Шнифер - Евгений Сухов

Вопрос Кента повис в воздухе. Никто не торопился отвечать на него. Громила лишь пожал плечами и отвернулся к окну. Шкет насупленно молчал, недовольный тем, что его слова не встретили со стороны друзей никакого понимания. Пит снял с переносицы очки и принялся старательно протирать стекла носовым платком. Он чувствовал, что азарт Кента невольно передается и ему, а этого следовало избежать любой ценой. Он не имел права вмешиваться в грядущие разборки. Не имел права из-за Ольги.

— Я думаю, я смог бы это устроить, — осторожно заметил Готспер. — У меня, конечно, нет прямого контакта с Мелиховым, но есть люди, которые его смогут организовать.

— Сколько времени тебе на это понадобится? — взял быка за рога Кент.

Готспер наморщил лоб.

— Сутки. Завтра вечером стрелку можно будет забить. Но только при одном условии, Кент.

— При каком?

— На стрелку я поеду с тобой, — безапелляционно заявил Готспер.

— Я тоже, — живо вклинился Громила.

— О тебе и речи быть не может, — Готспер смерил добровольца критическим взглядом. — Пока мы не выясним позицию Мелихова по всем вопросам, тебе лучше совсем не высовываться.

— Я согласен, — поддержал Готспера Кент. — Мы поедем на встречу вдвоем.

— Вы все просто психи, — прокомментировал их решение Шкет.

— Но остается еще один вопрос, — Кент, словно заправский председатель, опустился на прежнее место. Теперь он обращался напрямую к Готсперу, как к самому близкому своему единомышленнику. — Разгуляй. Нам нужно найти его. И, естественно, найти оставшуюся у него статуэтку. Без статуэтки все наши разговоры с Мелиховым не будут иметь никакого смысла.

— Тут я ничем помочь не могу, — Готспер покачал головой. — Я не знаю мест, где Разгуляй привык кантоваться…

— Этим займемся мы со Шкетом, — Громила выпустил струю дыма в распахнутое окно.

— Этим займешься ты, — поправил его Шкет. — Я уже сказал вам, что не собираюсь ни в чем участвовать. У меня еще осталась капля здравомыслия. И я буду занят операцией по переводу денег. Верно, Пит?

— Да, я уже выяснил, с кем тебе лучше всего пообщаться, — Пит снова нацепил очки на переносицу.

— Ладно, я займусь поисками Разгуляя один, — презрительно скривился Громила. — По срокам только ничего сказать не могу, Кент. Задачка-то не из легких.

— Я понимаю, — ответил тот. — Но лучше, если ты сумеешь найти его тоже к завтрашнему вечеру.

— Кто ищет, тот всегда найдет.

Пит шумно вздохнул.

— Ну, если вы все решили, ребята… — неуверенно протянул он. — Давайте сворачиваться. Я еще хотел успеть вернуться на работу. Да и вообще…

— Я поеду с тобой, — Шкет отлепился от раковины. — Мне здесь тоже делать больше нечего.

— Еще один момент! — Готспер поднял вверх указательный палец, вновь привлекая к себе всеобщее внимание. — Можешь считать меня параноиком, Кент, но я хотел бы подстраховаться…

— В смысле?

— Мы должны решить, что делать, если на стрелке с Мелиховым у нас возникнут определенные проблемы. Типа силового столкновения…

* * *

Янис давно уже не наблюдал шефа в таком взвинченном состоянии. Обычно Мелихов сохранял присутствие духа даже в самых тупиковых ситуациях. Когда дело касалось бизнеса и разборок с конкурирующими структурами. Но тут, когда проблема коснулась его ненаглядной бабенки… Он просто как с цепи сорвался, испепеляя взглядами поочередно то начальника СБ, то человека, дежурившего на выездных воротах, то того охранника, которого Принцесса так любезно приласкала гаечным ключом по темечку. Последний очухался всего каких-то двадцать минут назад, но Янис поймал себя на мысли, что, будь он на месте этого парня, то предпочел бы так и оставаться в забытьи.

— Тебе, по-моему, русским языком сказали, чтобы ты ни под каким видом не покидал места рядом с дверью в подсобку! — брызгая слюной во все стороны, бесновался Геннадий Геннадьевич. — Ты ведь сказал ему, Янис?

— Сказал…

— Так в чем же дело?

— Она попросила меня… — невразумительно попытался объяснить собственную оплошность охранник, но Мелихов прервал его, шагнув вперед и почти ткнувшись грудью в грудь подчиненного.

— Ты работаешь на меня, кретин! — гаркнул он. — На меня и на Яниса. Но не на нее!

— Да, но я подумал…

— Тебе не надо думать! Твоя задача — подчиняться! Выполнять полученные приказы! Она попросила его… — язвительно бросил Мелихов. — А если бы она тебя попросила переспать с ней? Ты бы переспал? Да или нет? Отвечай!

— Нет, босс…

— Черт возьми! Жаль, она вообще не убила тебя. А ты! — Геннадий Геннадьевич двинулся вправо и остановился перед другим охранником, замершим в стойке «смирно». — Как так получилась, что они покинули территорию? Для чего я держу такой сброд? Прямо под твоим носом они…

Охранник тактично откашлялся.

— Что?

— Я прошу прощения, — парень явно чувствовал себя не в своей тарелке. — Вы сказали «они»? Только там не было никаких «они». В машине была только ваша…

— Вы заглядывали в салон?

— Да, разумеется.

— И что?

— В машине была только девушка, — охранник мужественно не отводил глаз. — И больше никого. Я же не мог знать.

— Янис! — не поворачивая головы к начальнику СБ, требовательно выкрикнул Мелихов.

Янис поднялся со стула. Он прекрасно понимал, что было для шефа главной проблемой в сложившейся ситуации. Пленник, судя по всему, волновал Геннадия Геннадьевича сейчас постольку-поскольку. Бешенство авторитета вызвано предательством любовницы. Мало того, что она выступила против него, мало того, что сбежала из дома с другим мужчиной, так она при всем при этом еще и рисковала собственной жизнью. А такие жертвы, по мнению Мелихова, дорогого стоили. В этом вопросе Янис был с ним полностью согласен. Только вот озвучивать свои мысли он не собирался. Не стоило подливать масла в огонь…

— Что ты думаешь по этому поводу?

Утратив интерес к двум распекаемым, Геннадий Геннадьевич стремительно пересек кабинет и тяжело опустился в кресло. Одним нервным движением скинул с подлокотника висевший на нем до этого галстук. Расстегнул на рубашке две пуговицы.

— Я думаю, Разгуляй покинул территорию в багажнике ее автомобиля, — осторожно заметил Янис.

Мелихов грозно сверкнул глазами.

— Я догадался уже. Не глупее тебя. Я спрашиваю, что ты думаешь обо всем этом в целом?

Янис пожал плечами.

— Зачем она это сделала? — конкретизировал свои претензии Мелихов.

— Об этом лучше будет спросить у нее, — негромко произнес начальник СБ. — Я не могу делать предположений о мотивах малоизвестных мне людей.