Алиби с гулькин нос - Светлана Алешина

— Одно ворье в ресторане! — возмущенно воскликнул Карташов и посмотрел на Ларису.

Та также была очень недовольна поведением собственного мужа. Она нахмурилась и, подойдя к Котову, резко выдернула у него из рук пустую бутылку. Потом подошла к бару и достала оттуда новую.

— Садись, Олег, — со вздохом пригласила она подполковника. — Слава богу, что он хоть не съел все.

Она оглядела стол. Девственность ваз с салатами была несколько, правда, нарушена, да и на колбаску Женя налег, прямо надо было признаться. Но Лариса надеялась, что этот неприятный инцидент не помешает их дальнейшей беседе. Котов уже начал посапывать, откинувшись на спинку кресла, и Лариса решила не выдворять его — больше будет шуму.

— Что там по поводу Балабанова? — спросила она после первого тоста Карташова.

— Во всем сознался, — радостно сообщил Олег Валерьянович. — И в изнасиловании, и в убийстве Зинки, и во взрыве твоей машины.

— Так что ты полностью себя реабилитировал, — улыбнулась Лариса.

— Да, все прекрасно! — На Карташова напало благодушное настроение после второй рюмки. — Можешь, кстати, требовать от него денежной компенсации. Правда, ждать будешь всю жизнь, у него же нет ни хрена.

— Как это так? — встрепенулся вдруг тихо заснувший было Котов, который, похоже, болезненнее всех переживал утрату «Вольво». — Пускай зарабатывает! Пускай все продает! Квартиру пускай продает!

— Нет у него квартиры-то, — с каким-то сожалением глядя на Котова, пояснил Карташов. — Родительская она. А самому ему в тюрьму. Ну, может, конечно, со своих заработков платить вам ежемесячно… рублей сто. Устроит? — усмехнулся он.

Котов принял негодующе-презрительный вид и хотел что-то возразить, но Лариса перебила его:

— Ладно, с этим все понятно. А что с Сидельниковым? Чем там все закончилось?

— А! — отмахнулся Карташов. — Мне с самого начала эти сестренки не понравились. Дуры деревенские! Отозвала заявление, и все! Денег хочет… Ну, так им обеим и надо. Сидельников, когда узнает, кто это на него так наехал, головы им обеим пооткручивает. А то легких денег все хотят, работать только никто не желает.

— Это правильно, — вставил свою ремарку очнувшийся Котов.

— Да и черт бы с ними со всеми! — продолжил Олег. — В конце концов, Сидельников по делу Величкиной ни при чем, ни одна из «жертв» заявление на него не писала — на что он нам сдался? Помогать этой дуре от мужа избавиться и имущество его захапать?

Пошла она!

— Правильно, — снова поддержал подполковника Котов. — Пошли они все!.. Коленом, понимаешь, их всех!