Одна против целого мира - Ольга Оболенская

– Только буду рада. – Марианна вдруг услышала, как гулко бьется ее сердце.

– Я чувствовал это уже давно, а сегодня меня это чувство буквально переполнило. Я вас люблю.

Сакуров замолчал, молчала и Марианна. Прошло уже несколько минут, на тумбочке тикали часы. И Марианна почему-то старательно вслушивалась в это тиканье, словно бы они могли сказать ей нечто важное.

– Вы мне ничего не скажете? – Слова Сакурова прозвучали столь внезапно, что Марианна аж вздрогнула.

– Скажу. Я вас люблю. – Еще никогда у нее так не пересыхало горло, как в этот момент. Не соображая, что делает, она налила до краев из бутылки коньяка и выпила его как воду. Коньяк обжег ей горло, и она громко закашлялась. Сакуров птицей подлетел к ней.

– Что с вами, Марианна? – обнял он ее за плечи.

– Ничего страшного, я всего лишь перепутала воду с коньяком. – Она прислонилась к его плечу. Несколько мгновений они сидели неподвижно, словно боясь разрушить возникшее между ними единство. Затем Сакуров нежно взял ее лицо в свои руки и повернул к себе. Совсем близко от себя она увидела его губы. И первая потянулась к ним.

Они проснулись, когда было даже уже не утро, а вовсю сверкал день. Солнце гуляло по комнате, словно наглая кошка. Оно забрело на кровать и коснулось своем лучом лица Марианны. Она открыла глаза и встретилась с изучающим взглядом Сакурова. И сразу же поток горячих воспоминаний, как лава из жерла вулкана, хлынул на нее.

– Доброе утро! Точнее, добрый день! – весело поздоровался Сакуров.

– А сколько сейчас времени? – встревоженно спросила Марианна.

– Сколько бы ни было, оно все наше.

– Но нужно же идти на работу. Я не привыкла опаздывать.

Сакуров громко расхохотался.

– Не волнуйся, как твой начальник, я даю на сегодня тебе отгул.

– Не знаю, уж чем я заслужила такую награду, – в тон ему ответила Марианна.

– Заслуги есть и немалые, – склонился над ней Сакуров. Их губы соединились.

Но продолжение на этот раз не последовало, Марианна отодвинулась от него.

– Что-то случилось? – заглянул ей в глаза Сакуров.

– Ничего. Я проголодалась. – На самом деле Марианна поняла, что случилось. И случилось нечто ужасное, она совершила поступок, которому нет оправдания.

– Сей момент. Через пять минут все будет сделано. А ты пока готовься к завтраку.

Сакуров быстро вышел из комнаты. Марианна стремительно оделась, подошла к зеркалу и несколько секунд смотрела на себя. То, что она увидела, так ее поразило, что в первое мгновение она даже не поверила: у нее были счастливые глаза. Но ведь этого не может быть, потому что не должно быть. Ей вдруг захотелось убежать из квартиры и забиться в какой-нибудь угол, где ее никто не найдет. Но это было мимолетное настроение; после того, что она пережила вчера, ей ли чего-нибудь бояться.

На кухне ее ждала чашка, из которой ароматно пахло кофе, а на тарелке аппетитно лежал большой кусок омлета. Марианна почувствовала, что сильно проголодалась. И подумала, что если она поест вместе с Сакуровым, то после того, что между ними произошло, это будет уж совсем малюсенький грешок.

Марианна с аппетитом ела, но вдруг остановилась и посмотрела на Сакурова. Тот внимательно наблюдал за ней.

– Марианна, я хочу с тобой поговорить.

Она почувствовала безотчетную тревогу.

– Говори.

– Я человек военный и, может, поэтому люблю к цели идти прямой, а значит, и самой короткой дорогой.

– Разве тебе кто-то это мешает?

– Ты права, никто. Поэтому я и предлагаю тебе стать моей женой. А заодно и моим партнером в компании. Это будет наш семейный бизнес. Когда я тебя впервые увидел, то меня вдруг посетила странная мысль: я подумал, что было бы здорово, если бы эта женщина стала однажды моей женой. И с тех пор она меня никогда не покидала. Я жду твоего ответа.

Марианна отложила вилку: аппетит внезапно совершенно исчез.

– Я согласна с тобой в одном, настало время окончательного объяснения.

– Давай объяснимся. Слушаю тебя. Тем более мне давно хотелось задать тебе несколько вопросов.

– Вот и задашь. Но сначала я должна тебе сказать, что мое настоящее имя совсем не Марианна Романовна Долгорукова, меня зовут Мириам Расуловна Саитова.

– И это весь твой секрет? Мне это известно.

– Известно? – удивилась Марианна. – Не стану выяснять пока откуда. Но тогда ты знаешь, что я родная сестра Арсена Саитова, твоего бывшего вице-президента.

– Я все гадал, зачем ты стала работать у меня.

– Именно это я и собиралась объяснить. Много лет назад я поссорилась с отцом, так как он не хотел, чтобы я продолжала учебу, и уехала в Москву. Там мне повезло, за небольшой срок я сделала хорошую карьеру. Но однажды я получила телеграмму от отца, с которым не поддерживала отношений. Он сообщал, что брат мой тяжело ранен, и призывал меня срочно приехать. Разумеется, я не могла не поехать на родину. Когда я приехала, Арсен уже умер. Мне осталось только что сходить на его могилу. А через несколько дней, сломленный горем, скончался и мой отец.

– Сочувствую, – пробормотал Сакуров.

– Но перед смертью он сообщил мне имя убийцы Арсена, которое успел назвать ему брат. – Марианна замолчала и уставилась на Сакурова. Таким бледным она его никогда не видела.

– Теперь я понимаю, твой брат назвал мое имя.

– Да, – тихо подтвердила Марианна. – Но это не все. Мой отец взял с меня клятву, что я отомщу убийце сына. А в нашем роду традиция кровной мести всегда соблюдалась неукоснительно.

Сакуров откинулся на спинку стула.

– Вот, значит, для чего ты устроилась в мою компанию. Тогда почему не убила, возможностей для этого было хоть отбавляй. Или оставила все на последний момент? В таком случае я готов, с моей стороны сопротивления ты не встретишь. Могу принести пистолет.

Марианна отрицательно покачала головой.

– Не надо, мы все же живем в другую эпоху, и я решила, что моя месть будет иной. Я разорю твоя компанию, сделаю ее банкротом, а тебя нищим.

– И ты это сделала? – пристально посмотрел на нее Сакуров.

Несколько секунд Марианна молчала.

– Да, сделала. Я провела несколько крупных финансовых операций, благодаря которым фирма разорена, у нее появились большие долги, а отдавать не из чего. Со дня на день кредиторы начнут требовать возврата своих средств. И тогда конец. Поверь, ждать осталось недолго. Прости меня, но я не могла поступить иначе.

Сакуров смотрел на Марианну и словно рыба открывал рот, но никак не мог произнести даже слово. Ему понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя.