Золотой идол Огнебога - Наталья Солнцева

– Как вас угораздило напиться? – грозно навис над ними Илья Афанасьевич. – Я же велел водки и вина употреблять в меру.

– Мы костер затушили и, того, добавили по полстакана. Развезло...

– Я вам покажу – «развезло». Вы что же, дверь открытую оставили?

Парни, как два китайских болванчика, мотали головами: они, хоть убей, не могли вспомнить подробностей.

– Кто вас связал, видели?

– Н-нет... темно было... мы в отключке...

– Идиоты! – рявкнул Борецкий. – Благодарите бога, что не перерезали вас, как сонных кур!

Матвею не терпелось расспросить о ключах. Кто имел к ним доступ? Тот, кто связал рабочих, должен был сначала попасть внутрь.

– Это мог любой, – махнул рукой Илья Афанасьевич. – Ключи оставляли на гвоздике у двери. Флигель обычно запирался только на ночь, изнутри, а днем и вечером каждый мог зайти.

– Я вспомнила! – вмешалась Астра. – Пока вы разводили костер, мы немного замерзли, и Вишняков предложил погреться во флигеле. Но дверь оказалась запертой.

– Мы не закрывали, – пробасил паренек, которого звали Виктором.

– А твой товарищ, как его...

– Толик, – подсказал Борецкий.

– Вот он сказал, что ты запер дверь, а ключ куда-то положил и забыл.

– Врет!

– Не вру! – возмутился Толик. – Я подумал, ты дверь на замок закрыл. Я ее подергал – она была заперта. Точно, так и было. Вспомни, Витек.

– Я не закрывал... – стоял на своем тот.

– Давайте разбираться, – сказал Матвей. – Если дверь была закрыта, как же вы попали внутрь? Нашли ключ?

– Не теряли мы его, он всегда на гвоздике висел. А в тот раз ключа на месте не оказалось. Потом завертелось все – чучела жгли, пили. Не помню, как вошли, – сокрушался Толик. – Будто отшибло.

Итак, все обитатели усадьбы были в сборе, кроме Вишнякова. Борецкий хмыкал в замешательстве, потирал затылок. Астра задумчиво разглядывала «грифонов». Ночью они, видать, здорово набрались, потому что улеглись в той же одежде, которую надели на праздник, только обувь сняли.

– Где ваши ботинки или сапоги?

Парни не поняли ее вопроса.

– Где ваша обувь? – повторила она.

«Грифоны» бестолково озирались по сторонам: они не помнили, как разувались. Матвей поискал у порога – сапоги на меху валялись рядом с грязными строительными кроссовками и оказались совершенно сухими.

– Ваши? – спросил он.

– Ага, наши. А че?

– Ребята отсюда не выходили, – кивнула Астра. – По крайней мере последние два часа.

– Кто же их связал, а главное, зачем?

– Судя по следам, двое злоумышленников прятались во флигеле, а когда все, по их мнению, уснули, отправились на промысел. А строителей связали, чтобы те не прибежали на помощь.

– Где же Егор? – разволновался Борецкий. – Что с ним? Надеюсь, он жив хотя бы!

– Следы еще одного человека ведут от дома к парку– объяснил Матвей. – Возможно, Вишняков преследует грабителей.

– Боже мой!

Матвей с трудом сдержал улыбку. И собственные слова, и реплика Ильи рассмешили его. Фарс, водевиль – что угодно, но не детектив.

Астра восприняла ситуацию как угрожающую, это было заметно по выражению ее лица.

– Надо идти искать Вишнякова, – сказала она. – Уже почти рассвело, никто не заблудится. Будем идти по следам, пока они еще видны.

«Она делает то, чего от нее ждут», – подумал Карелин.

Борецкий не усомнился в правильности ее предложения.

– Да, да, конечно. А с этими что делать? – показал он на строителей, щелкнул выключателем, и лампочка под потолком ярко осветила комнату. – Постойте... Какой здесь беспорядок, все разбросано. Ваша работа?

Парни испуганно переглянулись.

– Не-е-ет, наверное, они... – промямлил Витек. – Которые нас связали.

– Зачем?

– Н-не знаем, искали чего-нибудь. Деньги! Хотели нас обчистить!

– Вас-то? Не городите чепухи.

– Мы же расчет получили перед Новым годом...

Борецкий оглянулся на Астру – они уже действовали заодно, как два надежных партнера в хорошо отрепетированном эпизоде.

– Ну-ка, проверьте, цела ли ваша зарплата.

Деньги оказались на месте, что еще больше удивляло.

– Оставим их охранять дом, – посоветовал Матвей.

– Мороз, поди, под двадцать, – кивнул Борецкий и ткнул пальцем Толику в грудь. – Слышали? Оставляю на вас дом и тех, кто не пойдет на поиски. И попробуйте только подвести! Головы откручу! Живо собирайтесь...

* * *

Искать Вишнякова отправились несколько человек во главе с Борецким: Матвей, Астра, Бутылкины, Чара и Лея.

Алина увязалась за мужем – ее отговаривали, но она заупрямилась. Чара захотела пройтись по свежему воздуху, прогуляться и заодно оказать посильную помощь.

– Вы в любой момент сможете вернуться, – согласился хозяин.

– А лыжи у тебя есть? – спросил Матвей.

– Чего нет, того нет. Не обзавелся – из головы вылетело. Столько хлопот было с обустройством, с подготовкой к празднику! – оправдывался Борецкий.

– Жаль. Сейчас пригодились бы. По снегу без лыж далеко не уйдешь.

Илья Афанасьевич только разводил руками. Лея до последнего отмалчивалась, искоса поглядывая на него.

– Я ненавижу зиму! – вырвалось у нее. – Плохо переношу холод.

Но желание оказаться рядом с ним, по-видимому, взяло верх над здравым смыслом, и Лея вдруг вскочила, побежала одеваться. Ее вид вызвал громкий хохот – так она закуталась. Борецкий старался сохранять безразличное выражение лица, но это ему не удавалось: тайное удовлетворение так и светилось в глазах.

Процессия выглядела настолько нелепо, что все хихикали и подтрунивали друг над другом. Уже совсем рассвело, метель прекратилась, но продолжал сыпать снег. Следы были видны, и преследователи дружно продвигались вперед. Вскоре пришлось свернуть с аллеи и петлять между деревьев.

– Э-ээ-эээй! – кричали Вишнякову, надеясь, что тот услышит. – Его-о-ооор! Э-э-эээ-эй!

Никто не отзывался. Трещали от мороза огромные ели, с их лап лавиной осыпались снежные подушки. Чем дальше уходили от главной аллеи, тем больше парк походил на лес.

Идти по глубокому снегу оказалось трудно, и девушки отстали. Алина держалась за руку мужа, но и она выдохлась. Спустя некоторое время группа рассеялась по парку. Кое-кто прислонился к стволу отдохнуть, другие, отдуваясь, ковыляли дальше.

– Кто сильно устанет, возвращайтесь по нашим следам к дому! – крикнул Матвей.