Семья в законе - Владимир Колычев

– Может, все-таки скажете, почему на мне наручники? – спросил Семен.

– Ну, начнем с незаконного предпринимательства, – насмешливо сказал Харчев. – Сейчас на складах рынка будет произведен обыск. При наличии контрафактной продукции произведем арест и изъятие...

– Дерзайте... Только как бы потом убытки не пришлось возмещать. Через суд, разумеется.

– Вы так уверены, что вам ничего не грозит? – пристально посмотрел на Семена Харчев.

– Абсолютно.

Семен знал, что Паука поддерживал РУБОП. Поэтому заранее подготовился к проверке, вывез со складов незаконный товар. Но не было бы в том большой трагедии, если бы вдруг Семью смогли уличить в незаконном предпринимательстве. РУБОП, конечно, сильная организация, но есть еще мэр Старобоярска, который очень сытно кормился с обоих рынков. И в городской прокуратуре тоже есть свои люди...

– Что ж, тогда вам будем немного легче, – язвительно усмехнулся Харчев. – Немного.

– Легче мне на толчке будет, начальник. А тебе – на пенсии... Сегодня стреляли в одного моего брата, – сказал Семен, четко проговаривая каждое слово. – Другого брата отравили. А ты арестовал меня. Это заговор, полковник. Ты – заодно с убийцами. Ты за это ответишь.

– Кто стрелял в твоего брата? – нахмурился Харчев.

Ему явно не понравилась картина эшафота, которую нарисовал для него Семен. Не сдобровать ему, если прокуратура обвинит его в причастности к покушению на убийство... Может, не только в покушении? Может, убийство уже произошло?

– Твои люди в него стреляли... Мне брату позвонить нужно. Ему плохо, его отравили. Если он умрет, виноват в этом будешь ты.

Харчев был сильным человеком, и Семен не мог этого не признавать. Но все же полковник отвел глаза, не выдержав его лютый взгляд.

– Увести! – распорядился он.

Под усиленной охраной Семена вывели из административного здания, усадили в машину и отправили в изолятор временного содержания.

* * *

Газонокосилка работала сравнительно негромко, но все равно, казалось, что уши опухли от ее тарахтенья. Павел неторопливо катил шумную тележку вдоль тротуарной дорожки, жалея о том, что не догадался защититься наушниками плеера.

Так не бывает, чтобы в своем доме не было работы. Водослив подправить, забор подкрасить, кустарник подравнять, масса других мелких дел. Словом, всегда есть чем заняться. И хорошо, когда дом свой в полном значении этого слова.

А Юлин дом для Павла своим не был. И во дворе он работал только потому, что должен был хоть чем-то занять себя. И чтобы хлеб не зря есть... У него еще были свои деньги, но скоро они закончатся, и тогда Юля, по сути, будет содержат его. И эта мысль его угнетала.

Семен обещал приобщить его к охранной деятельности, организовать лицензию и оружие. Но дело двигалось медленно, а о зарплате речь вообще пока не шла...

Кто-то тихонько тронул Павла за плечо. Он обернулся и увидел Юлю. Она была в модном домашнем костюме. Волосы распущены, на лице косметика. На губах веселая улыбка, но в глазах угадывалась печаль.

Павел выключил мотор.

– Зову тебя, зову, а ты не слышишь.

Позавчера Юля взяла отпуск, послезавтра они отправятся в Турцию. Впереди целых две недели отдыха на море и под пальмами. Но Павла это совсем не радует. Он даже попытался отказаться, но Юля расплакалась, и ему ничего не оставалось делать, как сдаться.

– Косилка шумно работает.

– Шумно, – кивнула она.

Взгляд ее вдруг затуманился, губы подернула обида.

– Что-то не так? – напрягся Павел.

Ему очень не нравились эти перемены в ее настроении. Он старался быть примерным мужем, но, увы, Юлю в нем устраивало не все.

– Да нет, все так. Просто иногда мне кажется, что ты меня вообще не слышишь. И косилка здесь не при чем... Извини! – спохватившись, натянуто улыбнулась она. – Сама не знаю, что говорю...

– Знаешь ты все, – невесело вздохнул Павел.

Как всякая женщина, Юля тонко чувствовала его. И понимала, что не в состоянии заменить ему Лену. Хотя и надеялась, что со временем сможет занять достойное место при нем. Павел и сам на это надеялся.

– Я недостаточно уделяю тебе внимания, – заученно сказал он. – Но мне просто нужно к тебе привыкнуть...

– Да, я понимаю, – уныло согласилась она. – Пошли, обед уже на столе.

– А сто грамм? – по пути в дом спросил Павел.

– А может, не стоит? – напряглась она.

– Ну, как скажешь...

Он, в принципе, мог обходиться без спиртного, но все же ощущал потребность выпить. И если Юля нальет ему, он будет только рад... А она нальет. Не сейчас, так вечером. Если, конечно, захочет, чтобы ночь для нее окрасилась в романтические цвета. Он сможет поднять ей настроение, но для этого его самого нужно привести в тонус.

В холле надрывался телефон. Юля взяла трубку.

– Да... Этого не может быть, – бледнея, всплеснула она рукой. – Как же так?.. Да, хорошо... Конечно... Да...

Она положила трубку и потрясенно посмотрела на Павла.

– Стас умер... Лева в больнице в тяжелом состоянии... Семен арестован... Ждан звонил, сказал, чтобы мы оставались дома. Сказал, сейчас охрана подъедет...

Павел озадаченно покачал головой. Похоже, семья Бурыбиных пропустила ответный удар. Все-таки случилось то, о чем он в свое время предупреждал Семена. И самое плохое в этой ситуации то, что может пострадать Юля. А она не последний для него человек. Ее детям тоже грозила опасность, Павел уже стал привязываться к ним...

– Но я не хочу здесь оставаться, – продолжала она. – Я хочу в больницу, к Леве. Я же врач, я могу ему помочь...

– Нет, ты останешься здесь, – твердо сказал Павел.

– Но я не могу! – растерянно посмотрела на него Юля.

– А я сказал, ты останешься здесь!

Она удивленно смотрела на него. Ей не понравился его командный тон, но, как женщина, должная подчиняться любимому мужчине, она радовалась.

– Да, как скажешь...

В калитку позвонили.

– Кажется, охрана, – решила Юля.

Но она ошиблась. На экране монитора Павел увидел капитана Ныркова из РУБОП, а с ним еще двое в штатском.

– Что вам нужно? – по громкой связи спросила Юля.

Им нужен был Павел, а зачем, они отказались отвечать.

– Но его нет здесь, – почуяв неладное, схитрила Юля.

Но Павел не позволил ей вводить в заблуждение своих бывших коллег. Он вышел к Ныркову, закрыв за собой калитку.

– А нам сказали, что вас нет, – ехидно усмехнулся Нырков.

– А мы что, с тобой на «вы»? – удивленно посмотрел на него Павел.