У вендетты длинные руки - Марина Серова

– Слушаю…

– Надежда, это Полина. У тебя все в порядке?

– Да. А что?

– Ничего, просто твой телефон долго не отвечал, я подумала, уж не случилось ли чего?

– Нет, ничего не случилось… я была в кухне… я не слышала.

– Ладно. Как у тебя со временем? Ты нашла работу?

– Пока нет.

– Значит, ты готова помочь мне разобраться с Аленой?

– Да, но…

Последовала пауза. Что значит – «но»? Я занимаюсь ее делом, а она – «но»? Что-то не то происходит с нашей Надеждой.

– Так ты не можешь?

– Полина, подожди… Я должна прикинуть, как у меня со временем.

– Хорошо, прикинь. И знай: если ты не сможешь вырваться, я справлюсь одна. Конечно, мне будет трудно, но все равно, я сумею.

– Нет, подожди, я смогу… Только договорюсь с мамой…

Опять Надежда темнит!

– Хорошо. Договаривайся на завтра, на вечер, что он у тебя будет свободен. Кстати, как чувствует себя твой отец? Он еще в больнице?

– Да, но ему уже значительно лучше! Такое классное лечение!

– Рада слышать. Завтра я перезвоню.

Что же с Надей происходит?

Я набрала номер Нечаевой:

– Алина, привет! Что поделываешь?

– Пребываю в трансе.

По голосу Нечаевой я поняла, что подруга явно пребывает не в лучшем расположении духа. И у этой какие-то проблемы?

– Что случилось?

– У меня вчера вечером в гостях был Игорь…

– Игорь – это кто? – уточнила я, так как поклонников у Алины было более чем достаточно и запомнить их всех по именам я была просто не в состоянии.

– Ну, помнишь, я тебе говорила… Мы познакомились в магазине «Каменный цветок», я еще там в то время работала. Как раз перед моим уходом мы и познакомились. Он хотел купить своей маме подарок ко дню рождения, а я ему помогла выбрать серьги…

– Да, припоминаю. И что?

– Мы до этого уже встречались, в кафе. Посидели, правда, классно, потом он проводил меня до подъезда, но я его домой к себе не пригласила: сама понимаешь, в первый же вечер… неудобно. Я же не какая-то там легкомысленная особа! Ну, вот… А вчера я пригласила его к себе на ужин. Хотела похвастаться своими кулинарными способностями. Он, как истинный кавалер, пришел с бутылкой вина и коробкой конфет. Садимся за стол, свечи, фужеры, все такое… Я ему говорю: «Игорек, забыла тебя предупредить: я умею готовить только манную кашу и яичницу»… А он мне: «Да? И какое же из этих двух блюд ты положила в мою тарелку?» Представляешь?! Ну, разве он не нахал?!

Если верить Алине, все мужчины вообще были слишком требовательными. Поэтому ни с одним из них долго она не встречалась.

– Нахал, – согласилась я с подругой, и как мне было не согласиться? Солидарность – основа женской дружбы!

Пришлось мне еще несколько минут выслушивать жалобы Нечаевой на несправедливость судьбы и общую невыносимость мужской половины рода человеческого. Наконец я умудрилась вставить и свое словечко:

– Алина, мне очень нужен ключ от магазина Дьяченко.

– Зачем он тебе?

– Скорее всего, мне придется проникнуть туда без ведома Алены.

– Там, между прочим, сигнализация стоит! Как ты собираешься ее отключить?

– Я в курсе насчет сигнализации. Но проникнуть туда я хочу в тот отрезок времени, когда Алена еще не ушла, а магазин уже закрыла. Мне надо застать ее врасплох. И желательно, чтобы нас там было несколько человек, чтобы она оценила наше численное превосходство и даже не вздумала сопротивляться.

– А ее муж?

– Алина, ты что, газеты не читаешь?!

– Честно говоря, нет.

– Тогда возьми сегодняшний «Горовск сегодня». Там в статье Антона Ярцева «Невероятный случай в гостинице» подробно излагается, как вчера убили Анатолия Дьяченко, и даже фото его есть…

– Да ты что?! Так ты его…

– Тсс! Прочитаешь все сама. Меня там, между прочим, не было! Мы с Аришей весь вечер дома просидели, в подкидного дурака играли, – выразительно сказала я, но Алина-то особа догадливая.

– Конечно, вы дома сидели! Я что, не знаю о вашем пристрастии к картам? Дома, разумеется!

– Так вот, насчет ключа, – напомнила я подруге.

– Полин, знаешь, а тебе крупно повезло! Уходя из магазина, я забрала свои вещи и случайно прихватила дьяченковский ключ. Вернее, он так и остался у меня в кармане пальто. Но я была в таком состоянии! Эта идиотка Алена мне такого наговорила, что я была просто в шоке! Представляешь, она мне тогда заявила, что…

Да, это надолго! Выслушивать в очередной раз, что сказала Алена Алине и что ответила Алина Алене, мне вовсе не улыбалось. Эту историю я однажды уже прослушала до самого конца, с меня этого достаточно.

– Алина! Извини, что перебиваю, просто у меня очень туго со временем. Давай уточним насчет ключа. Так ты говоришь, что он у тебя есть? Это точно?

– Ну да, я что, похожа на идиотку?! Я же говорю: я была в таком состоянии, что совсем забыла выложить дьяченковский ключ из кармана пальто!

– И он у тебя…

– Так там и лежит. Ну, если, конечно, я не положила его в какое-нибудь другое место…

– Алина! Срочно посмотри, на месте ли он! – взмолилась я.

– Да что ты так волнуешься? Сейчас посмотрю…

Нет, временами Нечаева просто невыносима! Хотя, в общем и целом, она – надежная, преданная подруга, за что все остальные ее слабости можно ей и простить. Тишина в трубке воцарилась на несколько минут. Можно подумать, что карман пальто у Нечаевой – размером с ванную комнату! Наконец раздался ее счастливый голос:

– Есть! Здесь, миленький, куда ему было деваться!

– Алина! Ты – просто прелесть! Вот за что я тебя люблю, так это за твою рассеянность! Что бы я делала, не будь ты такой забывчивой! – воскликнула я.

– Да-а?.. А некоторые вот думают иначе…

* * *

На другой день после похорон Анатолия Дьяченко мы с Надеждой и Алиной сидели в кафе и пили капучино с пирожными «Фруктовый рай» – Надежда угощала нас в честь такого радостного для нее события. Я рассказывала подругам, как подстроила все так, чтобы Анатолий сам пошел на разборку в номер московской бизнесвумен, да еще в таком странном для весны наряде.

– Полина, ты даже трусы с него стянула?! – ужаснулась Надежда.

– А что было делать? Вдруг он решился бы уйти из номера в одних трусах? Нет, моей задачей было – заставить-таки его надеть шубу Деда Мороза. Он должен был выглядеть точно так, как его брат в день своей смерти. Я очень надеюсь, что, перед тем, как покинуть этот бренный мир, он вспомнил Валентина.