Фейсконтроль на главную роль - Дарья Донцова

– Как вас зовут?

– Даша Васильева, – снова представилась я.

– Как вы оказались впутаны в эту историю? – устало спросилаВодкина.

– Охотно объясню, – обрадовалась я.

Кажется, я сумела найти нужные аргументы. Сейчас Майявыслушает меня, а потом сообщит правду про Скавронскую. Ох, чует мое сердце,разгадка того, что случилось с Ниной, закопана в болотах около дома знахарки. Изарыли ее не вчера, и даже не десять лет назад, а намного раньше.

Интуиция меня не подвела. Узнав про явление привидения врозовом платье и о прочих невероятных событиях, Майя сначала покраснела, затемпобледнела и зашептала:

– Несчастная Софья! Люди ужасны! Куту было сделано!Мерзавец!

– Вы о ком? – занервничала я.

Майя сложила перед собой руки.

– Это долгая история.

– Я никуда не тороплюсь.

Водкина сцепила пальцы в замок.

– Ну ладно, расскажу ее вам.

– Давайте, – скрывая радость, сказала я, – надо жеразобраться.

О Софье Скавронской в Киряевке и окрестностях болталивсякое. Некоторые матери пугали ею детей, говорили неслухам:

– Вот не будешь слушаться, Сонька-ведьма через трубу влезети тебя к себе на болото унесет.

А кое-кто из местных баб распускал совсем уж дикие слухи.Дескать, видели они Скавронскую в лесу – ведьма голой каталась по лужайке, апотом, стряхнув с себя росу, села на метлу и полетела над поляной.

Скорей всего, Софья была в курсе этих глупостей, потому чтов редкие ее визиты в село ребятня с воплем: «Ведьма приехала!» – разлеталась подомам, а Скавронская, не дрогнув в лице, шла по своим делам. Она никогда нереагировала на эти выходки и не злорадствовала, когда сплетницы возникали напороге ее избушки и, уткнув бесстыжие глаза в пол, заводили:

– Бабулечка Сонечка, помоги Христа ради!

Самое отвратительное, что, получив лекарство и вылечившисьот болячки, они же с презрением говорили:

– Вот ведь дура! Ни копейки не взяла! Ума нет и не наживёт!

Деревенским жителям было непонятно такое бескорыстие. Вотзапроси Софья за услуги деньги, построй она в середине села каменный дом, тутбы народ попритих. А целительница жила на болоте, в старой избушке, и поэтомуособого уважения не вызывала. Правда, травы, собранные ею, помогали лучшелекарств, купленных в аптеке, вот к Скавронской и ехали из разных мест. И ниодному человеку, даже самому неприятному, знахарка не отказала в помощи.

Однажды в Киряевку заявились археологи. Ученые собралисьвскрыть захоронение в холме – там якобы имелись уникальные сокровища.

Киряевцы пришли в ажиотаж. Как же так? Они, оказывается,жили около несметных богатств и не подозревали о своей удаче? Могли ведь и самидобыть золото-изумруды-бриллианты! Опыт грабежа ценностей у киряевцев был.Некогда они растащили по домам имущество барина Панкрата Варваркина,эмигрировавшего из России. Дворянин утек стремительно, спасая свою шкуру. Поговаривали,правда, что самое ценное – небольшой мешочек, набитый камнями – он прихватил ссобой, но и брошенного хабара многим хватило: посуда, постельное белье,столовое серебро, льняные полотенца с вышивкой, кружевные скатерти, ковры,мебель… Барин жил красиво. До сих пор в некоторых домах еще сохранились гдесахарница, где молочник, где масленка, добротные изделия из серебра спричудливой монограммой «ПВ».

Археологи разбили лагерь у холма и наняли в рабочие местныхмужиков. Когда раскопки были в самом разгаре (ученые определили место входа впещеру и велели рабочим кирками разбить замурованный лаз), случилосьневероятное. В лагерь пришла Софья, потребовала встречи с начальником и заявилаему:

– Уезжайте скорей, иначе из пещеры выйдет смерть.

Главный ученый, решив, что имеет дело с выжившей из уматеткой, решил не спорить с больной, а мирно ответил:

– Конечно, прямо завтра и уедем.

– Вот и хорошо, – обрадовалась Скавронская. – А то ведьлегенда не врет. Мертвый генерал себя в обиду не даст – кто в пещеру влезет,тот быстро в божье царство отправится. Причем в страшных мучениях! Волосывылезут, зубы выпадут, язвы по телу пойдут… А хоронить такого человека надо вкамне. Так Марфа велела!

– Это кто такая? – проявил интерес ученый.

Скавронская объяснила:

– Когда жених Фотины заболел, ее отец позвал местныхмонахинь. Среди них была целительница Марфа. Она осмотрела занедуживших военныхи сказала: «Умрут скоро. Лечить не возьмусь, потому что несчастных поразилнебесный огонь. Их надо, как чумных, похоронить. Лучше всего в горе, и входзамуровать. А еще всех предупредить: кто мертвых тронет – тот и сам в мученияхумрет, и дьявола выпустит. Мор пойдет. Одни сразу окочурятся, другие поживут,но тоже сгинут. А дети их за родительское долгожительство ответят страшно –будут безглазы, немы и глухи».

– Жуткое пророчество, – согласился археолог. – Но мы жеумные люди, и прекрасно понимаем, что все это просто легенда. Короче –неправда.

– Не троньте холм! – настаивала на своем Скавронская.

– Конечно, конечно. Идите, дорогая, домой и не волнуйтесь, –ответил археолог.

Но Скавронская поняла – ее словам веры нет. И побежала всело. Стала ходить по домам и просить жителей:

– Не пускайте родственников в лагерь. Пусть экспедициясворачивается, без рабочих раскопки не начнут.

На целительницу смотрели как на сумасшедшую. Кое-кто пыталсяей объяснить:

– Археологи хорошо платят.

Остальные просто выгоняли знахарку. К вечеру Софья убраласьв свою избушку и затаилась в ней.

Через два дня после того, как расковыряли вход в пещеру,умерло двое деревенских парней, затем скончались четыре археолога. Раскопкипрекратили, начальник отряда пошел к Скавронской, но та не пустила его напорог, разговаривала через запертую дверь.

– Ничем помочь не могу! – отрезала она. – Легенду вамрассказала, а она сложена, чтобы потомков предупредить. Кто виноват, что выглухим оказались? Езжайте домой, а пещеру замуруйте. Да, вот еще… В книгахнаписано, что Марфа и ее сестры, дабы заразу в монастырь не нести, всю одеждусожгли, волосы сбрили и полгода провели в молитвах, постились и часто парилисьв бане. Коли по-моему получилось, поумирали люди, то хоть сейчас послушайтесь,возьмите с монахинь пример.