Песочный человек - Ларс Кеплер

Комиссар направил свой тяжелый “кольт-комбат” на баррикаду и дальше, в помещение с бильярдным столом.

Никого. Все снова стало тихо, неподвижно.

Адреналин сделал его странно спокойным. Комиссар словно попал в новую, с более резкими очертаниями, версию реальности.

Он осторожно снял палец со спускового крючка, распустил петлю привязанной к перилам веревки и пробрался мимо стульев.

– Черт, что же делать? – прошептал Элиот. Он спустился, и в его голосе слышалась паника.

– Бронежилет на тебе?

– Да.

– Слушай, что в подвале, – велел Йона и пошел.

На полу, возле осколков стекла и старых консервных банок, валялись две пустые гильзы. Элиот, часто дыша и прижав фонарик к пистолету, освещал углы. Здесь, внизу, было теплее, остро пахло потом и мочой.

Прямо над проходом, на высоте человеческого горла была натянута стальная проволока, и полицейским пришлось нагнуться. Позади задребезжали задевшие друг друга тросы.

Вдруг послышался шепот. Йона остановился и сделал знак Элиоту. Шаги, что-то тикает.

– Беги, беги, – прошептал кто-то.

На лестницу потек холодный ветер. Йона торопливо шагнул вперед. По подвалу рывками метался свет от фонарика Элиота. Слева угадывалась котельная, в другом направлении бетонная лестница вела к открытой двери подвала.

На ступеньки несло снег.

Йона уже разглядел затаившуюся в темноте фигуру, когда в свете фонарика сверкнуло лезвие ножа.

Комиссар шагнул вперед и услышал быстрое дыхание, которое неожиданно перешло во всхлипы.

Высокая женщина с перепачканным лицом бросилась на него с ножом в руке. Йона вскинул пистолет.

– Берегись! – крикнул Элиот.

Дальнейшее заняло всего несколько секунд, но Йона успел отказаться от стрельбы. Не раздумывая, он шагнул вперед и чуть по диагонали. Женщина попыталась ударить его ножом. Комиссар перехватил ее руку, по инерции развернулся и ударил нападавшую правой рукой в шею слева. Удар оказался таким сильным и неожиданным, что женщину отбросило назад.

Йона не отпускал ее руку с ножом. Когда сломался локоть, раздался хруст, похожий на стук камней под водой. Женщина повалилась на пол, крича от боли.

Нож со звоном упал на плиты пола. Йона пинком отбросил его подальше и направил пистолет в сторону котельной.

На полу возле геотермального насоса лежал мужчина средних лет. Он был связан веревкой и серебристым скотчем, изо рта торчал тряпочный кляп.

Элиот приковал женщину наручниками к водопроводной трубе, а Йона осторожно приблизился к мужчине, сообщил, что он из полиции, и вытащил тряпку.

– Дети, – прохрипел связанный. – Они убежали, не причиняйте им вреда…

– Здесь есть кто-нибудь еще?

Элиот уже бежал вверх по бетонной лестнице.

– Только дети…

– Сколько?

– Две девочки… Сусанна дала им ружье. Они просто испугались, они никогда еще не стреляли из ружья, не причиняйте им вреда, – отчаянно умолял мужчина. – Они просто испугались…

Йона бросился вверх по лестнице и дальше, на задний двор. Мужчина у него за спиной снова и снова кричал, чтобы они не причиняли вреда девочкам.

Следы вели через весь участок и уходили прямо в темнеющий лес. Свет фонарика прыгал далеко между стволов.

– Элиот! – крикнул Йона. – Там только дети!

Широкими шагами он кинулся следом за девочками, чувствуя, как остывает пот на лице.

– У них оружие! – крикнул комиссар.

Он бежал на свет фонарика. Занесенные снегом прутья ломались под его тяжестью. Далеко впереди мелькал Элиот с фонариком и пистолетом.

– Подожди! – крикнул Йона, но Элиот, кажется, не слышал.

Снег валился с деревьев с глухим шорохом.

В тусклом свете между деревьями угадывалась неровная цепочка детских следов. За ними – прямая линия следов Элиота.

– Они просто дети! – снова крикнул комиссар. Пытаясь выиграть время, он с трудом двинулся вниз по крутому склону.

Съехал на пятой точке, следом посыпались камни и шишки, ободрал обо что-то спину, поднялся на ноги.

Сквозь частые ветки он увидел рыскающий свет фонарика. За спиной Элиота, под деревом, стояла девчушка с дробовиком в руках.

Йона кинулся прямо через заросли сухих веток. Он пытался прикрывать лицо, но ветки все равно ободрали ему щеки. Комиссар видел, как Элиот двигается между стволов, как девочка делает шаг вперед и стреляет в полицейского.

Заряд дроби ушел в снег всего в нескольких метрах от ружейного ствола. Дробовик дал отдачу, и тоненькую фигурку отбросило назад. Девочка упала, Элиот обернулся и прицелился в нее.

– Подожди! – крикнул Йона, пытаясь продраться сквозь еловую поросль.

В лицо и за шиворот посыпался снег, закачались ветки. Йона выскочил из еловых зарослей и резко остановился.

Элиот сидел в снегу, обнимая плачущую девочку. В нескольких шагах, глядя на них, стояла ее младшая сестра.

Сусанне Йельм сковали руки за спиной. Странно торчал сломанный локоть. Она истерически кричала и яростно сопротивлялась, пока двое полицейских в форме тащили ее вверх по лестнице. От синего света мигалок – полицейских и “скорой помощи” – снег вокруг пульсировал, словно вода.

Соседи безмолвными призраками стояли поодаль, наблюдая за происходящим.

Сусанна прекратила кричать, увидев выходящих из леса Йону и Элиота. Йона нес на руках младшую девочку, Элиот вел за руку ее сестру.

Сусанна, выкатив глаза, с трудом вдыхала ледяной воздух. Йона опустил девочку на землю, и та следом за сестрой пошла к матери. Девочки долго обнимали мать, та старалась успокоить их.

– Теперь все будет хорошо, – прерывающимся голосом говорила она. – Все будет хорошо…

Немолодая женщина в форме заговорила с детьми, пытаясь объяснить им, что маме придется поехать с полицейскими.

Бригада “скорой” вывела отца из подвала, но мужчина так ослаб, что ему пришлось лечь на носилки.

Когда полицейские повели Сусанну по глубокому снегу к машинам, Йона двинулся следом. Сусанну усадили на заднее сиденье, руководитель группы говорил по телефону с прокурором.

– Ей надо в больницу, – сказал он, стряхивая снег с ботинок и пальто.

Йона подошел к Сусанне. Та тихо сидела в машине, глядя на дом и пытаясь хоть мельком увидеть своих девочек.

– Зачем вы это сделали? – спросил комиссар.

– Вам не понять, – пробормотала женщина. – И никому не понять.