Будуар мадам Холмс - Ирина Хрусталева

– Причины могут быть разными, – пожала медсестра плечами. – Возможно, это последствия наркоза. Или, возможно, на ваш мозг таким образом действуют лекарства, которые вам колют. Еще может быть…

– Постойте, – перебила ее Настя. – О каком наркозе вы говорите? Меня что, оперировали?!

– Конечно, у вас же серьезная травма головы.

Девушка подняла руку, осторожно потрогала макушку и поняла, что на ней надето нечто вроде мягкой каски или шлема.

– Да-а, ну и дела, – нахмурилась она. – Надеюсь, волосы у меня на месте?

– К сожалению, их пришлось состричь, – развела медсестра руками. – Иначе как можно было бы вас оперировать?

– Я об этом не подумала. А когда у вас кормят, я, кажется, проголодалась? – спросила она.

– Сейчас еще очень рано, всего шесть утра, – ответила медсестра. – В это время мы обычно разносим больным градусники, чтобы померить температуру. А завтрак будет в девять.

– Еще три часа – это слишком долго, я за это время скончаюсь от голода, – вздохнула Анастасия.

– Похоже, вы идете на поправку, – улыбнулась медсестра. – Появление аппетита – первый признак выздоровления. Разбудите вашего мужа, он приносит вам еду из дома. Наверняка у него что-нибудь припасено.

– Нет, пусть спит, – не согласилась Настя.

– Я уже не сплю, – буркнул тот в ответ. – И все слышу, между прочим, просто не хотел мешать вашему разговору.

– Сережка, привет! А я есть хочу.

– Я уже в курсе. Что-нибудь придумаю, – спокойно ответил тот совершенно невозмутимым тоном. – Привет.

– Ну, я пошла, – сказала медсестра. – Раздам всем градусники. Когда померяете температуру, положите его на тумбочку, я потом заберу.

Когда она вышла, Настя засыпала Сергея вопросами.

– Сережа, а что случилось? Почему я сюда попала? Что с моей головой?

– С твоей головой как всегда проблемы.

– Совсем не смешно! А серьезно можешь ответить?

– На нее кирпич упал.

– Свиридов, я же просила, хватит шутить! – взвилась девушка. – Неужели так трудно нормально рассказать?

– Я и не думал шутить, Настя, – удивленно посмотрел тот на подругу. – На твою голову в самом деле упал кирпич, самый обыкновенный силикатный кирпич.

– Да ну?! – вытаращила она глаза. – Правда?

– А ты у доктора спроси, он во время операции кучу осколков из твоей башки вытащил.

– И где же это меня угораздило с ним встретиться?

– С кем, с доктором? – хмыкнул Сергей. – В операционной познакомились.

– Какой доктор? Я про кирпич!

– А, ты об этом? На стройке, – лениво ответил молодой человек.

– Как я туда попала?

– Это у тебя нужно спросить.

– Послушай, Сережа, почему ты так со мной разговариваешь? Я в чем-то виновата? Ты мне можешь все объяснить по-человечески? – не на шутку рассердилась Анастасия.

– А вот кричать не нужно, тебе вредно волноваться. Я приготовлю для тебя завтрак, поешь и будешь отдыхать.

– У меня аппетит пропал, и спать я не хочу.

– Настя, ты хочешь поправиться? Вижу – хочешь, а для этого нужно хорошо есть и много спать.

– Ладно, поем, – согласилась та. – Но обещай, что все расскажешь.

– Ты все узнаешь, только не сейчас и не от меня, мне скоро уходить. В одиннадцать Валерка должна подъехать, вот с ней и наговоришься вдоволь.

– А куда ты уходишь?

– На работу и еще мне нужно домой заехать, переодеться.

– Сережа, Игоря уже похоронили? – тихо спросила Настя.

– Да, вчера были похороны, – кивнул тот головой. – Родители хотели его похоронить раньше, тридцать первого числа, но не получилось. Сначала какие-то формальности утрясали с милицией, его же убили, а потом праздники начались. В общем, как всегда, даже здесь сплошная бюрократия, помереть, и то нельзя по-человечески. Все одно к одному – сначала Игорь, ты вот тоже…

– Насколько я могу судить по своим ощущениям, мне кажется, я еще жива, – возразила Настя, попытавшись этой шуткой вывести друга из мрачного состояния.

Сергей ничего не ответил. Он подошел к холодильнику и начал вытаскивать оттуда продукты.

– Йогурты будешь? – спросил он.

– Буду, – кивнула девушка. – А что там еще есть?

– Сметана, творог, молоко, – начал перечислять он. – Фрукты, овощи, курица с бульоном, каша геркулесовая, сырые яйца.

– Я съем немного каши, один йогурт и какой-нибудь фрукт, – сказала Настя. – Думаю, что больше в меня ничего пока не влезет.

– Хорошо, сейчас я кашу разогрею, а ты пока съешь йогурт.

– А где ты ее греть собираешься?

– На подоконнике микроволновка стоит, я ее из дома притащил.

– Свиридов, кажется, я хочу за тебя замуж, – засмеялась Настя.

– С чего это вдруг? – усмехнулся тот.

– Ты, оказывается, такой заботливый, я, если честно, не ожидала. Не замечала я за тобой ничего подобного.

– Плохо смотрела, потому и не замечала.

– Ой, Сережка, я вспомнила, как оказалась на стройке! – вдруг воскликнула Настя.

– Очень хорошо, только кричать зачем?

– Послушай, что с тобой творится? – нахмурилась девушка. – Ты явно не в своей тарелке.

– Тебе показалось.

– Нет, не показалось, – возразила Анастасия. – Лучше, чем я, тебя никто не знает.

– Я тоже когда-то так думал.

– В каком смысле? Что ты имеешь в виду?

– Не обращай внимания, это я так, кое-что вспомнил. Ешь свою кашу и быстрее поправляйся.

– А ты сегодня еще приедешь?

– Приеду, к вечеру.

– Сережа, ну скажи, пожалуйста, что с тобой? – снова спросила Настя. – Я не привыкла тебя видеть таким хмурым.

– Все, Рыжик, я побежал, мне домой заскочить надо, – заторопился Сергей. – Вечером поговорим.

Он чмокнул девушку в щеку и вышел из палаты.

Настя посмотрела другу вслед, напряженно нахмурив лоб.

– Черт возьми, неужели еще что-нибудь случилось? Мне кажется, это уже слишком. И так уже достаточно на наши головы свалилось. Особенно на мою, – потрогав затылок, проворчала она. Сам собой вспомнился тот день и тот злосчастный вечер.

– Отвечай, – строго приказал Шаров, когда Настя с ужасом смотрела на свой телефон, сидя в кабинете полковника. Она осторожно включила его и поднесла к уху. – Алло, – еле выговорила девушка. – Говорите, я вас слушаю.

– Нехорошо так делать, Анастасия Андреевна, – вкрадчиво ответил ей тот самый мужской голос. – Я ведь и рассердиться могу. Почему вы не отвечаете на мои звонки?