Рыцарь нашего времени - Елена Михалкова

– А ведь вы были знакомы и с Николаем Чешкиным, – незадумываясь, заметил Бабкин. – Его вам совсем не жалко?

Лицо Томши неуловимо изменилось. Исчезла веселость, глазапомрачнели, и ее улыбка стала похожа на гримасу.

– Не тогда, так на день позже, – отрезала она. –Хотите, чтобы я причитала, как остальные: «Ах, какой талантливый мальчикпогиб»? Не смешите меня! Видела я их талантливого мальчика – больной он был,законченный шизофреник. Его бы лечить надо, а вместо этого с ним возились, какс недоношенным. А уж как старый дурак над ним трясся – смотреть смешно было.

– Под старым дураком вы, надо полагать, подразумеваетеВладислава Захаровича? – осведомился Макар.

– Именно так и надо полагать, – передразнилаТомша. – Как еще его назвать? Не уберег внука-то, как ни старался.

– Вы тоже сыграли в этом некоторую роль, – не удержалсяСергей.

– Бросьте! Не я, так другая баба оказалась бы на моем месте.Димочка был известный ходок, мужской силой его бог не обидел. Да и ДенискаКрапивин постарался бы, и не получись у него в тот раз, получилось бы в другой.Он, Дениска, человек упрямый: если что в голову себе вбил, так добьетсянепременно.

– Кое-что не сходится... – протянул Бабкин. – ЕслиКрапивин все это придумал, так зачем же ему нужно было прекращать общение сСилотским? Раз он сам его подставил?

– Вы что, не знаете, что ли – Димка Силотский на внучкуЧешкина глаз положил. А глаз у него был... – Томша хихикнула, – как ужеребца. Если приглядел себе кобылку, так покрыл бы ее, не сомневайтесь. АДенис – мальчик умненький, решил так: раз не получилось, выставим Силотскоговиноватым. Он всегда оказывался в белом, наш Дениска, что бы ни происходило.

– А что еще происходило? – тут же спросил Макар.

Томша помолчала, без выражения посмотрела на него.

– А мне ведь работать надо, – наконец сказала она,поднимаясь на ноги. – Так что, мальчики мои сладкие, извините, в следующийраз побеседуем.

Илюшин с Бабкиным вынуждены были подняться вслед за ней. УСергея заиграл телефон в кармане, он достал его и, пристально глядя на экран,нажал на кнопку.

– Да? – произнес он, отходя чуть в сторону от Макара иТомши. – Что? Хорошо, скоро будем.

Он закрыл телефон и вернулся к ним.

– Может, посмотрите что-нибудь? – Томша указалаподбородком на скульптуры. – Мало ли... вдруг заинтересуетесь?

Макар кивнул и стал обходить комнату, вглядываясь вбезглазых гипсовых сов, в искореженные головы, по воле скульптора приобретшиерасплющенную форму, отчего нос наезжал на глаза, а несоразмерно увеличенное ухозакрывало рот, в абстракции, дополненные фрагментами человеческого тела,выпиравшими из куба или шара с вмятинами. Увиденное произвело на негоудручающее впечатление. «Пора выбираться из этого мертвого царства. То, зачеммы приезжали, уже сделано».

– Нравится, красивый ты мой? – со смешком спросиласзади Мария Сергеевна. – Или ты в этом ничего не понимаешь?

– Владислав Захарович говорил о ваших... скульптурах, –уклоняясь от прямого ответа, сказал Макар, сделав крошечную паузу перед словом«скульптурах».

Пауза эта не осталась незамеченной. Женщина вскинула голову,губы ее изогнулись, отражая презрение к мнению Чешкина. «Вот кого лепитьнадо», – подумал Илюшин, обернувшись к ней.

– Анька! – крикнула Томша. – Поди сюда!

Девица вышла из темноты коридора, уставилась на скульпторшублеклыми глазами.

– Проводи гостей, они все посмотрели, – приказала та и,не прощаясь, ушла из мастерской.

* * *

– Зачем ты ее спровоцировал? – негромко сказал Бабкин,когда они спускались по лестнице. – Разозлилась она не на шутку...Тьфу,противная баба!

– Во-первых, потому что она – противная баба, как ты вернозаметил. Мне хотелось напоследок вывести ее из себя, и я не мог отказать себе вэтом маленьком удовольствии. Во-вторых, я хотел убедиться в том, что она знает,какого мнения о ней и ее скульптурах Чешкин. И я в этом убедился. Знает, знаетМария Сергеевна, что Владислав Захарович называет ее творчество поделками, и ееэто очень задевает. Старик был прав.

Они вышли из подъезда, остановились под козырьком, закрытыеот желающих посмотреть на них из окон. Сергей достал телефон.

– Успешно? – осведомился Макар, глядя через его плечона экран.

– Более чем. Хорошая игрушка, надо было раньше такуюприобрести.

Он нажал одну за другой несколько кнопок, и маленькийфотоаппарат, замаскированный под мобильный телефон, послушно вывел на экранкрупную фотографию Марии Сергеевны Томши.

* * *

В «Броню» они приехали к обеду, позвонив по дороге нужномуим человеку. Начальник службы безопасности встретил их в дверях, проводил всвой кабинет. Сотрудников не было видно – то ли они ушли обедать, то липостепенно разбегались в поисках новой работы, и в коридорах стояла тишина,нарушаемая негромким женским голосом за одной из дверей, повторявшим, словнозаведенный: «Да, я вас слушаю. Да. Да. Я вас слушаю».

– Взгляните.

Бабкин протянул включенный фотоаппарат, на экране котороговысветился последний сделанный им снимок.

– Можем на монитор компьютера вывести, если хотите, –предложил Макар, но мужчина покачал головой.

– Не надо выводить, хорошо видно. Да, это одна из баб, встречавшихКачкова. Я ее частенько с ним видел, она обычно дожидалась его неподалеку, вкафе.

– Итак, Крапивин подговорил Марию Томшу выманить ДмитрияСилотского из квартиры Николая Чешкина, который, оставшись в одиночестве,покончил с собой. Затем Денис Иванович, недолго думая, свалил всю вину наСилотского, а заодно убедил третьего из приятелей, Швейцарца, не подавать рукимерзавцу.

Бабкин сидел в одном из синих кресел Макара, проговариваявслух то, что было им известно, и делая короткие пометки в блокноте. Макарслушал его, полуприкрыв глаза. Раннее апрельское утро било в окна – Илюшинубедил Бабкина открыть шторы, и тот неохотно согласился, поддавшись на доводыМакара, что снайпер, если уж такого наймут, сможет пристрелить их и на улице, ишторы не станут ему помехой. Солнечные лучи заставляли Сергея щуриться и буквырасплывались перед его глазами.

– Сама Томша, как мы выяснили накануне, хорошо знакома сВладимиром Качковым и, вероятно, является его любовницей. Что из этого следует?

– Ничего, – тут же отозвался Илюшин. – Кроме развечто правоты Анны Леонидовны, обвинявшей своего мужа в изменах. Твоя бывшая женатоже знакома с Качковым – и что из этого следует?

Сергей хмуро посмотрел в его сторону и закрыл блокнот.