Добрая самаритянка - Джон Маррс

– Эффи… – начал я.

– Ш-ш-ш, – отозвалась она, и рука поползла вверх по моему бедру, остановившись в сантиметрах от паха.

– Эффи, я твой учитель.

– Нет, здесь – нет.

– Да. Здесь, в школе, везде.

– Я никому не скажу.

Эффи повернулась на сиденье и приблизила лицо к моему. Я чувствовал теплое дыхание на шее и ухе, ощущал сладкий запах духов. Когда наши глаза встретились, она замерла.

– Сначала нужно, чтобы ты кое-что узнала, – сказал я.

– Что?

– Мне нужно, чтобы ты знала: я никогда и ни за что и близко не подошел бы к тебе. Если ты действительно веришь в то, что можешь заинтересовать меня, тогда ты еще глупее, чем можно решить по твоим оценкам.

Она застыла, потом нахмурилась, пытаясь осознать смысл услышанного. Затем отпрянула и убрала руку с моей ноги.

– Что?

– Ты все слышала, Эффи. Ты меня не привлекаешь. Ты всего лишь незрелая маленькая девочка, которая ищет внимания и превращает жизнь других людей в ад. Теперь ты знаешь, каково это – быть униженной и отвергнутой. Если думаешь, будто такая могла привлечь меня, ты идиотка. А теперь вон из машины.

Ее лицо сморщилось, и на миг я возненавидел себя за то, что мог сказать ребенку подобные слова. Никогда и никому я не причинял таких страданий, какие только что причинил Эффи. Но это была ужасная необходимость. Она распахнула дверь и выскочила под дождь, помчалась по улице и скрылась из виду.

Четыре часа спустя настала очередь ее матери узнать, каково это – когда с тобой играют. Она манипулировала моей женой ради собственных целей, а я сделал то же самое с ее дочерью. Око за око, как и посоветовал дедушка Пит.

Лора

– Где Эффи? – спросила я у Тони. – Прямо сейчас – где она?

Я оставила Райана и нашла мужа у двустворчатых входных дверей; он как раз убирал телефон в карман пиджака.

Паника, порожденная предупреждением Райана, поднималась из глубины живота в грудь, а потом в горло, отчего голос сделался полузадушенным. В последний раз я чувствовала себя так, когда стояла в коттедже с ножом в руках, глядя в лицо человеку, который собирался убить меня. И теперь этот же человек нашел способ вызвать у меня то же самое ощущение – но на этот раз для того, чтобы напугать, он угрожал тем, что моя дочь больше не в безопасности.

– Эффи дома, – ответил Тони.

– Ты уверен?

– Да.

– Одна?

– Нет, присматривает за Элис. – Голос его звучал нерешительно.

– Я хочу увидеть ее.

Тони покачал головой.

– Мы говорили об этом, Лора. Мне кажется, это плохая идея.

– Она моя дочь, – выговорила я сквозь стиснутые зубы. – Они обе – мои дочери. Мне нужно увидеть их сегодня.

– Мы уговорились, что ты не будешь навещать девочек, пока они не станут достаточно взрослыми, чтобы принимать решения самим. – Я бросила на него сердитый взгляд, когда в моей памяти пронеслись обрывки давнего спора. – Помнишь? – спросил Тони.

– Конечно, помню, – отозвалась я, хотя, честно говоря, неведомо откуда в голове возник туман, и все стало расплывчатым. – Но мне нужно поехать домой и убедиться, что с ними все в порядке. Пожалуйста, Тони, просто отвези меня домой.

Видя мою тревогу, он взял меня за руку и негромко сказал:

– Лора, никто из нас не живет с тобой вот уже почти два года, ты в курсе? Мы живем в другом месте, и ты это знаешь. И помнишь, почему переехали.

Отдернув руку, я смутно вспомнила, как муж привез меня домой из больницы после операции по удалению раковой опухоли, и тогда дом показался мне холодным и безмолвным. Помню, как бродила по коридору из комнаты в комнату, ища детей, и Тони сообщил мне, что некоторое время они не будут приходить домой. Но я не могла вспомнить, почему. В общем-то, я точно знала только одно: с тех пор каждый вечер, когда я готовила ужин на всех, никто не приходил, чтобы его съесть, и я убирала контейнеры с едой в морозильник, пока он не оказывался набит до отказа. После этого я выбрасывала все и начинала сначала.

Виски начали пульсировать в такт неистовому биению сердца. Но, несмотря на смятение, я не должна терять сосредоточенности. Должна увидеть дочь. Должна убедиться, что с Эффи всё в порядке.

– Сколько еще ждать, прежде чем я увижу их? – Мой голос сделался громче. – Пять минут личной встречи – это все, о чем я прошу. Просто чтобы мне было спокойнее.

Тони, нахмурившись, окинул взглядом вестибюль. Прозвенел звонок, возвещавший об окончании уроков, и школьники ринулись к выходу.

– Лора, тебе нужно успокоиться, иначе ты привлечешь ненужное внимание.

– Пусть смотрят, плевать.

Он отвел меня в пустой кабинет дальше по коридору. На стенах были развешаны рисунки, сделанные школьниками. Это напомнило мне о том, как я любила рисовать вместе с Элис; у нее к этому природная склонность. Или у Эффи? Я не могла сказать точно. Все становилось слишком запутанным.

– Можешь назвать это инстинктом или материнской интуицией, но я знаю, что моя дочь в беде, – продолжила я. – И посмотри, что произошло после того, как ты разлучил меня с ней. Хочешь сказать, это просто совпадение – то, что у нее теперь такие проблемы с учебой?

– А ты не хочешь взять на себя ответственность за это? Не желаешь, чтобы я проговорил вслух, почему они больше не с тобой?

Я этого желала, потому что картина в голове никак не складывалось. Я помнила, как лежала на больничной кровати, помнила Генри в пансионате. Но не знала, что мне привиделось, а что случилось на самом деле, и что-то подсказывало мне – лучше не спрашивать. Однако одно воспоминание было кристально-ясным.

– Если ты сегодня же не позволишь мне увидеть девочек, то прямо завтра с утра я отнесу в полицию документы, которые удостоверяют, что именно мы сделали, чтобы поднять бизнес и держать его на плаву. – Его лицо побледнело. – У меня есть номера всех счетов, все отчеты по транзакциям. Не заставляй меня делать это, Тони.

«Дыши глубже, Лора. Дыши глубже. Думай о якоре, это тебя успокоит».

– Что-то, чего я не могу объяснить, подсказывает мне: мы немедленно должны поехать и увидеть Эффи, – продолжила я. – Ты слышал слова этого учителя. Что, если проблемы ее куда глубже, чем тебе кажется? Как ты будешь жить дальше, если она наделает каких-нибудь глупостей?

– Хорошо, – неохотно произнес муж. – Поедем на моей.

Не знаю, возымела действие угроза или же он наконец понял мои страхи, но я добилась своего.

Пока мы быстро шли через парковку, я гадала, кому Тони писал сообщение и почему пытался скрыть это от меня. Прикинула, что это, должно быть, Эффи, и он не хотел, чтобы я видела ее номер.