Продается шкаф с любовником - Людмила Милевская

Далила спросила:

— Кто был в гурьбе?

— Друзья Андрея, я, Маша, — перечислила Замотаева иподытожила:

— Все. Никого вроде больше.

— Морковкину не приглашали?

— Нет, ну что вы. Андрей ее ненавидит.

— Именно поэтому Морковкина охотно помогала вам сорватьМашино торжество, — догадалась Далила.

Замотаева презрительно «фукнула»:

— Фу! А вам она, наверное, плела про свое благородство.Нашли кому верить. Я уверена, Морковкина и натравила в тот день Машку на меня.

Далила ошеломленно спросила:

— О чем вы говорите?

— О моей ссоре с сестрой. Морковкина накануне дала Маше своиужасные шмотки, а потом поперлась к ней утром, якобы поздравлять. На самом-тоделе она собиралась выпытать, для кого Маша фуфырится, — А почему бы ей неподумать, что Маша собиралась в том наряде пойти в ресторан? — удивиласьДалила.

Замотаева театрально закатила глаза и ажиотажно воскликнула:

— В ресторан?! В шмотках Морковкиной?! С нашим Андреем?! Даон отругал бы Машу и отправил бы переодеваться. Плохо вы знаете моего Андрея,если допустили такое.

— Да, видимо, я не права, — дипломатично согласилась Далила.

Признание собственной не правоты располагает людей кдоверию, они раскрываются. Именно так Замотаева и поступила.

— Мы с Машей в последнее время были в хронической ссоре, —призналась она и воскликнула:

— Даже смешно вспоминать! Мискина с Кроликовым делили! Будтотам было кого делить. Правда, перед Машиным днем рождения объяснились ипомирились.

И вот тут-то вмешалась сучка Морковкина. Она приперлась кМаше и увидела, что та готовится к приему гостей. И знаете, что она брякнулаМаше?

— Что видела где-то вас с Мискиным? — предположила Далила.

Замотаева поразилась:

— Откуда вы знаете? Неужели Морковкина вам рассказала? Данет, — она потрясла головой, — не дура же эта Морковкина, чтобы себя тудаприплетать.

— Не дура? У меня сложилось как раз обратное мнение, —поделилась впечатлением Далила.

— Это конечно, — обрадовалась Замотаева. — Морковкина дура,но только в плане образования, а по части интриг она любому сто очков даствперед. К тому же эта сучка до сих пор отпирается, клянется, что Маше проМискина не говорила. Откуда же Маша узнала?

— Что узнала? — спросила Далила.

— Что я переспала с Мискиным. Нет, вы не подумайте, яникогда сама парней не снимала. Зачем мне?

Если кто-нибудь нравился, я просто ждала, когда он сам комне начнет подъезжать.

— А с Мискиным так не получилось?

Замотаева пригорюнилась, было видно, что искренне.

— Честное слово, — вздыхая, сказала она, — не хотела япереходить дорогу своей бедной Маше. Ей с парнями всегда не везло. Я была дажерада, когда у них с Мискиным закрутилось. До сих пор не пойму, что на меня нашло.Я повела себя недостойно: у нищего последнее начала отбирать.

Далила ее просветила:

— Морковкина вас зацепила. Видимо, она сказала, что Машабьет клинья под Кроликова.

— И это вы знаете? — удивилась Наташа. — Откуда? НеМорковкина же сказала.

— Нет, конечно. Догадалась сама.

— И в точку попали. Кроликова я не снимала. Он ко мнеприлепился. Я поначалу крутить с ним роман не собиралась. Андрея боялась, да ивообще.

— А почему вы боялись Андрея? — поинтересовалась Далила.

— Я уже знала: он мечтает выдать меня за Пашку.

Замотаев самый надежный. Он самый толковый. А тутподвернулся Кроликов. Он качок и красавец, все от него без ума. Вот я и неустояла.

— Неужели Маша стала Кроликова у вас отбивать?

— Нет, что вы. Маша с Гошей просто дружила. Она со всемидружила. Маша была очень добрая. Дело в том, что Кроликов редко один к намзаглядывал. Он всегда приходил с Борей Мискиным. Первое время мне даженравилось, что Маша с Мискиным удаляется то в кухню, то в свою комнату. Ядумала, она ради меня это делает, чтобы дать нам свободу с Кроликовым.

Далила выдвинула новое предположение:

— И вот тут-то Морковкина вам открыла глаза.

Замотаева, видимо, устала уже удивляться, на этот раз онабез всякого восхищения подтвердила:

— Точно, Морковкина мне говорит: «Ты что, дура? Не видишь, уМашки с Мискиным „тужур аж лямур“. Он сохнет по ней». И вот тут-то менязаюгини-ло: как это сохнет? А я? Почему Мискян, этот кобель, этот бабник, наменя ноль внимания?

Далила продолжила:

— А Морковкина не унимается и все зудит: «Мискин уже на всехбаб ноль внимания. Во как его на Машку твою потянуло».

— Хорошо у вас получается, — хихикнула Замотаева. — Вы дажеовладели сленгом Морковкиной.

Да, все было так. Почему-то меня оскорбило, что Мискин наМашку пялится, а на меня и не смотрит.

— И вы начали Мискина обрабатывать.

— Нет, я не слишком старалась, так, немного Мы с нимпереспали, и я к нему охладела. Вернулась к Кроликову, это было перед самымМашиным днем рождения. Мы с ней помирились. И вот наступил тот день. Я устилиста в кресле сидела, и вдруг звонит Маша и начинает меня ругать. Я и словаей сказать не успела, как она бросила трубку. Меня словно током пробило, а тутеще дура Морковкина.

Далила осведомилась:

— А по какому поводу вас током пробило?

Замотаева привыкла уже, что ее понимают практически сполуслова, и удивленно воскликнула:

— Ну как же? Маша мне обещала, что не будет дружить сМискиным, а я ей обещала за это порвать с Кроликовым.

— А сами ни с тем, ни с другим не порвали, — без осужденияконстатировала Далила.

Замотаева виновато пожала плечами:

— Я не хотела, так получилось. Когда обещала, думала, чтопорву, но не смогла. А когда Морковкина брякнула, что Машка к приему готовится,я обалдела.

Но не поверила. А тут Машка наехала на меня за то, что уменя с Мискиным за ее спиной шуры-муры. А я как раз хотела собрать их вместе,Мискина с Кроликовым, и пойти Машу поздравить. Сюприз ей устроить решила.

— Откуда вы знали, что она дома?

— С утра она притворилась больной, сказала, что вуниверситет не пойдет, вот я и надумала сюрприз ей сделать: Кроликова сМискиным с работы сорвать и с подарками завалить к нам домой. После звонкаМорковкиной я насторожилась, начала звонить Кроликову.