Дымок - Дональд Уэстлейк

амбаров, обычные дороги он предоставлял скучным взрослым. Но детские привычки не забываются; Джефф до сих пор мог прокрасться к своему дому с одиннадцати разных направлений.

Тихонько проникнув в дом через заднюю дверь, он остановился, снял рабочие ботинки, затем в носках бесшумно приблизился по коридору к закрытой двери в офис. Прислонившись к ней и задержав дыхание, Джефф сперва ничего не услышал, а затем до него донёсся скрип – это же его офисное кресло, паршивец сидит в его кресле! – и звук, который без сомнения издал выдвигаемый нижний ящик стола – тот, что всегда был заперт на замок, который этот пришлый ворюга, чтоб его, открыл или взломал.

Чёрт побери!

Джефф глубоко вздохнул, покрепче сжал револьвер в левой руке – полицейский «Смит-и-Вессон» тридцать второго калибра, дважды в год проверяемый на стрельбище, но ещё ни разу не стрелявший в живого человека – правой рукой обхватил дверную ручку, замер, собираясь с духом, повернул ручку, шагнул внутрь, направив револьвер на стол, и крикнул:

– Ни с места!

В помещении никого не было. Джефф быстро огляделся по сторонам – ни души. Офис был пустым, как после ухода Джеффа.

На двери, кстати, не заметно ни царапин, ни трещин. Неужели померещилось? Или это и правда была мышь?

Нижний ящик письменного стола выдвинут, хотя под таким углом Джефф едва его видел. А спинка его офисного кресла неестественным образом откинулась назад. Джефф прищурился, направив ствол револьвера прямо на кресло. Он выжидал.

Кресло скрипнуло. Тихо, неохотно, можно сказать – смущённо, но отчётливо.

– Ну ладно, – произнёс Джефф. Теперь-то он был уверен в своих ощущениях. Стоя в дверном проёме и не отрывая взгляда от кресла, он продолжил: – Не знаю, как ты это делаешь – с помощью зеркал или ещё какого-нибудь городского трюка, о котором я никогда не слышал – но это и неважно. Мне не нужно тебя видеть, чтобы знать – ты тут. И мне не нужно тебя видеть, чтобы застрелить. Так что тебе лучше вести себя очень осмотрительно.

Кресло снова скрипнуло, ещё неохотнее, чем раньше, с оттенком угрюмого упрямства.

– Думай, что делаешь, – предупредил Джефф. Крохотная часть его разума удивлялась, как спокойно и уверенно он разговаривает с пустой комнатой, но остальная часть просто делала свою работу. Любую из его работ, которым он обучался: на курсах полиции штата и пожарной охраны, на тренинге по СЛР и инструктаже по оказанию первой помощи. В чрезвычайных ситуациях он чувствовал себя, как рыба в воде. Если разговаривать с пустотой и целиться из оружия в нарушителя, которого не видно – чрезвычайная ситуация, то ничего страшного. Он как-нибудь справится.

– Кресло выдаёт тебя, знаешь ли, – сказал Джефф. – Я пойму, если ты попытаешься встать, так что не стоит этого делать. Потому что тогда мне придётся выстрелить в тебя, ведь иначе я не буду знать, где ты. Просто сиди где сидишь.

В ответ тишина. Ничего.

– Ты меня не обдуришь, – сказал Джефф.

Тишина.

– Ну, не валяй дурака, – сказал Джефф. – Я ведь могу позвонить паре моих друзей, они придут и обмотают тебя вместе с креслом верёвками, пока я держу тебя на мушке, потом мы передадим тебя полиции штата, а они увезут тебя обратно в город или сделают, что захотят. Та женщина в фургоне – с тобой?

В воздухе повис вздох.

– Я так и думал, – кивнул Джефф.

Кресло снова скрипнуло, на этот раз громко и без стеснения. Бумаги, лежащие на столе, зашелестели и помялись. Джефф предположил, что нарушитель положил локти на стол и подпёр ладонями голову. Джефф почти пожалел этого парня; может, и пожалел бы, если б тот не вломился к нему в дом, в офис и в стол. Но всё же, добавив сочувствия в голос, Джефф спросил:

– Не хочешь поведать мне, что происходит?

– Из всех полицейских участков во всех маленьких городках всего мира, – послышался тихий подавленный голос со стороны стола, – почему мне приспичило выбрать именно этот?

– Похоже, ты недооценил деревенщин, – сказал Джефф.

– Ой, вот только не надо этой хрени про деревенских и городских, – немного обиженно сказал невидимка в кресле. – Все мы люди, чёрт возьми.

– Ну, с этим не поспоришь, – сказал Джефф, ощутив себя малость неловко. Он всегда старался быть порядочным человеком, и ему не понравилось поймать самого себя на проявлении предрассудков. – Прости, если предвзято отнёсся к городским жителям, – добавил он, – но ты должен признать: то, что ты сейчас вытворяешь – как это ни назови – не смог бы проделать никто из Дадли.

– Точняк. Поэтому тебе никто не поверит, – с надеждой сказал невидимка. – Ты только навлечёшь на себя лишние проблемы. Наверное, лучше всего будет просто меня отпустить.

– Не обязательно верить мне, – возразил Джефф. – Если можно поверить тебе.

Очередной вздох из кресла прервался громким стуком в переднюю дверь. Секунду спустя снаружи послышался женский голос:

– Привет. Есть кто дома?

– Вот и твоя подружка, – заметил Джефф.

– Никогда в жизни её не видел.

– Ты и сейчас её не видишь.

– А если бы видел, то сказал бы, что никогда раньше не видел.

Тук-тук.

– Привет?

– Моя входная дверь заперта или открыта? – спросил Джефф.

– Открыта.

– Тогда почему бы не пригласить леди войти?

– Это твой дом.

– Но ты-то в него вломился.

– Привет? Есть там кто? Фредди?

Протяжный, полный отчаяния вздох из кресла.

– Заходи! – крикнул невидимый вор.

– Фредди?

– Не заперто!

– Веди себя хорошо, Фредди, – предостерёг Джефф и немного отступил назад в коридор, чтобы видеть и кресло, и открывшуюся входную дверь.

Женщина из фургона – теперь Джефф мог разглядеть её как следует – оказалась довольно привлекательной девушкой, вроде тех актрис, что играют девушек из Бруклина. Только эта, по-видимому, была настоящей. Она уставилась на Джеффа, больше поражённая и напуганная при виде него, чем он – не видя её парня.

– Кто… Кто вы?

– Хозяин дома, – ответил Джефф. – А заодно – начальник полиции. Входи и закрой за собой дверь.

– Нет, я… я просто… Я, наверное, ошиблась. Извините, я просто… искала друга...

– …по имени Фредди, – закончил Джефф. – Заходи, – снова пригласил он, спокойным и доброжелательным тоном, стараясь не