Пропавшая девушка - Тесс Герритсен

Она сосредоточилась на дороге, двигаясь через Сассекс в потоке машин.

– Куда мы едем? – спросил Адам.

– Мы делаем крюк. А вообще, мы едем в Бельмид.

– Зачем?

– У меня возникли интуитивные догадки. Если они верны, в мозаике появятся недостающие фрагменты.

– В этой мозаике полным-полно дыр. О каком фрагменте речь?

– О Никосе Бьяджи.

Кэт свернула на Флешнер-авеню. Через полмили они достигли пересечения с Гроув-авеню. На одном углу перекрестка стоял белый многоквартирный дом с чугунными верандами. У него было звучное название – «Ла Рома». Судя по названию, дом проектировали наподобие итальянской виллы. В действительности он был больше похож на обветшавшую крепость Аламо. Кэт вырулила в проезд и остановилась возле бассейна. Бассейн был пуст. Табличка на заборе сообщала: «ЗАКРЫТО НА РЕМОНТ». На дне ремонтируемого бассейна гнил толстый слой листьев. «Ремонт» продолжался уже года два.

– У Мэнди здесь была квартира? – спросил Адам.

– Да. Все сходится. Угол Флешнер и Гроув.

– А зачем мы сюда приехали?

– Хотелось осмотреть этот район.

Взгляд Кэт путешествовал по Гроув-авеню.

– Вот и он.

– Кто?

– Супермаркет «БигЭ». – Кэт указала на здание, высившееся на соседнем перекрестке. – Совсем рядом.

– «БигЭ», – повторил Адам. – Вспомнил. Никос Бьяджи подрабатывал в этом супермаркете грузчиком. Помните рассказ его родителей?

– Еще как помню. Удобное местечко, правда? Мэнди достаточно было зайти в «БигЭ», купить для вида какую-нибудь мелочь, расплатиться на кассе – и набор для оттягивания по-крупному у нее в кармане. А Никос возвращается домой с гонораром за выполнение заказа и бесплатной дозой для личного потребления.

– Которая их всех и отправила на тот свет.

– Но в наших рассуждениях кое-чего не хватает, – заметила Кэт. – На ситуацию ведь можно смотреть и с точки зрения бизнеса. У вас в руках новый наркотик, способный принести миллионы, если продавать его на улицах. Какой поставщик станет распространять ядовитое зелье, губя свой рынок?

– Поставщик, которому нужно устранить одного мешающего покупателя. В данном случае Мэнди Барнетт, – сказал Адам.

– Но почему Мэнди? – удивилась Кэт, пытаясь следовать логике его рассуждений.

Допустим, Мэнди – завзятая тусовщица. Эксцентричная особа. Долгое время плыла по течению, мучаясь вечной нехваткой денег. И тут полгода назад судьба проявила к ней редкую благосклонность. У нее вдруг появились большие деньги, которыми она, по словам Лилы, сорила. Мэнди бросила работу и погрузилась в водоворот развлечений, шопинга. Словом, стала вести жизнь дочки миллионера. Лила считала, что Мэнди захомутала богатенького папика. А может, у нее появилась новая работа с невероятно высокими доходами и таким же высоким уровнем риска?

– В нашей мозаике недостает очень важного фрагмента, – сказал Адам. – Откуда Мэнди поступал денежный поток? Она получала наличными, постоянно. Не из воздуха же. И мы не знаем, что было после того, как она бросила прежнюю работу…

Кэт включила двигатель.

– Наша следующая остановка – район Рэдиссон и Хобарт.

– Место ее «телефонной» работы?

– Меня восхищают ваши догадливость и безупречная работа мозга.

– Я только не понимаю: зачем нам раскрывать преступление столь старомодным способом? Зачем отбирать хлеб у полиции?

– При других обстоятельствах я бы палец о палец не ударила. Это ваша работа, ребята, вот и занимайтесь ею.

– При других обстоятельствах?

– Если бы у меня в голове не звенел сигнал тревоги. А их там сразу несколько, отчего голова раскалывается. Я помню слова Мэв о том, что городская элита… иначе, городские власти задумали радикальным образом истребить уличных наркоманов. Сегодня мы узнаём, что Мэнди боялась копов. Настолько боялась, что отвезла дочку к Лиле и велела той, в случае чего, прикинуться дурочкой. И наконец, Эстерхаус. Возможно, он выкрал зестрон из лаборатории и передал Мэнди. Но зачем? Кто заставил его это сделать?

– Тот, кто знал о его прежних связях с мафией. И кто, возможно, шантажировал его.

Кэт кивнула.

– Городские власти, – прошептала она.

– Боже милостивый.

Мысль была чудовищная. Адам откинулся на спинку и тряс головой, как будто этим можно было прогнать засевшую мысль.

– Революционный метод борьбы с преступностью.

– Я не буду торопиться с выводами, – произнесла Кэт. – Скажу лишь, что пока не готова передавать это в руки полиции.

Им понадобилось целых двадцать минут, чтобы добраться до Уотертауна. В этой части города Кэт бывала очень редко. Уотертаун находился на юго-восточной окраине Альбиона. За пятьдесят лет он из крупного процветающего порта превратился в зловонный район рыбообрабатывающих заводиков, гниющих причалов и покосившихся складов. Какая-то деловая активность по-прежнему проявлялась здесь. Сменилась ее направленность: в основном портовые бары и магазинчики, торгующие армейским снаряжением. На пересечении Рэдиссон и Хобарт Кэт насчитала три таких магазинчика. В витрине одного красовался щит с надписью: «ОРУЖИЕ И БОЕПРИПАСЫ ДЛЯ ЗАЩИТЫ ТЕХ, КОГО ВЫ ЛЮБИТЕ». До Атлантического океана было рукой подать, однако океанский ветер не мог очистить воздух от вони дизельных моторов и перерабатываемой рыбы.

Лила ошиблась: фирма называлась не «Пибоди», а «Пидмонт». Чтобы узнать ее точное местонахождение, Кэт и Адаму пришлось заглянуть в один из местных баров. Фирма не афишировала себя вывеской. Находилась она на Хобарт-стрит, на третьем этаже бизнес-центра «Манцо». На обшарпанной двери висела обычная табличка с надписью «ПИДМОНТ». Изнутри доносилось повизгивание принтера.

Они постучались.

– Кто там?

– Мы друзья Мэнди Барнетт, – чуть помедлив, ответила Кэт.

Дверь мгновенно распахнулась. На пороге стоял мужчина. Вид у него был сердитый.

– Где ее носит?

– Об этом мы и хотели поговорить.

Мужчина впустил их и снова захлопнул дверь. Комнатку, куда они попали, можно было назвать офисом только с натяжкой. Голые стены, металлический стол. В углу стоял компьютер. Подключенный к нему принтер выстукивал на листе имена и номера телефонов. Другая дверь вела в смежную комнату, совершенно такую же.

– Это она вас прислала? – спросил мужчина. – Никак решила на работу вернуться? Можете ей передать: поезд давно ушел. Кстати, она мне задолжала.

– За что?

– Аванс за две недели. Плакалась тут: денег нет. Ну я и пожалел ее. Дал зарплату вперед. А она слиняла.

– Прошу прощения, мистер…

– Рик. Просто Рик.