Жена самурая - Марина Крамер

Ее избежать

Невозможно.

Я поняла, что он хотел сказать этим… Михаил получил то, что заслужил, – его юношеская подлость разрушила его душу, довела до преступления, и в конце концов он понес то наказание, которое было положено. Все справедливо…

Мы больше никогда не говорили об этой истории, словно старались вычеркнуть неприятные воспоминания из памяти.

Я же совершенно неожиданно для себя снова запихнула в дальний угол шкафа кожаные брюки и ключи от байка, облачилась в кимоно и увлеклась росписью по шелку – это я-то! Муж и отец были в легком шоке, глядя на то, как я, закусив от напряжения губу, вывожу кисточкой иероглифы на шелковом платке. Но меня это настолько затянуло, что я проводила все свободные вечера за новым увлечением.

Меч, кстати, нам вернули после окончания следствия, и к этому приложил руку папа и, как ни странно, опер Карепанов. Он лично привез тщательно завернутый в большое покрывало меч, передал его Акеле и неожиданно спросил:

– Если я сына к вам в клуб приведу – возьмете?

Акела невозмутимо ответил:

– Если он хочет серьезно заниматься, возьму.

Карепанов, казалось, ждал совсем другого ответа, а потому даже слегка растерялся.

– То есть… можно привести?

– А почему нет? – так же невозмутимо отозвался Акела, пристально осматривая меч. – У меня единственное ограничение – возраст. Не беру моложе десяти лет. В остальном препятствий не вижу.

Карепанов поблагодарил, спросил адрес клуба и время работы и откланялся. Я пошла провожать его, и на пороге он негромко сказал:

– Удивительный человек ваш муж, Александра Ефимовна. Такой… цельный, что ли? Редко такие бывают.

– Я знаю, – улыбнулась я, закрывая за ним дверь.

Акела не был каким-то уж совсем особенным, просто он жил по определенным законам, которых строго придерживался. К сожалению, многие из этих правил не были понятны большинству, а зря. Иной раз в старинных японских трактатах можно было найти совершенно правильные мысли, актуальные до сих пор.

Мне повезло – я была рядом с настоящим мужчиной, я разделяла его интересы, поддерживала его и любила. И эта любовь была взаимной – что еще нужно для счастья?