Любовное зелье колдуна-болтуна - Дарья Донцова

— Евдокия Андреевна, — первым из нас высказался Жданов. — Конечно, она была не молода, но отличалась крепким здоровьем. И ведь не в корыте же ей приходилось пододеяльники-наволочки тереть, наверняка была и автоматическая прачка, и пылесос, и утюг с паром.

— Пенсионерке давали деньги не только за молчание, но и за ведение домашнего хозяйства, — предположила я.

— Теперь послушайте, что мне удалось выяснить! — выпалил Денис, прыгая от нетерпения на стуле.

— Выкладывай, — приказал Иван Никифорович.

— Я пошатался по центру, поболтал с людьми, — завел Жданов, — услышал в разных вариациях сагу про Чубареку и колдунов-болтунов. Местное население четко на два лагеря разделилось: бражкинцы и шаровцы. Первые про Василия Петровича гадости несут, считают его убийцей мэра, вторые льют помои на Игоря Семеновича и Каролину, называют первую леди Лоскутова барыней. Дескать, она ходит задрав нос, ни с кем не здоровается, а благотворительной работой вместо Каролины занимается ее помощница. Но потом…

Дэн обвел нас торжествующим взглядом.

— Но потом…

— Давай уже, не тяни, — приказала я.

Жданов затараторил, и через пару минут стало ясно: парню опять в голову пришел вопрос, о котором никто, кроме него, не подумал.

Каким-то непостижимым образом стажер ухитряется вычислять тех, кто обладает интересной информацией. Вот и сегодня Дэн присел в парке на скамейку, где уже устроился пожилой дядечка с костылем.

— Ногу сломали? — посочувствовал ему Жданов.

— Чертова девка! — моментально завопил пенсионер. — Чтоб ей под «КамАЗ» попасть. Я ее машину узнал, в полицию сообщил, потребовал сикуху наказать, да только в нашем городе правды не доказать. В отделении мне сказали: «Тачка в угоне, ее уперли, на вас преступник наскочил». Ага! Думают, я дурень, не понимаю, что Дубов дочь Шарова отмазывает.

— При чем тут дочка Василия Петровича? — спросил Жданов и услышал такую историю.

…Собеседник Дениса, Антон Петрович Баков, живет в Лоскутове. Он на пенсии, но работает паркетчиком, не пьет, не курит, все деньги приносит в семью. А вот его родная сестра Валентина алкоголичка, квасит безостановочно, коммунальные услуги пять лет не платила, за что и подверглась выселению в Безбожное. Хоть Баков и не одобряет Валю, но все-таки родная кровь, поэтому раз в месяц он заезжает к непутевой сестре, привозит мешок картошки и мыло.

— Иначе с голоду помрет, вшами обзаведется, — объяснил он Жданову.

Антон Петрович в очередной раз доставил Валентине гостинцы, выехал на трассу, и тут его старенькие «Жигули» закапризничали. Баков припарковался на обочине, открыл капот, начал копаться в моторе, и через секунду в багажник его «пятерки» влетела на своей крохотной иномарке Ольга Шарова. Пенсионер упал, сломал ногу, а дочь Василия Петровича, даже не подумав остановиться, улетела по шоссе вперед.

— Правды в Лоскутове не найти! — возмущенно повторил Баков. — Работать я не могу, денег лишился, а ведь еще тачку ремонтировать придется. Дубов всегда Шарова защищает, они с детства друганы, вот он и придумал про угон тачки. Не моргнув глазом мне заявил: «ДТП у вас случилось в тот день, когда Ольга Шарова была в Екатеринбурге. Мы опросили девушку, она билет на поезд показала, сообщила, что ездила за покупками. Автомобиль Ольги Шаровой стоял неподалеку от дома, хозяйка его вечером припарковала не во дворе, а на улице. Рано утром на вокзал Олю отвезла мать, Светлана Алексеевна подтвердила слова дочери. То, что малолитражку угнали, обнаружили не сразу, а лишь на следующий день». Ага! Я дурак, да? Мамаша все вранье мерзавки поддержит. Билет они где-то раздобыли, а может, его и вовсе не было. Федька ради Василия зубами луну с неба достанет…

— Ври Емеля, твоя неделя, понедельник придет — Демьян тебе уши оборвет, — обозлившись, выдал на-гора Дубов, прервав рассказ Жданова. — Бакову хоть что говори, не верит. Втемяшил в свою деревянную башку, что Ольга рулем крутила, и все, с места его не сдвинуть.

Денис возразил начальнику полиции.

— Я спросил Бакова, почему он уверен в личности виновницы ДТП. Антон Петрович ответил: «Тачанка ее наглухо затонирована со всех сторон, а лобовуха-то прозрачная. Так что я расчудесно наглую морду видел: блондинка, волосы до плеч, челка по брови, помада красная, рожа размалеванная, темные очки-«киски», оправа блестящими камушками усыпана. Мне внучка недавно в журнале «Гламур Лоскутова» снимок девки Василия показала и заныла: «Деда, купи очки, как у Ольги Шаровой, подари мне на день рождения! Их в бутике «Мечта» продают. Возьми издание с собой, а то перепутаешь». Я приперся в магазин, показал фото. Кривляка за прилавком через губу процедила, что такой красоты у них отродясь не было. Шарова небось ее в Екатеринбурге, в Москве или аж в Париже оторвала. А еще торговка цену очков назвала — шесть моих пенсий. Внучка расстроилась, рыдала неделю. Вот скажите, вообще прилично по улице разгуливать в таких дорогих очках, о которых другим лишь мечтать остается? Да мне те очки поперек горла встали, я их ночью с закрытыми глазами узнаю. Ольга за рулем сидела! Баста!»

— Ночью, с закрытыми глазами… — задумчиво повторил Иван Никифорович. — Игоря Семеновича сбили вечером. Зачем Оле прятать глаза от несуществующего солнца?

— Для понта, — хмыкнул Роберт, — нацепила как аксессуар к одежде.

— Дружба дружбой, а табачок врозь и затрещины вместе не получать, — зашумел Дубов. — Я во всем поддержу Василия Петровича, но ДТП замазывать не стану. Да и зачем? Трупов нет, «жигуль» Бакова старше Лоскутова по возрасту. Василий Петрович влегкую может Антону новую тарантайку купить и потерянный из-за сломанной ноги заработок компенсировать. Но шантажировать друга не позволю. Выдумал Баков эту историю. Считал, что прокатит, а не свезло. Ольга в Екатеринбург уехала, а ее игрушку угнали. Кто-то другой драндулет Бакова в багажник стукнул и удрал, а мужик решил: Шаров богатый, набрешу, что его дочка рулем крутила, и получу новенькое авто. Да еще деньжат отгрызу. Что Оле на том шоссе вечером делать? Ни магазина, ни клуба, ни ресторана, ничего приличного там вблизи нет.

— Надо показать фото малолитражки девочке Люсе, — пробормотала я. — Может, за этой иномаркой и бежал Игорь Семенович? Глеб Валерьянович, уж не знаю, почему, но у меня возникло ощущение, что заведующая медархивом Агния Генриховна Бундт неспроста хранит в личном сейфе медкарты всех Шаровых и Бражкиных. Чего-то вам пожилая дама недорассказала. И не зря она гостю из Москвы сразу свои закрома продемонстрировала. Завтра с утра езжайте к ней и попытайтесь узнать, что старушка утаила.

— Вот оно! — вдруг азартно воскликнул Роберт, глядя на экран компьютера. — Супер!

— Ты что-то нашел? — полюбопытствовал шеф.

— Много разного, — радостно заявил Троянов. — Кто-то уничтожил в доме на дне карьера весь интерьер, но остатки былой роскоши требовалось вывезти. Понадобились рабочие, которые разбирали шкафы, снимали саноборудование. То, что их нанимали не в Лоскутове, ежу понятно. Я начал искать, кого позвали для деликатной работы, и обнаружил фирму в Вельске, называется «Консьерж-вип». На их сайте написано: «Выполним любое ваше задание. Дорого. Полное соблюдение тайны».