Без срока давности - Нора Робертс

Ева вернулась в спальню.

— Ты там была?

— Да, — ответила Пибоди. — Любая женщина убила бы за собственную ванную, но миссис Бетц доказала, что даже такое огромное пространство можно испоганить.

— Ее сторона комнаты. Ее ванная, шкаф, он же гардеробная, гостиная, ее половина кровати, прикроватный столик — тот, на котором шеренга розовых бутылочек. Так?

— Так. А это — его сторона. — Пибоди указала большим пальцем. — У них маленький ребенок, но в родительской спальне нет никаких детских вещей. Даже забытого плюшевого мишки. Грустно как-то.

— Когда у няни есть собственная няня, родители не слишком много времени проводят с ребенком. А эта комната только для взрослых, с четкой демаркационной линией. В общем, так. Ты хозяйка дома.

— Королева своего замка, — подтвердила Пибоди, а Макнаб подмигнул.

— Этого дома, Пибоди. Не тупи. У тебя целый штат прислуги и три этажа на то, чтобы угробить их отделкой. В какую комнату ты никогда не заходишь?

— В комнату с куклами. Ладно, это мои личные тараканы. Ей, наверное, нравится. Судя по моей краткой беседе с миссис Бетц, я бы вычеркнула прачечную. Территория прислуги. Да и на кухню она вряд ли часто заглядывает.

— А если так? В какую комнату он заходит, а ты нет?

— М-м… в его туалет! — Пибоди подняла два указательных пальца. — У нее все такое розовенькое и блестящее, а у него — брутальное. Какой женщине захочется ходить в один туалет с мужиком?

— Мы же как-то уживаемся, — заметил Макнаб.

— Тоже правда, — ответила Пибоди, но как только он отвернулся, картинно закатила глаза. — Думаешь, где может быть тайник?

— Давай проверим.

Если женская ванная была розовой и ажурной, мужская оказалась донельзя брутальной. Вдоль одной стены тянулась стойка — красная, с вырезанными амурами, — позади висел портрет полулежащей пышногрудой дамы с жирной сиреневой сливой в руке. В черную столешницу вделана квадратная красная раковина с краном в виде волчьей головы, извергающей воду из пасти, пол и стены покрыты черной с красными вкраплениями плиткой. На полках выстроились всевозможные баночки и бутылочки в красных и черных кожаных футлярах с мужскими аналогами кремов, лосьонов и масел. Остальная часть волчьей стаи занимала душевую кабинку, плюясь водой из душа и кранов. В сушильной кабине стояла мягкая банкета — на тот случай, если хозяин притомится и решит отдохнуть те две минуты, которые нужны на просушку обычным смертным.

У Бетца тоже был свой туалетный столик, больше напоминающий письменный. С него-то и начала Пибоди.

— По-моему, мужская ванная еще уродливее женской, хотя идут они ноздря в ноздрю. Ух ты, у него столько же средств по уходу за лицом и телом, сколько у нее… почти. Всякие крема для искусственного загара и средства для волос. Этот столик — просто жуть, но сделан на совесть. Пропорции нигде не нарушены. Ничего похожего на потайные отделения.

— А как насчет бара? У тебя хороший глаз на тайники.

Именно благодаря этому Пибоди впервые обратила на себя Евино внимание, когда, еще простым патрульным, обнаружила тайник в квартире убийцы.

— Опять же, сделан хорошо, хоть и уродлив.

Пибоди крутанулась на вращающемся стуле и оглядела бар.

— Вся эта резьба, конечно, повторяет общий стиль дома, однако в ней легко спрятать потайной механизм. А такой хороший плотник может спрятать надежно. Мой отец, например, делал потрясающие тайники.

Ева провела рукой по резным амурам.

— Может, очки-микроскопы помогут? — предположила Пибоди, склоняя голову набок.

— Возьми в чемоданчике с полевым набором.

Ева присела на корточки, отгоняя мысль о том, как странно водить пальцами по толстым голеньким попкам. Точно не на передней панели, решила она. А вдруг кто-нибудь случайно нажмет на рычаг?

Ева выпрямилась и зашла с другой стороны. Бокалы, миксеры, бутылки со спиртным. Шкафчик с резными дверцами. Она открыла его и поглядела на машину для изготовления льда и маленький холодильник с вином. Закрыла дверцу, снова открыла, закрыла.

— Вот очки.

— Зачем прятать холодильник и ледогенератор за дверцей? Каждый раз, как понадобится лед, придется ее открывать. Все остальное стоит на полках — прямо под рукой.

— Может, просто дизайн такой. Или Бетц не хотел, чтобы техника бросалась в глаза.

— Может, и так. Но сколько места она занимает? Ведь не всю глубину бара?

Пибоди присела рядом с ней.

— Папа с Зиком делали классные бары на заказ. Один был примерно такого же размера. По-моему, на лед не требуется столько места.

Ева снова закрыла дверцу, надела очки и принялась дюйм за дюймом осматривать шкафчик.

— Нашла!

Глядя на Еву огромными за стеклами очков-микроскопов глазами, Пибоди ухватила одного из амуров за толстый зад и слегка повернула.

— Почему он поворачивается, но ничего не открывает? — возмутилась Ева.

— Код или определенная последовательность… — пробормотала Пибоди. — Что-то вроде головоломки. Ну да, я уже видела такую систему. Нужно вычислить, каких амуров поворачивать и в какой последовательности. Хитрая штука. И сделана на совесть.

— Я пошла за молотком.

— Нет! — в ужасе воскликнула Пибоди. — Я разберусь. Ну-ка, подвинься. Как можно ломать такую вещь?!

— Она уродливая.

— И все же это искусство. Вот еще один. Наверняка их три. Набор из трех.

Ева предпочла бы воспользоваться молотком, но поскольку под рукой его не оказалось, она позволила Пибоди вращать, дергать и поглаживать амуров.

— Эй, Даллас. — В дверях появился Макнаб. — На телефоне голосовое сообщение от Маршалла Истердея. Звонок сделан сегодня в восемь пятьдесят две.

— Сразу после нашей с ним беседы, — заметила Ева. — Когда он пошел наверх, якобы отдыхать.

— Голос у него не отдохнувший. Говорит, что им нужно срочно посовещаться и что пытался звонить Бетцу на сотовый и на работу. Похоже, напуган до полусмерти.

— Еще бы! — Ева хотела было встать, чтобы самой прослушать сообщение, но тут что-то щелкнуло, и Пибоди издала победный возглас. Когда она открыла дверцу шкафа, полки с ледогенератором и холодильником медленно отъехали в сторону.

— Круто, — восхитился Макнаб, присаживаясь на корточки рядом с Евой и обдав ее запахом вишневых карамелек.

Внутри оказался небольшой серебристый ящичек. Ева достала его из шкафа и поставила на стойку.

— Старинная вещь, — заметила Пибоди. — Антиквариат. Знаю, он заперт, но я не позволю его ломать.

— Макнаб, принеси мой чемоданчик с полевым набором.

— Сейчас. — Он встал, обернулся и расплылся в улыбке. — Здрасьте, капитан! Моя девушка только что нашла в туалете тайник, и теперь у нас есть старинный ящик.