ольгу Петровну с Владимиром Станиславовичем. Договорись на сегодняшний вечер. Сейчас я перевезу ее с финнами по месту проживания финнов, ты созвонишься с Сирым и перезвонишь Ольге Петровне. Оставьте Кате свой номер.

Костя на самом деле очень скоро увез из дома последних постояльцев. Во время его отсутствия я позвонила Владимиру Станиславовичу и обрисовала ситуацию – насколько ее знала.

– Что-нибудь придумаем, – тут же ответил мой бывший сожитель. – И тебе проценты. Я тебя не обижу, Катенька.

«Ты меня уже обидел», – подумала я, но вслух ничего не сказала. Мне больше от Владимира Станиславовича было ничего не нужно – если только деньги. Они никогда не помешают.

Потом у нас был час вдвоем с Костей. Я занималась с ним любовью, как в последний раз, и не исключала, что это на самом деле последний раз. Я для Кости, скорее всего, была удобным курортным развлечением. Я оказалась под рукой. Я добровольно переехала к нему в дом. Я все делала добровольно… Дура – она и есть дура.

Костя уехал, причем забрал колье, сказав, что ему будет проще провезти его через границы. Может, он использует его как повод встретиться со мной в России? Или он… Про такое «или» думать не хотелось. Но ведь Владимир Станиславович не отдал мне как раз колье, оставив все остальное. Да что за страсть к колье у этих мужиков?!

Я осталась в доме одна, вечером сопроводила Ольгу Петровну к Сирому, но с ними не осталась, вернулась в то место, где несколько дней чувствовала себя счастливой, и села за ноутбук.

По крайней мере, опишу, что видела. Кстати, а что с обещанным миллионом? Оригинальность-то где? Ее тут, конечно, было много, но, по-моему, ничто из виденного мною на миллион не тянуло. Даже рублей.

Ответ я получила от Владимира Станиславовича на следующий день. Он пригласил меня поужинать. Поскольку делать мне было нечего, я согласилась.

Для начала он со смехом сообщил мне, что два дома Свиристелкиной фактически ушли у него из-под носа, чему он очень рад. Я хлопнула глазами.

– Я понимаю, Катенька, что ты не хотела сделать мне гадость, как раз наоборот. Но я – большой перестраховщик и всегда все очень тщательно проверяю. Ну ты это и сама знаешь. Но тут и копать глубоко не пришлось! Дома позавчера продали в Лондоне.

– А это возможно? – поразилась я.

– Да. Английский нотариус заверил сделку. Наши граждане часто проворачивают такие дела.

– Между собой?

– Как правило. А англичане делают на этом деньги. И правильно делают! Один русский продает другому русскому дом в третьей стране, даже не в Англии, даже не в бывшей английской колонии. Ну и пусть себе продает! Англичанам нет до этого дела!

– Но ведь, насколько я понимаю, покупателю придется потом и в этой стране как-то регистрировать недвижимость…

– Уведомительно. Здесь не наша бюрократия, только и думающая, как с тебя снять деньги и как заставить походить по инстанциям, чтобы тучи ненужных чиновников как-то оправдали свое существование. Здесь признаются сделки, оформленные английскими нотариусами. Александра Петровна Свиристелкина продала два дома на этом курорте какому-то российскому бизнесмену из Тюмени.

– А Ольга Петровна?

– Что Ольга Петровна? – рассмеялся мой бывший сожитель. – У нее не было и нет документов, подтверждающих право владения на дом. И у ее сестры в России их нет.

– Но…

– Я думаю, что она ничего не сможет сделать, – с самым серьезным видом заявил Сирый. – Знаешь, сколько фирм только у нас в городе регистрируется на подставных лиц? Ты газеты бесплатные почитай. Посчитай количество объявлений «Требуется номинальный директор на время регистрации фирмы. Оплата сразу». Или что-то в этом роде. А некоторые люди даже понятия не имеют, что на них была зарегистрирована фирма. И если на родине еще как-то можно выйти на истинных владельцев, хотя и маловероятно, в данном случае аннулировать сделку будет невозможно. Подумай сама. Использовались-то ведь подлинные документы, включая загранпаспорт, который выдала та инстанция, которая их у нас выдает. Паспорт не фальшивый, только получала его не та женщина. Как это доказать? И документы на владение недвижимостью подлинные. Так что Ольга Петровна с Александрой Петровной с домами пролетели. Хотя все справедливо.

Я спросила про оригинальность и про миллион долларов. Владимир Станиславович расхохотался.

– Катенька, неужели ты ничего не видела?

– Что я должна была видеть? – удивилась я.

– Сцену у озера. Представления на ней, которые шли каждый день. Люди же выступали с оригинальными номерами. Среди зрителей проводилось голосование. Потом были четвертьфинал, полуфинал, финал. Ты правда ничего не видела?

Я покачала головой. Нет, я видела какие-то представления на сцене, но считала, что это приглашенные артисты развлекают народ. Правда, я ни разу не приезжала с Костей к основным зданиям курорта развлекаться. Мы то избавлялись от трупа, то опознавали трупы…

– Ну ничего, по телевизору посмотришь, – тем временем говорил Владимир Станиславович. – Все будут показывать. И нашу рекламу заодно.

«Миллионы бедняков будут смотреть, как развлекаются несколько десятков богачей», – подумала я. Правда, на этом курорте очень богатых людей не было. Или только пока?

– А кто стал главным победителем? – спросила я вслух.

– Никто. Граждане и авторитетное жюри признали, что ни один номер по оригинальности не тянет на миллион долларов. Хотя всем выдали какие-то утешительные призы. И люди засветятся в телевизоре! А для многих это самое главное. Начнут поступать предложения – ну а там как карта ляжет. А у тебя-то как дела?

По-моему, Владимира Станиславовича это на самом деле интересовало. Хотя мы ведь три года прожили вместе…

– Нормально, – пожала плечами я.

– Чем ты занималась вчера и сегодня? – спросил он голосом заботливого отца.

– Писала статьи в Ларисин журнал.

Владимир Станиславович очень удивленно на меня посмотрел.

– Правда, что ли?

Я кивнула. Он задумался.

– Хочешь, я куплю тебе журнал? – внезапно предложил он.

– Зачем?

– Как зачем?! – Он помолчал немного и добавил: – Ну, например, чтобы составить конкуренцию Ларисе. Она тебе как платит?

– За каждую статью отдельно. А тут обещала по двадцать евро в день, но заплатила только в первый день.

– Я поговорю с юристами. И подыщу толкового менеджера, который тебя всему обучит и поможет подобрать штат. Сделаете вместе первый тематический номер об этом курорте. Это будет тебе моя благодарность за все, что ты для меня сделала. Хочешь?

– Хочу, – кивнула я, не совсем понимая, за что Владимир Станиславович меня благодарит. Он же уже купил мне квартиру. Или это плата за Абдуллу? За француза и финнов, спасенных при моем участии?