Медовый олигарх - Ирина Хрусталева

– А зачем вы на дуло глушитель привинтили? – спросила у горе-охотника Олеся.

– Как зачем? Чтобы выстрела слышно не было, – откровенно признался Михаил. – Я же понимал, что этот пруд на частной территории находится, и, естественно, не хотел неприятностей. А отказаться от своей затеи подстрелить эту рыжую нахалку я не мог. Уж так она меня достала, так достала, у меня даже бессонница началась!

– А откуда у вас глушитель?

– Так ведь я охотник, как же без него?! – пожал плечами Михаил. – Вон, хоть у Сергея спросите, мы частенько с глушителем на охоту ходим… правда, когда еще сезон не открыт, – сморщился он, с опаской посмотрев на шерифа. – А что такого-то, Юрий Иванович? Все мы не без греха.

– Речь-то сейчас не об этом, Михаил, – махнул рукой тот. – За стрельбу в закрытый сезон пусть вас егерь наказывает, это не мое дело. У меня другая забота, что мне с тобой теперь делать?! Ведь ты мог человека убить, ты это понимаешь? Это же преступление, оставлять самострел на частной территории. Тебя, мил дружок, за это в тюрьму могут посадить, если Олеся Викторовна напишет заявление.

– Олеся Викторовна, вы собираетесь на меня жаловаться? – испуганно спросил девушку Михаил. – Меня ж тогда точно посадят! Припаяют статью – покушение на жизнь. Матерь Божья, это ж лет десять, не меньше! А как же мои пацаны? Ведь их у меня трое, мал мала меньше. А жена? Она же не работает, с детьми сидит… Как же они без меня жить-то будут?!

– Успокойтесь, Михаил, – болезненно сморщилась Олеся. – Никто никакого заявления писать не собирается. У меня нет к вам претензий.

– Правда? – несказанно обрадовался тот. – Господи, дайте я вас расцелую, – кинулся он к девушке, но наткнулся на широкую грудь Сергея.

– Но-но, полегче, без поцелуев обойдешься, – рявкнул он. – Ишь, какой прыткий.

– Ладно, ладно, не ревнуй, я же по-дружески, в знак благодарности, – обиделся Михаил. – Олеся, я вам так признателен, огромное вам спасибо, – сыпал словами он, прижимая руки к груди. – Да я за вас… Да я для вас… Что хотите сделаю, только попросите!

– Настреляйте ей чернобурок на шубку, – подсуетился Валя. – Сможете?

– В наших местах чернобурка не водится, – растерялся Михаил.

– Это ничего, нам и рыжая сгодится, – нагло улыбнулся Валя.

– Кадкин, прекрати немедленно! – прикрикнула на друга Олеся. – Мне ничего не нужно, Михаил, просто поймайте ту лису, чтобы она больше моих уток не беспокоила, да и вашу птицу тоже. И, конечно же, больше так не делайте, я ваш самострел имею в виду, и мы в расчете.

– Я эту бестию голыми руками поймаю и к вашим ногам брошу, клянусь, – пообещал тот. – Я теперь ночей спать не буду, сутками напролет стану ее сторожить и обязательно сцапаю, вот увидите. Ну, держись, зараза такая, я тебе покажу, как меня под статью подводить! – потряс он кулаком в воздухе.

– Спасибо вам, Олеся, – хмуро произнес шериф. – От всей души. Второй раз вы человека от тюрьмы спасаете, и низкий вам за это поклон.

– На здоровье, Юрий Иванович, – улыбнулась та. – Все мы люди, каждый из нас может ошибиться, верно?! Главное, что все обошлось, остальное суета.

– Ну вот как, оказывается, все замечательно получилось, – радостно подвел итог Валя. – Не так страшен черт, как его малюют… ой! – Он зажал рот рукой и округлившимися глазами посмотрел на Олесю. – Ма шер, ты помнишь?

– Вот это да! Ай да Веда, ай да молодец, – от всей души захохотал Сергей.

– Вот видите, все оказалось пустяками, а мы панику устроили – караул, сатанисты на нас войной пошли, – рассуждал Валя, размахивая руками. – Оказывается, напрасно мы так волновались, виновата была хитрая лиса, любительница гусей и уток. Как странно, правда?

– Да уж, понервничали мы изрядно, – усмехнулась Олеся. – Одна цветная рубаха чего стоит, не считая самострела.

– Я надеюсь, ты не сообщила Максу, кто в этой рубашке бродил поблизости? – спросил Валя.

– Нет, конечно!

– Слава богу, иначе можно себе представить, что после этого случилось бы с Алексом.

– Наверняка отбивную котлету бы из него состряпали, – хмыкнул Сергей. – Окажись я на месте Макса, я бы так и поступил.

– Отбивная котлета – это слишком скромно, – фыркнул Валентин. – Шестое чувство подсказывает мне, что Макс способен на большее.

– Мне тут война ни к чему, и без этого голова кругом идет, – вздохнула Олеся. – Пусть этот «Отелло» спокойно уезжает со своей «Дездемоной» к себе в деревню, и живут там они оба долго и счастливо.

– Вот мне интересно, что имела в виду Веда, когда сообщила нам про гостя, который хуже татарина? – задумался Валентин. – С чертом мы уже разобрались, а как же быть с татарином?

– Думаю, имелась в виду именно Фатиния, – предположил Сергей.

– Или близнецы, – выдвинул свою версию Валя.

– А при чем здесь близнецы? – встала на защиту братьев Олеся. – Для меня они – желанные гости, я очень рада, что у меня появились родственники.

– Радость, конечно, большая, только ты не забывай, с какими намерениями они сюда заявились, – не сдался Валентин. – Ты, ма шер, слишком добрая, как я посмотрю.

– Да, я добрая, и что?! Прикажешь мне выгнать их отсюда, а потом с ними судиться? Я этого не допущу никогда в жизни! Если они захотят получить свою долю наследства, ради бога, я препятствовать им не стану.

– Мне не дает покоя вопрос – кто же близнецам про усадьбу накапал? – прищурился Валя. – Ох, попался бы мне этот «доброжелатель» в руки, я б его… я б ему… сразу все сказал, что я думаю.

– А я бы ему спасибо сказала, – заявила Олеся. – Вы только посмотрите на близнецов, они же замечательные парни!

– Лучше вспомни, с каким пафосом эти замечательные парни сюда приехали, – проворчал Сергей.

– И ты туда же? – укорила его Олеся. – Они еще молодые, горячие. Думали, что я действительно стерва какая-нибудь, вот и хорохорились, а так они добрые, ты же сам видишь.

– С этим я спорить не стану, – согласился Валя. – Макс хоть и грубиян, но все равно поражает, умиляет и удивляет меня своей нежностью и заботой о брате. Это так трогательно!

– Ничего удивительного, близнецы всегда очень сильно привязаны друг к другу, – сказал Сергей. – Лесь, наверное, ты права, они хорошие ребята, – улыбнулся он. – Пока мы ехали до Москвы, а потом обратно, я очень тесно пообщался с Максимом, из чего я понял, что его внешняя бравада – всего лишь защитная реакция.

– Ну, слава тебе господи, дошло наконец, – засмеялась Леся. – Ну, вот и ответ на твой вопрос, Валюша. Кто же у нас тот незваный гость, что хуже татарина?

– Фатима!

– Точно, она, только ее не Фатимой, а Фатинией зовут, – засмеялась Олеся. – Если как следует подумать, то все сходится. Она приехала внезапно, и в доме тут же все перевернулось вверх тормашками. За ней следом приперся ее ревнивый супруг в цветной рубашке. Благодаря его яркой одежде мы Алекса заметили и приняли… сами знаете, за кого мы его приняли и что по этому поводу подумали. Потом Александр становится непосредственным виновником травмы Дениса, снова проблема! И все это по цепочке принес с собой незваный гость, то есть гостья, Фатиния.